история - реальность СССР

Разговоры "за жисть", на любую тему.
Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 25 янв 2018, 10:11

100 лет назад, 25 января 1918 года, была принята Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа. Это был один из первых и важнейших конституционных актов Советской России, который был направлен на законодательное закрепление завоеваний Октябрьской революции и провозглашение основных принципов и задач социалистического государства.
Великая Октябрьская социалистическая революция впервые в истории привела к ликвидации эксплуатации человека человеком, всех форм социального и национального угнетения. Решающую роль в привлечении большинства населения города и деревни на стону большевиков сыграли исторические декреты советской власти о мире и земле, написанные В. Лениным и принятые II Всероссийским съездом Советов. Декрет о мире впервые провозгласил основные принципы миролюбивой внешней политики советского государства, основанной принципе мирного сосуществования. Декрет о земле удовлетворял вековые устремления крестьянства – подавляющего большинства населения России, создавал условия для постепенного перехода к социализму в сельском хозяйстве.
Избрание II Всероссийским съездом Советов Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета (ВЦИК) и образование первого советского правительства – Совета Народных комиссаров (СНК), законы о создании советских центральных учреждений, нового суда, Рабоче-Крестьянской Красной Армии и т. д. положили начало строительству советского государственного аппарата. Декреты об упразднении старых министерств, судов, прежней армии, постановление о борьбе с саботажем и роспуске контрреволюционных партий подрывали господство прежних господствующих сословий и классов. Устанавливалась диктатура трудового народа.
Декреты советской власти в экономической области – об организации рабочего контроля над производством и распределением продуктов, национализации банков, крупных промышленных предприятий, торгового флота и др., подорвали экономическую базу господства буржуазии и положили начало переустройству старой экономики на социалистических началах. В частности, 14 (27) декабря 1917 года вступил в силу декрет ВЦИК о национализации банков. Большевики этим актом сломали «становый хребет» капитализма – финансовую систему. По замыслу Владимира Ленина, национализация банков была необходима «для подрыва в корне господства буржуазии и возможности гнета капитала над миллионами и десятками миллионов трудящихся». Национализация распространялась на все акционерные коммерческие банки, банкирские конторы, общества взаимного кредита и акционерные земельные банки. Активы и пассивы ликвидируемых банков передавались Государственному банку. Вскоре прекратились выплаты дивидендов по банковским ценным бумагам. Наличные капиталы банков переходили в собственность государства «на основах полной конфискации»: началось изъятие денег и драгоценных металлов из банковских сейфов. Наркомат финансов во главе с Вячеславом Менжинским должен был в экстренном порядке организовать централизованную финансово-кредитную систему. Так, Россия освобождалась от финансовой зависимости со стороны «мирового сообщества» и российских капиталистов. Создавала независимую финансово-кредитную систему, необходимую для нормального развития народного хозяйства, свободного от мировых и местных «паразитов».
Важнейшую роль в деле национализации крупной промышленности и перехода к социалистическим принципам организации народного хозяйства сыграл принятый по инициативе Ленина декрет об организации Высшего совета народного хозяйства. Созданием ВСНХ и местных советов народного хозяйства было положено начало созданию нового, ещё невиданного в истории, типа аппарата по управлению всем народным хозяйством страны. «… Аппарату типа Высшего совета народного хозяйства, — отмечал В. Ленин, — суждено расти, развиваться и крепнуть, заполняя собой всю главнейшую деятельность организованного общества».
Наряду с решением коренных, стратегических задач социалистической революции советское правительство решало также задачи, которые не были завершены Февральской буржуазно-демократической революцией. Целым рядом декретов было ликвидировано помещичье землевладение, сословное деление, отделена церковь от государства, введено равенство женщины с мужчиной, покончено с остатками полуфеодальных отношений в общественном строе России. Важным государственным актом стала «Декларация прав народов России», заложившая основы советской национальной политики. Также в декретах советской власти не забывали и о положении трудового народа. Законы об охране труда рабочих и служащих, об упорядочении заработной платы, о страховании на случай безработицы, болезни и т. д., были направлены на улучшение материального положения трудящихся. Понятно, что в условиях последствия от развала и разрухи, потерь мировой войны, гражданской войны, развала страны и интервенции, говорить о реальном улучшении материального положения народа не приходилось. Но в целом эти меры были направлены в будущее.
Завоевания социалистической революции были законодательно закреплены в написанной Лениным «Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа». Декларация была внесена им на рассмотрение ВЦИК и 3 (16) января 1918 года единогласно принята. 5(18) января 1918 года фракция большевиков от имени Советской власти внесла декларацию на обсуждение Учредительного собрания, но оно отказалось рассмотреть её. 12(25) января проект декларации с некоторыми редакционными изменениями был утвержден III Всероссийском съездом Советов рабочих и солдатских депутатов. После объединения III Всероссийского съезда рабочих и солдатских депутатов с III Всероссийским съездом крестьянских депутатов декларация вновь была утверждена 18 (31) января 1918 объединенным съездом Советов. По предложению В. И. Ленина она была включена в качестве вводного раздела в проект первой Конституции РСФСР, принятой 10 июля 1918 года V Всероссийским съездом Советов.
Декларация состояла из 4 разделов. В 1-м разделе устанавливались политические основы Советского социалистического государства. Россия провозглашалась республикой Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, которым принадлежит вся власть в центре и на местах. Советская республика учреждалась на основе свободного союза свободных наций как федерация советских национальных республик.
2-й раздел определял основную задачу социалистического государства, которая заключалась в уничтожении всякой эксплуатации человека человеком, полном устранении деления общества на классы, беспощадном подавлении эксплуататоров, установлении социалистической организации общества и победе социализма.
Далее были зафиксированы первые успехи Советской власти в строительстве социалистического общества: 1) социализация земли с отменой частной собственности на землю, весь земельный фонд становился общенародным достоянием и передавался трудящимся без выкупа, на основах уравнительного землепользования. Все леса, недра и воды общегосударственного значения, а также образцовые имения и сельскохозяйственные предприятия объявлялись национальным достоянием; 2) введение рабочего контроля на фабриках, заводах, рудниках, железных дорогах и других средствах производства и транспорта, организация ВСНХ. Как первый удар по международному, финансовому капиталу рассматривалось советский закон об аннулировании (уничтожении) займов, заключённых царским и Временным правительствами; 3) подтверждался переход всех банков в собственность рабоче-крестьянского государства, как одно из условия освобождения трудящихся от ига капитала; 4) Для уничтожения паразитических слоев общества и организации общества вводилась трудовая повинность; 5) Для защиты завоеваний революции трудящиеся вооружались, создавалась Красная Армия, а имущие классы разоружались.
3-м разделе Декларация подтверждала основные принципы внешней политики Советского государства: борьбу за демократический мир без аннексий и контрибуций, отмену тайных договоров, уважение к национальному суверенитету всех народов; полный разрыв с варварской политикой буржуазной цивилизации, порабощающей трудящиеся массы колоний и зависимых стран; одобряла провозглашенные СНК независимость Финляндии, вывод войск из Персии, объявление свободы самоопределения Армении.
4-й раздел Декларации провозглашал, что в момент решительной борьбы народа с его эксплуататорами, эксплуататорские классы отстраняются от участия в управлении Советским государством. Власть должна принадлежать целиком и исключительно трудящимся массам и их полномочному представительству — Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Декларация подчеркивала, что Советская власть ограничивается установлением коренных начал федерации советских республик России, предоставляя возможность рабочим и крестьянам каждой нации принять самостоятельное решение об участии в федеральном правительстве и в остальных советских федеральных учреждениях.
Таким образом, на планете впервые появилось социалистическое государство, которое освобождалось от социальных паразитов (эксплуататоров), угнетения одних людей другими, устанавливало социальную справедливость, тем самым бросая вызов «буржуазной цивилизации» и международному финансовому капиталу (глобальным паразитам и хищникам). Это был прорыв в будущее, шанс не только народов многонациональной русской цивилизации, но всего человечества на справедливый мировой порядок без разделения на «избранных» и «двуногие орудия».
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 27 янв 2018, 10:02

Блокаду прорвала "неистребимая саранча"

Сегодня, 06:24
Блокаду прорвала "неистребимая саранча"Недавно в архиве бывшего московского танкостроительного предприятия, которому уже 101 год, найдена неопубликованная рукопись конструктора бронетехники, Героя Социалистического Труда, доктора технических наук Николая Астрова, который за две недели в августе 1941 года на столичном танковом заводе № 37 создал в металле первый отечественный орудийный малый танк Т-60. В рукописи конструктор отметил: «С осени 1941 года по март 1942 года было сдано Красной армии более 6 тыс. танков Т-60». Это второй по количеству танк после Т-34, выпущенный в Великую Отечественную войну. «Малютка» и ее конструктор незаслуженно обойдены вниманием в отечественной военной истории, а некоторые специалисты даже критикуют Т-60, прозванный солдатами вермахта «неистребимой саранчой» за якобы низкие боевые качества.
В рукописи Николай Астров пишет, что Т-60 выпускали танковые заводы в Москве, Горьком, Свердловске, Сарепте, Кирове. В Красной армии танк назвали «малюткой». Однако, несмотря на размеры, боевая машина оказалась «зубастой» и эффективной. Он первым из легких и плавающих танков был вооружен автоматической авиационной пушкой ШВАК или ТНШ калибра 20 мм и пулеметом ДТ калибра 7,62 мм, защищен от пуль и осколков катанной, высокой твердости броней. Уже в сентябре 1941 года танк приняли на вооружение и стали серийно выпускать на заводе № 37 (ныне НИИДАР) в Москве. 7 ноября 40 танков Т-60 участвовали в параде на Красной площади. Он хорошо себя зарекомендовал в битве за Москву как танк поддержки пехоты, разведчик. Военный совет Западного фронта объявил благодарность заводу № 37.
В 1942 году Т-60 переправляли по рекам и Ладожскому озеру замаскированными от фашистской авиации на баржах с углем. В блокадном Ленинграде командование фронтом создало 61-ю танковую бригаду полковника В. Хрустицкого. В районе Новосаратовской колонии под Шлиссельбургом, где противник не просматривал нашу оборону, в начале января 1943 года под руководством маршала Климента Ворошилова прошли учения по преодолению по льду широкой Невы. Под лед провалился средний Т-34. Для тяжелого КВ-1 учения отменили. Два Т-60 быстро преодолели водную преграду и без труда вышли на высокий, обледенелый противоположный берег реки. Командующий Ленинградским фронтом генерал-полковник Леонид Говоров приказал 61-й бригаде форсировать Неву, преодолеть специально облитый водой немецкими саперами, покрытый льдом высокий берег и прорвать долговременную оборону вражеских войск.
В ночь на 12 января 1943 года наши войска сосредоточились в районе от Шлиссельбурга до Невской Дубровки. Первыми в атаку на ряде участков прорыва по льду пошли 140 легких Т-60. Немцы не ожидали, что главный удар советские войска нанесут напротив 1-го, 2-го городков, Марьино, под Шлиссельбургом, где их оборона проходила по крутым, облитым водой и замерзшим берегам Невы. Перед батальонами Т-60 немцы поставили заградительный артиллерийско-минометный огонь. Однако «малютки» прорвались через реку и вышли на крутой берег, ведя огонь по вражеским позициям из авиационных пушек и пулеметов. Танкисты 61-й бригады понесли большие потери, но достигли главного: на какое-то время отвлекли силы противника от главной группировки войск, которая под шквальным огнем с большим трудом, но вышла на берег Невы и 12 января захватила два изолированных друг от друга небольших плацдарма. Один на участке 2-й Городок, Марьино по фронту 5 км и в глубину 3 км. Другой – в районе Московской Дубровки по фронту 2,5 км и в глубину 1,5 км. Захват этих плацдармов позволил инженерным войскам 67-й армии с вечера 12 января приступить к созданию ледяной переправы для средних и тяжелых танков. В это время 45-я гвардейская стрелковая дивизия с остатками 118-го отдельного танкового батальона Т-60 стремилась расширить плацдарм напротив Невской Дубровки. На поддержку 941-го стрелкового полка 268-й стрелковой дивизии был направлен 86-й танковый батальон Т-60. К пяти часам вечера 12 января части этой дивизии вместе с танкистами 61-й бригады овладели пунктами Дачи, Гараж и продолжали наступление. Имела успех 136-я стрелковая дивизия, которой был придан 548-й танковый батальон Т-60.
18 января части 86-й стрелковой дивизии и танкисты 61-й танковой бригады освободили Шлиссельбург. За проявленный героизм и успешные боевые действия бригада «малюток» позднее была преобразована в 30-ю гвардейскую танковую бригаду.
Главный конструктор Московского завода № 37 Николай Астров, создавая в октябре 1941 года этот легкий танк, возможно, уже тогда предполагал дальнейшее развитие подобного образца бронетанкового вооружения. На фото военной поры из заводского архива у Т-60 явно просматриваются контуры будущей боевой машины десанта (БМД), которую впоследствии на оборонном предприятии в Мытищах создал конструктор и ученый Николай Астров.
Сегодня единственный в России экземпляр легкого Т-60, произведенного в 1941 году в Москве на заводе № 37 (нынешний НИИДАР), находится в Бронетанковом музее в подмосковной Кубинке. К сожалению, в отечественной военной истории практически не изучены и не освещены по достоинству роль и значение отечественных легких танков в Великой Отечественной войне. На поле боя у подготовленных экипажей Т-60 были эффективными и грозными легкими боевыми машинами для пехоты и техники вермахта.

Изображение

Изображение
Немало образцов боевой техники и вооружения, применявшихся в годы Великой Отечественной, прошли ее от начала до конца, что свидетельствует об удачности их конструкции и наиболее полном соответствии тактико-техническим требованиям (ТТТ). Однако целый ряд изделий советского оборонпрома, с которым Красная армия вступила в противоборство с германскими войсками, до его завершения не дожил по причине либо устарелости, либо несоо

Т-60 – танк-смертник СССР, история, танки, факты
Изображение
Встречное предложение
В мае 1941 года московский завод № 37 получил задание освоить серийный выпуск легкого танка нового поколения Т-50, что вызвало шок у руководства предприятия, скромные производственные возможности которого явно не соответствовали новому объекту. Достаточно сказать, что Т-50 имел сложную планетарную восьмиступенчатую коробку передач, а зуборезное производство всегда было на этом заводе слабым местом. Вместе с тем работники завода № 37 пришли к выводу, что можно создать новый легкий танк непосредственного сопровождения пехоты. При этом предполагалось использование отработанной моторно-трансмиссионной установки и ходовой части плавающего танка Т-40. Корпус должен был иметь более рациональную форму, уменьшенные размеры и усиленное бронирование.
Убедившись в целесообразности и преимуществах такого решения, главный конструктор Н. А. Астров вместе со старшим военпредом предприятия подполковником В. П. Окуневым написал письмо И. В. Сталину, в котором обосновал невозможность выпуска танка Т-50 и с другой стороны – реальность быстрого освоения производства нового танка. Письмо в установленном порядке опустили вечером в почтовый ящик у Никольских ворот Кремля, ночью Сталин его прочел, и уже утром на завод приехал заместитель председателя СНК СССР В. А. Малышев, которому поручили заниматься новой машиной. Он с интересом осмотрел макет танка, одобрил его, обсудил с конструкторами технические и производственные проблемы и посоветовал заменить пулемет ДШК на гораздо более мощную 20-мм автоматическую пушку ШВАК, хорошо освоенную в авиации.
Уже вечером 17 июля 1941 года было подписано постановление Государственного Комитета Обороны № 179 «О выпуске легких танков Т-60 на заводе № 37 Наркомсредмаша». Необходимо отметить, что в этом постановлении речь шла не о классической «шестидесятке», а о танке Т-60 (030), внешне идентичном Т-40 за исключением кормового листа корпуса и более известном под неофициальным обозначением Т-30.
Для Т-60 (уже в варианте 060) конструктор А. В. Богачев спроектировал принципиально новый, более прочный цельносварной корпус со значительно меньшим, чем у Т-40, забронированным объемом и низким силуэтом – высотой всего 1360 миллиметров, с большими углами наклона лобовых и кормовых листов, выполненных из катаной гомогенной брони. Меньшие размеры корпуса позволили довести толщину всех лобовых листов до 15–20 миллиметров, а потом с помощью экранировки и до 20–35, бортовых – до 15 миллиметров (впоследствии до 25), кормовых – до 13 миллиметров (потом местами до 25). Водитель располагался посередине в выступающей вперед рубке с откидывающимся в небоевой обстановке лобовым щитком и верхним посадочным люком. Смотровой прибор водителя – быстросменный зеркальный стеклоблок «триплекс» толщиной 36 миллиметров находился в лобовом щитке (первоначально и по бокам рубки) за узкой щелью, прикрываемой бронезаслонкой. В днище толщиной шесть – десять миллиметров имелся аварийный люк.
Новая башня высотой 375 миллиметров, спроектированная Ю. П. Юдовичем, имела конусообразную восьмигранную форму. Она сваривалась из плоских бронелистов толщиной 25 миллиметров, расположенных под большими углами наклона, что заметно повышало ее стойкость при обстреле. Толщина передних скуловых бронелистов и маски вооружения достигла впоследствии 35 миллиметров. В крыше имелся большой люк командира с круглой крышкой. В боковых гранях башни справа и слева от стрелка выполнялись узкие щели, оборудованные двумя смотровыми приборами типа «триплекс». Башня была смещена к левому борту.
На втором опытном образце Т-60 (060) вместо ДШК установили скорострельную 20-мм пушку ШВАК-танковая с длиной ствола 82,4 калибра, созданную на основе крыльевого и турельного вариантов авиапушки ШВАК-20. Доработка пушки, в том числе и по результатам фронтового применения, продолжалась параллельно с развитием ее производства. Поэтому официально она была принята на вооружение только 1 декабря, а 1 января 1942 года получила обозначение ТНШ-1 (танковая Нудельмана – Шпитального) или ТНШ-20, как ее стали называть позже.
Т-60 – танк-смертник СССР, история, танки, факты
Для удобства наведения пушка размещалась в башне со значительным смещением от ее оси вправо, что заставило вводить поправки в показания телескопического прицела ТМФП-1. Табличная дальность прямого выстрела достигала 2500 метров, прицельная – 7000, темп стрельбы – до 750 выстр/мин, масса секундного залпа бронебойными снарядами – 1,208 килограмма. Пушка имела ленточное питание емкостью 754 снаряда (13 коробок). В состав боекомплекта входили осколочно-трассирующие и осколочно-зажигательные снаряды и бронебойно-зажигательные снаряды с карбидо-вольфрамовым сердечником и высокой начальной скоростью Vo=815 м/с, что позволяло эффективно поражать легко- и среднебронированные цели, а также пулеметные точки, противотанковые пушки и живую силу врага. Введение впоследствии подкалиберного бронебойно-зажигательного снаряда повысило бронепробиваемость до 35 миллиметров. Как следствие Т-60 мог бороться на малых дистанциях с немецкими средними танками Pz.III и Pz.IV ранних вариантов при стрельбе в борт, а на дистанциях до 1000 метров – с бронетранспортерами и легкими САУ.
Слева от пушки в одной спаренной с ней установке размещался пулемет ДТ с боекомплектом 1008 патронов (16 дисков, позднее 15).
Предприятия-изготовители
15 сентября 1941 года московский завод № 37 выпустил первый серийный Т-60, однако ввиду последовавшей вскоре эвакуации производство было остановлено уже 26 октября. Всего в Москве сделали 245 танков Т-60. Вместо предполагавшегося вначале Ташкента предприятие отправили в Свердловск, где вскоре заработал новый танковый завод № 37. Собранные на нем с 15 декабря 1941 года в основном из деталей, привезенных из Москвы, первые два десятка Т-30 и Т-60 прошли 1 января 1942 года по свердловским улицам. Всего же до сентября 1942-го на Урале построили 1144 Т-60, после чего завод № 37 перепрофилировали на изготовление узлов и агрегатов к Т-34, а также боеприпасов.
К производству броневых корпусов танка Т-60 были привлечены цехи Коломенского машиностроительного завода имени Куйбышева. В октябре 1941 года часть из них, включая те, что выпускали корпуса танков Т-60 для завода № 37, эвакуировали в Киров, на площадку тамошнего машиностроительного завода НКПС имени 1 Мая. Здесь был создан новый завод № 38 и уже в январе 1942-го из его ворот вышли первые Т-60. С февраля 38-й начал их плановое производство, одновременно снабжая остальные предприятия литыми траками гусениц, которые ранее делал только СТЗ. За I квартал изготовили 241 машину, до июня – еще 535 единиц.

Привлекался к производству Т-60 и завод № 264 (Красноармейский судостроительный завод в городе Сарепте под Сталинградом, ранее выпускавший речные бронекатера). Техдокументацию на танк он получил своевременно, но в дальнейшем вел машину самостоятельно, не прибегая к помощи головного предприятия, однако и не пытаясь ее модернизировать. 16 сентября 1941 года в заводской коллектив влились знакомые с танкостроением работники эвакуированного ХТЗ, которые еще в Харькове начали заниматься освоением производства Т-60. Они приехали на 264-й с уже подготовленным заделом инструмента, лекал, штампов и заготовок танка, поэтому первый бронекорпус сварили к 29 сентября. Агрегаты трансмиссии и ходовой части должен был поставлять СТЗ (завод № 76). Загруженное изготовлением Т-34 и дизель-моторов В-2, к тому же оказавшееся в конце 1941 года их единственным производителем, сталинградское предприятие и поставлявший ему бронекорпуса и сварные башни для «тридцатьчетверок» завод № 264 не могли уделять легкому Т-60 столько же внимания. Тем не менее в декабре удалось собрать первые 52 машины. Всего же по июнь 1942 года здесь было выпущено 830 Т-60. Значительная их часть участвовала в Сталинградской битве, особенно в начальной ее фазе.
Головным же и самым крупным заводом по выпуску Т-60 стал ГАЗ, куда 16 октября 1941 года на постоянную работу прибыл Н. А. Астров с небольшой группой московских коллег для конструкторского обеспечения производства. Вскоре его назначили заместителем главного конструктора предприятия по танкостроению, а в начале 1942-го он получил Сталинскую премию за создание Т-40 и Т-60.
В короткий срок ГАЗ завершил изготовление нестандартной технологической оснастки и с 26 октября приступил к массовому выпуску танков Т-60. Бронекорпуса для них в нарастающих количествах начали поставлять Выксунский завод дробильно-размольного оборудования (ДРО) № 177, позже – Муромский паровозоремонтный завод им. Дзержинского № 176 с его мощным котельным производством, технологически подобным танковому корпусному, и, наконец, старейший броневой завод № 178 в городе Кулебаки. Затем к ним присоединилась эвакуированная в Саратов на территорию местного паровозоремонтного завода часть подольского завода № 180. И все же бронекорпусов хронически не хватало, что сдерживало расширение массового производства Т-60. Поэтому вскоре их сварку дополнительно организовали на ГАЗе. В сентябре в Горьком изготовили всего три танка Т-60. Но уже в октябре – 215, в ноябре – 471. До конца 1941-го здесь выпустили 1323 машины.
В 1942 году, несмотря на создание и принятие на вооружение более боеспособного легкого танка Т-70, параллельное с ним производство Т-60 сохранялось на ГАЗе по апрель (всего за 1942-й – 1639 машин), на свердловском заводе № 37 – по август, на заводе № 38 – по июль. За 1942 год на всех заводах было сделано 4164 танка. Последние 55 машин завод № 37 сдавал уже в начале 1943-го (по февраль). Всего с 1941 года выпустили 5839 Т-60, армия приняла 5796 машин.
Боевое крещение
Первое массовое применение Т-60 относится к битве за Москву. Они имелись почти во всех танковых бригадах и отдельных танковых батальонах, защищавших столицу. 7 ноября 1941 года в параде на Красной площади участвовало 48 Т-60 из состава 33-й танковой бригады. Это были танки московского производства, горьковские Т-60 впервые вступили в бой под Москвой только 13 декабря.
На Ленинградский фронт Т-60 начали прибывать весной 1942 года, когда для формирования 61-й танковой бригады было выделено 60 машин с экипажами. Небезынтересна история их доставки в осажденный город. Танки решили перевозить на баржах с углем. Это было неплохо с точки зрения маскировки. Баржи везли в Ленинград топливо, примелькались противнику и не каждый раз за ними велась активная охота. К тому же уголь как балласт обеспечивал речным посудинам необходимую остойчивость.
Грузили боевые машины с пирса выше Волховской гидроэлектростанции. На уголь укладывали бревенчатые настилы, на них размещались танки, и баржи отчаливали от берега. Вражеской авиации так и не удалось обнаружить перемещение нашей воинской части.
Боевое крещение 61-й танковой бригады пришлось на 12 января 1943 года – первый день операции по прорыву блокады Ленинграда. Причем бригада, как и 86-й, и 118-й танковые батальоны, также имевшие на вооружении легкие танки, действовала в первом эшелоне 67-й армии и форсировала Неву по льду. Части, оснащенные средними и тяжелыми танками, ввели в бой только на второй день наступления, после того как был захвачен плацдарм глубиной два-три километра, а саперы усилили лед.
Воевали Т-60 и на Южном фронте, особенно активно весной 1942 года в Крыму, участвовали в Харьковской операции и в обороне Сталинграда. Т-60 составляли значительную часть боевых машин 1-го танкового корпуса (командир – генерал-майор М. Е. Катуков), совместно с другими соединениями Брянского фронта, отражавшего немецкое наступление на Воронежском направлении летом 1942 года.
К началу контрнаступления Сталинградского, Донского и Юго-Западного фронтов 19 ноября 1942 года в составе танковых бригад оставалось уже довольно мало боевых машин этого типа. Недостаточно бронированный и слабовооруженный Т-60 обладал очень низкой устойчивостью на поле боя, становясь легкой добычей средних и тяжелых танков противника. Справедливости ради надо признать, что танкисты не особенно любили эти легкобронированные и слабовооруженные машины с пожароопасными бензиновыми двигателями, называя их БМ-2 – братская могила на двоих.
Последней крупной операцией, в которой использовались Т-60, стало снятие блокады Ленинграда в январе 1944 года. Так, в числе 88 машин 1-й танковой бригады Ленинградского фронта находился 21 Т-60, в 220-й танковой бригаде их было 18, а в 124-м танковом полку Волховского фронта к началу операции 16 января 1944 года имелось в наличии лишь 10 боевых машин: два Т-34, два Т-70, пять Т-60 и даже один Т-40.
На базе Т-60 выпускалась реактивная установка БМ-8-24 (1941), а также были разработаны и изготовлены опытные образцы танка с 37-мм пушкой ЗИС-19, 37-мм зенитной самоходной установки (1942), 76,2-мм самоходно-артиллерийской установки, зенитного танка Т-60-3 с двумя спаренными 12,7-мм пулеметами ДШК (1942) и самоходно-артиллерийской установки ОСУ-76 (1944). Все эти машины оказались не слишком удачными, так как для использования в качестве базы для САУ танк Т-60 явно не подходил.
Зачем выпускали эти машины?
Обычно Т-60 сравнивают с «коллегой» по вооружению – немецким легким танком Pz.II. Это тем более интересно потому, что эти машины встречались в реальном бою. Анализируя данные этих танков, можно сказать, что советским танкостроителям удалось добиться практически одинаковой с немецкой машиной уровня защищенности, что при меньших массе и габаритах существенно повышало неуязвимость Т-60. Почти аналогичны и динамические характеристики обеих машин. Несмотря на большую удельную мощность, Pz.II не был быстроходнее «шестидесятки». Формально одинаковыми были и параметры вооружения: оба танка оснащались 20-мм пушками с близкими баллистическими характеристиками. Начальная скорость бронебойного снаряда пушки Pz.II составляла 780 м/с, Т-60 – 815 м/с, что теоретически позволяло им поражать одни и те же цели.
На самом деле все обстояло не так просто: советская пушка ТНШ-20 не могла вести огонь одиночными выстрелами, а немецкая KwK 30, равно как и KwK 38, могла, что существенно повышало точность стрельбы. Даже при ведении огня короткими очередями пушку Т-60 отдачей уводило в сторону, что не позволяло эффективно обстреливать пехоту или групповые цели (скопление автомашин например). «Двойка» оказалась эффективнее на поле боя и за счет численности экипажа, состоявшего из трех человек и имевшего к тому же гораздо лучший обзор из танка, чем экипаж Т-60. Важным преимуществом являлось и наличие радиостанции. В итоге Pz.II в качестве машины переднего края существенно превосходил «шестидесятку». Еще больше это преимущество ощущалось при использовании танков для разведки, где малозаметный, но «слепой» и «немой» Т-60 был практически бесполезен. Не лучше обстояло дело и при использовании Т-60 в качестве танка сопровождения пехоты: слишком слабая броня «шестидесятки» легко поражалась практически всеми противотанковыми средствами и тяжелым оружием пехоты вермахта.
В итоге можно сделать вывод, что танк Т-60 был совершенно не нужен Красной армии, так как никаким ТТТ (если они вообще на него разрабатывались) не соответствовал. Эти машины, редко когда переживавшие одну атаку, часто называют танками-смертниками. Без малого шесть тысяч Т-60 буквально сгорели в горниле войны. Причем сгорели почти без следа: относительно немного осталось фронтовых фотографий этих машин, мало хранится в архивах и документов об их боевом применении. До наших дней уцелело буквально несколько танков этого типа.
Сам собой возникает вопрос: зачем их вообще выпускали? Мотивация завода № 37 понятна, а вот почему Ставка ВГК согласилась с этой мотивацией? Последнее обстоятельство можно объяснить стремлением восполнить огромные потери в танках – с одной стороны и сильно завышенной оценкой численности немецкого танкового парка – с другой. Представить себе, что немцы, имея в пять раз меньше танков, чем Красная армия, добиваются успеха благодаря продуманной оргштатной структуре танковых соединений, отлично налаженному взаимодействию с другими родами войск, хорошей управляемости и передовым тактическим приемам их использования, в Ставке, видимо, просто не могли. Увы, на тот момент ничего, кроме количественного перевеса, противопоставить этому мы не могли.
Ну а если не Т-60, тогда что? Да то, чего Красной армии остро не хватало всю войну, – бронетранспортеры! Представим себе нечто напоминающее шасси Т-60, но без башни, а скажем, со шкворневой или турельной (что лучше) установкой пулемета ДТ или ДШК и противотанковым ружьем в придачу, способное перевозить хотя бы четыре-пять пехотинцев. Именно так оснащались ленд-лизовские гусеничные БТР «Универсал», ценившиеся бойцами на вес золота. А получили мы их всего две тысячи. Если бы вместо Т-60, как, впрочем, и последовавших за ними Т-70, в войска поступили 14 тысяч гусеничных бронетранспортеров, то право же, от них было бы гораздо больше толку.
Но история сослагательного наклонения не имеет. Что было, то было, и ничего уже не исправить. И не воскресить экипажи братских могил на двоих. Вечная им память, вечная им слава!
Автор: Михаил Барятинский



Источник: https://fishki.net/2226560-t-60--tank-smertnik.html © Fishki.net
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 27 янв 2018, 10:16

ЧТО ТВОРИЛА БАНДА «ЗИГ-ЗАГ» В БЛОКАДНОМ ЛЕНИНГРАДЕ
1377 0 Администратор - 27 января 2018 A A+

На счету этой ОПГ времен Великой Отечественной войны, обосновавшейся в блокадном Ленинграде, убийства и мошенничество с карточками на продовольствие. Действовавшая под контролем абвера, «Коллегия защиты интересов Германии – Знамя Адольфа Гитлера», в осажденном голодающем городе обманом заполучила свыше 10 тонн продуктов питания.

Зеки-изменники Родины

Главарем этой банды был Виталий Кошарный, дважды судимый за подделку документов. Коллегия «Зиг-Заг» появилась в начале войны в лагпункте № 32, расположенном в Ленинградской области. Кошарный и двое его товарищей, Баскин и Кириллов, во время очередного немецкого авианалета бежали из лагеря, имея при себе поддельные справки об освобождении, предварительно изготовленные Кошарным. По дороге захватили машину и, убив водителя, приехали в Ленинград.

В Ленинграде они спрятались у знакомой буфетчицы. Через месяц ОПГ «Зиг-Заг» насчитывал уже 12 человек, в составе банды были сотрудники предприятий городской торговли.

Кошарный решил установить связь с немцами. В ноябре 1941 года Кириллов отправился за линию фронта. Получив ранение, он оказался в плену у гитлеровцев. Тут же изъявил желание сотрудничать. Кириллова направили в специальную диверсионную школу в Гатчине. В спецшколе готовили карателей, полицаев и будущих наместников из числа предателей Родины.

После тщательной проверки Кириллова снабдили типографскими шрифтами, рацией и переправили обратно в Ленинград. Отныне «Зиг-Заг» работал по заданию абвера. Они выпускали листовки со своим «фирменным логотипом». Но главная их подрывная деятельность заключалась в другом.

Люди голодали, а твари пировали

Кошарный имел большой опыт в подделке документов, и изготовить фиктивные продуктовые карточки и талоны ему не составило труда. Тем более, при наличии типографских шрифтов. В преступный оборот были взяты руководители ряда магазинов Ленинграда, способствовавшие отовариванию этих подделок. По фальшивым карточкам и талонам мошенники получали хлеб, крупу, масло, сахар – все, что только можно было достать в блокадном городе, даже спиртное и шоколад.

Потом подсчитали, что в общей сложности преступники мошенническим путем получили порядка 17 тонн продовольствия. Тогда как ленинградцам в это время выдавались печально знаменитые 125 блокадных грамм эрзац-хлеба.

В ожидании агента абвера

Еженедельно «Зиг-Заг» получал по рации инструкции от своих кураторов в абвере. Во время одного из сеансов связи Кошарный узнал: в город прибыл агент германской разведки. «Зиг-Загу» предписывалось установить с ним связь. Кошарный и Кириллов вдвоем отправились на встречу на конспиративную квартиру.

Но бдительные жильцы дома сообщили о визите незнакомых мужчин в милицию. Проверить это сообщение пришел местный участковый уполномоченный. Увидев человека в милицейской форме, Кошарный и Кириллов приняли его за немецкого агента. Когда милиционер потребовал документы, бандиты накинулись на него и убили. Затем быстро покинули квартиру, позабыв про немецкого агента.

Того самого агента, бывшего советского офицера Сморчкова, незадолго до этого убийства задержали контрразведчики. Когда Кошарный и Кириллов ожидали его, пойманный предатель уже давал показания в Большом доме, где располагался ленинградский НКВД.

«Зиг-Заг» капут

В конце концов, все 12 членов ОПГ «Зиг-Заг» были арестованы и предстали перед судом. Тройка военного трибунала рассматривала это дело два дня. До суда дожили 11 «зигзаговцев» - один из банды умер незадолго до вынесения приговора. Шестеро преступников во главе с Кошарным были обвинены в создании контрреволюционной организации и пособничестве гитлеровцам, десяти бандитам предъявили обвинение в посягательстве на социалистическую собственность.

Кошарный на суде признал, что их банда занималась подрывом в снабжении продовольствием блокадного Ленинграда, изготавливала поддельные талоны и карточки, листовки с призывами сотрудничать с немцами. Кириллов, как мог, сваливал основную вину на Кошарного. Подсудимые, особенно женщины, умоляли оставить их в живых, писали ходатайства о помиловании.

Но 30 июня 1942 года, спустя несколько дней после вынесения приговора, весь состав «Зиг-Зага» расстреляли. Никому из 11 бандитов права на обжалование решения о высшей мере наказания предоставлено не было.
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 28 янв 2018, 10:52

Как стирали Сталинград и его жителей с лица земли

Сегодня, 05:00
Как стирали Сталинград и его жителей с лица землиЧтобы лучше понять драму Сталинграда и трагедию его жителей лета-осени 1942 года, надо прежде представить, каким был этот поволжский город перед войной и с ее началом. Воспоминания современников, кадры кино- и фотохроники, газетные репортажи тех лет свидетельствуют о том, что бывший Царицын (до 1925 года), значительно пострадавший в годы ожесточенного противоборства красных и белых, к июню 1941 года являлся одним из красивейших городов на Нижней Волге, да и вообще в России. И то, что сотворили с ним немецко-фашистские захватчики, поддается лишь частичному сравнению с другими похожими битвами за тот или иной крупный город. Об этом лишний раз свидетельствуют и вновь открытые архивные данные, отдельными из которых мы ниже оперируем.
ПЕРВЫЕ НАЛЕТЫ КАК ПРЕЛЮДИЯ К ТРАГЕДИИ
К лету 1941 года в Сталинграде имелось более 51 тыс. домов. Но из них каменных было всего 2070, включая несколько десятков многоэтажных зданий, а примерно 87%, или основной жилой фонд, – одноэтажные или двухэтажные деревянные строения. К августу в них проживали 550 тыс. человек (включая 25 тыс. эвакуированного населения). Это был второй после Горького (ныне Нижний Новгород) город на великой русской реке (для сравнения: в Ульяновске проживали 105 тыс., в Куйбышеве, ныне Самара, – немногим более 400 тыс., в Воронеже – 350 тыс., в Астрахани – не более 250 тыс., в Горьком – около 670 тыс. человек). Крупнейшими предприятиями являлись Сталинградский тракторный завод (СТЗ), наладивший перед войной выпуск и ремонт танков Т-34, а также орудийный завод «Баррикады», металлургический «Красный Октябрь», Сталинградская государственная районная электростанция (ГРЭС), судоверфь, лесобаза – именно на них работали многие тысячи горожан.
В июне 1941 года город на нижней Волге находился от западной границы СССР на расстоянии до 2000 км, от южной – на 1500 км. С началом гитлеровской агрессии советским властям, да и многим людям казалось, что это глубокий тыл страны, и никто даже представить себе не мог, что немцы когда-то могут дойти до великой русской реки. Но вскоре после начала войны стало ясно: страну ждали куда более суровые испытания, чем это представлялось в довоенное время.
Вспомним. 3 июля по радио к советскому народу как к «братьям и сестрам» обратился Иосиф Сталин, обозначив положение дел как очень критическое, сказав, что речь идет «о жизни и смерти Советского государства, о том – быть народам Советского Союза свободными или впасть в порабощение». Летом-осенью Красная армия потерпела жестокие поражения и понесла огромные территориальные, материальные и людские потери. Контрнаступление под Москвой зимой 1941/42 года позволило разгромить ударную группировку противника, сыграло очень важную роль, обнадежило, способствовало даже некоторой эйфории власти (Сталин тогда вознамерился гнать врага на запад чуть ли не по всему фронту), однако весной и летом 1942 года армия агрессора объективно была еще значительно сильнее нашей. И войска вермахта, оправившись от поражения под Москвой, двинулись к Волге с целью в дальнейшем захватить кавказские нефтяные месторождения.
В связи с приближением линии фронта к Сталинграду следовало позаботиться о защите от воздушного нападения люфтваффе. Важные события произошли еще осенью 1941 года, когда советское командование провело первые организационные мероприятия по укреплению ПВО и местной противовоздушной обороны (МПВО) Поволжья. В Сталинграде началась подготовка убежищ, укрытий и щелей емкостью на 220 тыс. жителей.
23 октября 1941 года в Сталинграде, как и во многих других краевых и областных центрах СССР, во исполнение соответствующего постановления центральной власти, вышедшего накануне, был образован Сталинградский городской комитет обороны (СГКО) во главе с первым секретарем обкома партии Алексеем Чуяновым. Созданный тогда чрезвычайный орган принял до его упразднения в сентябре 1945 года 621 постановление, и первые же решения были направлены на выявление мобилизационных резервов, усиление МПВО, срочную постройку всех намеченных убежищ и укрытий, увеличение выпуска военной продукции.
Обстоятельства заставляли торопиться в подготовке к предстоящим боям – над областью стали появляться вражеские самолеты. 1 ноября 1941 года звено «хейнкелей» в разгар дня прорвалось к Сталинграду и без помех сбросило 6 авиабомб – три дома рухнули. Из-за неожиданности и полной неготовности города к налету потери оказались значительными, потрясли и членов СГКО, и сталинградцев: пострадали 106 человек гражданского населения, из которых 36 погибли.
Через несколько дней огромный населенный пункт решением Совета народных комиссаров РСФСР объявили пунктом ПВО. Началось поспешное формирование Сталинградского бригадного района ПВО из того, что имелось в наличии в Сталинградском военном округе. В начале зимы район переформировали в Сталинградский дивизионный. Соединение возглавил полковник Ефим Райнин, остававшийся на этом посту весь период героической обороны. Именно под его руководством 26 апреля 1942 года район переформировали в Сталинградский корпусной район ПВО.
Последнему преобразованию предшествовал первый групповой бомбардировочный налет люфтваффе, состоявшийся в ночь на 23 апреля. В нем участвовало 25–30 самолетов противника, из которых прорваться к цели удалось не более 3–5 машинам. Внутри периметра СТЗ упало 30 фугасных авиационных бомб (ФАБ). Было разрушено 6 домов, и 4 дома сгорело. Убиты 14 и ранены 70 человек гражданского населения. Но это было лишь прелюдией к тому, что случилось в Сталинграде несколькими месяцами позже.
ГОРОД РАНЕНЫХ И БЕЖЕНЦЕВ
Начало июля 1942 года ознаменовалось экстренными мерами, связанными с приведением в полную боевую готовность сил и средств МПВО. СГКО принял постановление «О мерах усиления противопожарной обороны города Сталинграда». Документ требовал не только привести в полную боеготовность все звенья местной ПВО, организации групп самозащиты, но также принять срочные меры по созданию пожарных водоемов, улучшению подъездов к Волге, особенно в районах с хаотичной застройкой, приведению всей водопроводной сети в исправное состояние… Увы, многие из намеченных мероприятий не успели реализовать до начала массированных налетов гитлеровской авиации.
Еще по результатам германских воздушных атак прошлого года было ясно, что при отсутствии энергичного противодействия сил ПВО самолеты люфтваффе могут принести огромные бедствия, в иных случаях способствовать панике и неразберихе в тылу, в прифронтовых городах. Это хорошо осознало советское командование и несколько месяцев готовилось к отпору авиации противника. Зенитное прикрытие города было значительно усилено – всего сосредоточили 560 различных пушек, не считая иных средств ПВО.
Между тем тревога от складывающейся на фронте ситуации все нарастала. Войска вермахта полностью овладели инициативой, напирали, теснили советские части, которые с боями отходили в глубь своей территории. И вот уже Сталинград стал прифронтовым городом. Опасность воздушного нападения многократно возросла. И она была тем обостреннее, что уже имелось ясное понимание того, какой невосполнимый ущерб могут нанести пожары. Ведь на протяжении многих десятилетий «город Сталина» застраивали безо всякого учета возможного возгорания и быстрого перекидывания огня от дома к дому. Тем более что тому могли весьма способствовать сильные ветры, которые возникали здесь довольно часто. А искусственных и естественных водоемов имелось явно недостаточно. Все это вынудило начальника отделения МПВО младшего лейтенанта госбезопасности Василия Агеева сделать вывод: «В пожарном отношении город Сталинград является пунктом исключительно опасным».
Кстати, о том, как действовал в той обстановке сам Агеев, свидетельствует представление его к ордену Красной Звезды. Оно было подписано в декабре 1942 года (к этому времени Агеев имел звание капитана) начальником Управления НКВД по Сталинградской области старшим майором госбезопасности Александром Ворониным (который в ходе боев сам был тяжело ранен и долго находился на излечении в госпитале):
«…В дни ожесточенной бомбардировки города вражеской авиацией т. Агеев лично выезжал к очагам поражений и руководил ликвидацией последствий налетов. Штабы и подразделения МПВО, хорошо организованные и подготовленные т. Агеевым, в эти дни проделали большую работу по ликвидации последствий бомбежки, самоотверженно работая по спасению населения и имущества, оказывая большую помощь пострадавшим гражданам, а также бойцам Красной Армии.
Находясь на своем посту, т. Агеев проявил себя как мужественный и волевой командир…»
Сталинград продолжал оставаться крупнейшей лечебной базой Юго-Западного фронта, и по мере дальнейшего приближения линии фронта изо дня в день тысячи новых раненых пополняли образованные на его территории госпитали. В итоге раненых военнослужащих вместе со стихийными беженцами скопилось столько, что это сделало практически невозможным определить даже примерную численность наводнивших город людей перед началом боев за него. По оценке автора, наиболее близкая к истине цифра – 700 тыс. человек.
12 июля 1942 года Ставка Верховного Главнокомандования образовала Сталинградский фронт. Отныне бои развернулись в большой излучине Дона – на дальних подступах к Сталинграду. На следующий день СГКО принял постановление об эвакуации скота, имущества, средств производства колхозов, совхозов, других предприятий и организаций, расположенных на правых берегах рек Хопер и Дон. Им также предусматривалось оперативное строительство шести дополнительных переправ через Волгу в ее нижнем течении с общей суточной пропускной способностью 30 тыс. голов, с одновременным приведением в надлежащий порядок действующих мостов и прибрежных транспортных подъездов. Буквально через день в Заволжье потянулись гурты домашнего скота и подводы с семьями колхозников.
Некоторые историки упрекают Сталина, который якобы запретил исход сталинградцев в тыл. Вождю приписывают фразу: «Солдаты плохо защищают города, оставленные жителями». И, мол, с учетом последующих трагических событий она стала приговором десяткам тысяч женщин, детей, стариков, которые вынуждены были остаться. Но в документах ничего подобного найти не удалось. Не упоминается такое высказывание Верховного Главнокомандующего и в чьих-либо воспоминаниях. Да это, собственно, опровергается и архивными документами, и ранее известными фактами.
По грубой оценке, до 23 августа 1942 года – дня трагедии Сталинграда – город успели покинуть около 100 тыс. человек. Основная же масса жителей в большинстве своем по собственной инициативе оставалась в городе в готовности бороться за него ни на жизнь, а на смерть и активно помогала обороняющим его войскам. В труднейших условиях, усугубленных близостью фронта, в городе продолжали работать и выдавать продукцию заводы, выпускавшие вооружение и боеприпасы для частей, пытавшихся сдержать натиск вражеских дивизий. С конвейера сходят и тотчас отправляются на фронт «тридцатьчетверки». СталГРЭС вырабатывала электричество. Не прекращались и переработка зерна, и выпечка хлеба, пошив обмундирования, ремонт судов и судоверфей… И это был, несомненно, подвиг!
В ночь на 23 июля Сталинград испытал сильную бомбардировку. В конце месяца бомбы падали уже в разных районах города и его окрестностях.
В документах отмечалось, что если в первую декаду июля в границах Сталинградского корпусного района ПВО посты воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС) зарегистрировали 39 самолето-пролетов, во вторую – 400, то в третью их было уже 1986. Из 59 июльских налетов на объекты Сталинградской области большинство – 43 было осуществлено на железнодорожные станции. Непосредственно Сталинград пережил 4 ночных налета, в ходе которых на город упало 75 ФАБ и 200 зажигательных авиабомб, пострадал 141 человек, жертвами воздушной атаки немцев стали 27 граждан и военнослужащих. Гораздо больший ущерб в те дни противник нанес близлежащим железнодорожным станциям, через которые шло снабжение войск и предприятий, переброска фронтовых резервов и вооружений.
Бюро обкома ВКП (б) 15 августа 1942 года приняло постановление об эвакуации детских домов, лечебно-профилактических учреждений, эвакогоспиталей, населения из Сталинграда и районов, близко расположенных к фронту, а также людей, ранее эвакуированных в Сталинград из западных районов Советского Союза, семей командного состава и партийного руководства. Было вывезено, в частности, 27 тыс. вагонов хлеба, весь лом цветных металлов. Однако, несмотря на усилившиеся атаки самолетов с крестами на крыльях, население в целом неохотно покидало свои дома. В людях жили надежда и вера: к Волге в районе Сталинграда враг никогда не выйдет! Тем более что они видели: в самом городе разрушения пока носили ограниченный характер.
О тревожности положения можно судить по докладу 18 августа старшего офицера Генштаба подполковника Николая Резникова начальнику Генштаба генерал-полковнику (будущему маршалу) Александру Василевскому: «Город перенаселен. Дошло даже до того, что люди живут под заборами, в садах, на берегу р. Волги, в лодках и т.д. Эвакуация города происходит слишком медленно из-за отсутствия достаточного количества средств передвижения и плохой работы эвак [уационного] бюро: люди, ожидающие средств передвижения, на эвакобазах проживают по 5–6 суток… Все школы и клубы переполнены ранеными. Госпитали продолжают оставаться в городе. Светомаскировка плохая…»
ДРЕЗДЕН СО СТАЛИНГРАДОМ НЕ СРАВНИТЬ
Жуткая трагедия Сталинграда началась 23 августа. Все исправные бомбардировщики 4-го воздушного флота Геринга – около 160 крылатых машин – были задействованы в массированном налете на город. А с учетом истребителей сопровождения в этом вечернем авиарейде участвовало примерно 400 самолетов. «Сталинград потонул в зареве пожарищ, окутался дымом и копотью, – свидетельствовал генерал-полковник Андрей Еременко, возглавлявший действовавшие здесь наши войска. – Огонь возникал повсеместно, горел весь город, ярко, как костры, пылали деревянные строения, огромные клубы дыма и языки пламени взвивались над заводами… Кварталы огромного цветущего города превращались в развалины. Со звоном вылетали оконные стекла, с шумом обрушивались потолочные перекрытия, раскалывались и падали стены. От прямых попаданий бомб, от огня и удушья пожаров, под обломками зданий гибли сотни мирных жителей… В городе был разрушен водопровод. При отсутствии колодцев это исключительно затруднило борьбу с очагами огня, во множестве возникавших в разных местах одновременно».
Установить число жертв по данным НКВД автору этих строк не удалось: как погибшие в документах были указаны 1815 человек – но это только те, кого тогда предали земле. А ведь многие сгорели в огне, немало людей утонуло при переправах. И подсчитать погибших даже приблизительно не представляется возможным.
День 23 августа 1942 года вошел в историю как самая варварская бомбардировка прифронтового города, населенного преимущественно мирными жителями. «Юнкерсы» и «хейнкели» бомбили кварталы и в последующие несколько суток. В дополнение к этому, прорвавшись к Волге севернее Сталинграда, фашисты начали и артиллерийский обстрел.
Отмечая высокую боеготовность и самоотверженность в борьбе с огнем и по устранению разрушений многих объектовых формирований местной противовоздушной обороны Сталинграда, в отчете МПВО от 27 августа указывалось: спасти город и его жителей в сложившихся условиях было невозможно, хотя ряд очагов возгорания удалось локализовать. Ситуацию усугубили вышедшие из строя, помимо городского водопровода, также электро- и телефонные сети, уничтожение бомбами пристаней и вокзалов. Горящая нефть из резервуаров текла к Волге, все уничтожая на своем пути. А потом на много километров горела и сама река.
В постановлении приводились предварительные сведения по каждому из шести пострадавших районов (всего их тогда было в городе семь). Так, по Ворошиловскому району итог налетов выглядел следующим образом: «В результате бомбардировки разрушено 406 домов, сгорело 664 дома, убито 315 человек, ранено 463 человека». Далее перечислялись многочисленные сгоревшие или разрушенные заводы. Делается вывод: сгорело до 90% всех строений центральной части Ворошиловского района. Аналогичная трагическая ситуация наблюдалась в Баррикадном, Краснооктябрьском, Дзержинском и Ерманском районах, несколько меньший ущерб отмечался в Тракторозаводском районе.
В ликвидации последствий налетов люфтваффе активно участвовал 31-й отдельный инженерно-противохимический батальон МПВО НКВД, накопивший опыт обезвреживания неразорвавшихся боеприпасов, что позволило несколько сократить потери мирного населения. А ведь среди сброшенных авиабомб имелось и немало тяжелых – калибром 1000 кг и более, а также снабженных взрывателями с замедлением.
Но все же большинство из намеченного СГКО выполнить не удалось. Слишком мощным ударам подвергалась волжская твердыня и ее жители – иногда в небе одновременно находились более полусотни бомбардировщиков. Так, 26 августа в 18.10 посты ВНОС зафиксировали единовременно 82 самолета, которые сбрасывали бомбы на разные жилые кварталы.
Одновременно с попытками вывезти сталинградцев за Волгу, проводились работы по медико-санитарному обеспечению, чтобы избежать возникновения эпидемий. Среди срочных мероприятий СГКО – создание на пристанях, переправах и железнодорожных станциях изоляторов. Была оперативно организована дополнительная сеть медицинских учреждений: больниц, лабораторий, консультаций. Имелись и пункты питания населения. Ведь большинство сталинградцев в одночасье лишились жилья, всего имущества.
Сведения о проведенной массовой эвакуации, начавшейся 29 августа, носят обрывочный характер. Известно, что к 7 сентября вывезли 4853 подростка от 14 до 17 лет; к 12 сентября – более 1000 осиротевших малолетних детей; к 19 сентября завершилась эвакуация кадров завода «Баррикады» и их семей…
По данным штабов ПВО, за сентябрь 1942 года противник сбросил в городской черте 33 тыс. разных бомб, или почти 90% от всего боезапаса на фронте. В три последних дня сентября превратились в развалины заводы «Баррикады» и «Красный Октябрь», которые до этого продолжали работать. Серьезно пострадал СТЗ. Было разрушено за месяц 1630 одноэтажных домов, 160 многоэтажных каменных зданий, включая больницы, дома культуры, пединститут… Согласно отчетам МПВО, в сентябре погибли (были захоронены) 1324 человека, 2358 человек получили ранения.
Из описанного видно, что Сталинград и обороняющие его войска были главными объектами действий бомбардировочной авиации 8-го авиакорпуса 4-го воздушного флота люфтваффе. По городу немецкие экипажи произвели 84% всех самолето-атак и сбросили 78% всех авиабомб. Естественно, остававшимся здесь жителям, которые находились в полуголодном состоянии, мерзли и прятались по щелям или иным убежищам, было нелегко уцелеть.
Мысленно пересечем линию фронта и посмотрим, что происходило в районах, захваченных гитлеровцами. На основании донесений зафронтовой агентуры и наших граждан, бежавших с занятых противником территорий и затем опрошенных, заместитель начальника Особого отдела НКВД Сталинградского фронта майор госбезопасности Евгений Горяинов информировал руководство о положении в оккупированных районах Сталинграда, сообщив о массовых случаях бесчинств оккупантов, грабежах и убийствах гражданского населения, включая детей и подростков. Словом, те, кто остался по ту сторону линии фронта, испытали все ужасы войны, особенно учитывая ярость немецких солдат и офицеров, которые встретили ожесточенное сопротивление наших бойцов и никак не могли преодолеть несколько сот оставшихся метров, отделявших их от русла Волги.
Добавим, что октябрь 1942 года стал временем наиболее жестокой и практически непрерывной бомбежки по удерживаемой войсками 62-й армии территории (зона промышленных предприятий и небольшая полоса уже разрушенных или поврежденных домов у Волги). Во второй-третьей декаде этого месяца среднее количество пролетов в сутки приближалось к 1000, подчеркнем – среднее!
До этого казалось, что варварские налеты на Севастополь, особенно в июне 1942 года, являлись беспрецедентными по мощности и жестокости. В определенной степени с этими атаками с воздуха можно сравнить и англо-американские налеты на Дрезден, и непрекращающиеся бомбежки Берлина на завершающем этапе войны, когда жилые кварталы тоже были превращены в руины. Напомним, 13–15 февраля 1945 года армады бомбардировщиков союзников буквально стерли столицу Саксонии с лица земли. По официальному отчету, опубликованному только в 2010 году, жертвами этих ударов стали 25 тыс. преимущественно гражданских немцев. Стоит также отметить, что на начало этих бомбардировок в Дрездене с населением 640 тыс. человек находилось около 100 тыс. беженцев – цифры, сопоставимые со Сталинградом.
Эвакуация сталинградцев продолжалась почти до начала советского контрнаступления, начатого 19 ноября 1942 года. Известно, что корабли Волжской военной флотилии совместно со вспомогательными судами перевезли на левый берег вместе с 47 тыс. раненых и 15 тыс. жителей города. А с 25 октября по 14 ноября с волжских островов и из Кировского, наименее пострадавшего от бомбардировок района Сталинграда, удалось вывезти еще около 25 тыс. человек.
Трагедию Сталинграда и его гражданского населения показывают и следующие цифры. На 2 февраля 1943 года – к победоносному финалу грандиозной битвы, уцелело 11 тыс. домов, включая 9811 в Кировском районе (а были уничтожены в ходе бомбардировок и наземных боев свыше 40 тыс. зданий). Сталинградцев осталось 32 181 человек, преимущественно находившихся в южной части города, а в центральном районе уцелели всего 7 (!) мирных жителей. По официальным данным, за время обороны погибли почти 43 тыс. гражданских лиц, но не приходится сомневаться, что реально их было значительно больше. Некоторые историки полагают, что лишь один вечерний налет 23 августа унес больше жизней. Для сравнения укажем: в Москве в период массированных налетов противника, продолжавшихся с 21 июля по 18 августа 1941 года, погибли 569 человек…
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 28 янв 2018, 10:53

Как немецких солдат в Сталинграде обкрадывали

Сегодня, 05:00
В России давным-давно утвердилось традиционное представление о железном немецком порядке, о том, что немец «не ворует». Распространяется это представления и на годы Великой Отечественной – у немцев, якобы, во всем был порядок. Один из героев романа Виктора Астафьева «Прокляты и убиты», например, размышляет: «И ведь не обкрадут, не объедят свово брата немца – у их с этим делом строго – чуть че и под суд».
Вот только по воспоминаниям самих немцев, суда у них боялись далеко не все. Крали их околоштабные и интендантские «герои» так, что их размаху и беззастенчивости могли бы позавидовать коллеги из других армий.
Конина – окопникам, бельгийский шоколад - штабным
Вот с чем пришлось столкнуться майору Гельмуту Вельцу, оказавшемуся в Сталинградском котле. После расформирования остатков его саперного батальона 16-й танковой дивизии он вместе с несколькими уцелевшими солдатами ждал при штабе армии нового назначения. Здесь, как он убедился, от недоедания отнюдь не страдали: «Яркая лампа тонет в облаках сигаретного дыма. Тепло, можно даже сказать, жарко. За столом – два интенданта, дымят, как фабричные трубы, перед ними – рюмки шнапса. Одна из шести деревянных коек занята, на ней растянулся спящий солдат. – Да, можете располагаться. Сегодня комната освобождается, через полчаса отбываем.
Не найдется ли у них по сигарете и для нас?
– Ясное дело, господин майор, вот вам сотня! - И интендант сует мне в руку большую красную пачку. Австрийские, «Спорт». Лихорадочно открываю пачку. Получает каждый. Байсман протягивает спичку, мы уселись, наслаждаемся куревом, глубоко затягиваемся. Вот уже неделя прошла, как мы выкурили последнюю сигарету. Войска израсходовали свои последние запасы. Чтобы покурить вдоволь, надо было поехать в высший штаб. Тут сотня – за здорово живешь! Видно, здесь экономить не приходится…
Здесь полно драгоценностей, давно ушедших в прошлое. Из двух полуоткрытых мешков поблескивают банки с мясными и овощными консервами. Из третьего вылезают пачки бельгийского шоколада по 50 и 100 граммов, голландские плитки в синей обертке и круглые коробочки с надписью «Шокакола». Еще два мешка набиты сигаретами: «Аттика», «Нил», английские марки, самые лучшие сорта. Рядом лежат мучные лепешки, сложенные в точности по инструкции – прямо по-прусски выстроены столбиками в ряд, которым можно было бы накормить досыта добрую сотню человек. А в самом дальнем углу целая батарея бутылок, светлых и темных, пузатых и плоских, и все полны коньяком, бенедиктином, яичным ликером – на любой вкус. Этот продовольственный склад, напоминающий гастрономический магазин, говорит сам за себя. Командование армии издает приказы о том, что войска должны экономить во всем, в чем только можно, в боеприпасах, бензине и прежде всего в продовольствии. Приказ устанавливает массу различных категорий питания – для солдат в окопах, для командиров батальонов, для штабов полков и для тех, кто «далеко позади». За нарушение этих норм и неподчинение приказам грозят военным судом и расстрелом. И не только грозят! Полевая жандармерия без лишних слов ставит к стенке людей, вся вина которых только в том, что они, поддавшись инстинкту самосохранения, бросились поднимать упавшую с машины буханку хлеба. А здесь, в штабе армии, который, вне всякого сомнения, по категории питания относится к тем, кто «далеко позади», и от которого все ожидают, что сам-то он строжайшим образом выполняет свои приказы, именно здесь целыми штабелями лежит то, что для фронта давно уже стало одним воспоминанием и что подбрасывается как подачка в виде жалких граммов тем самым людям, которые ежечасно кладут свои головы….
Полный состав штаба за накрытым к завтраку столом – и редеющие с каждым днем ряды солдат, зубы которых с остервенением вонзаются в конину, – таковы контрасты, такова пропасть, которая становится все шире и непреодолимее...».
После прочтения таких воспоминаний представление о хваленой немецкой честности и порядке невольно подвергается значительным коррективам.
Кстати, прежде чем майор Вельц смог насладиться шикарным штабным снабжением, ему довелось побывать в госпитале и оценить тамошнее довольствие: «Соседнее помещение – бывший школьный класс – занимают страдающие от истощения на почве голода. Здесь врачам приходится встречаться с такими неизвестными им явлениями, как всевозможные отеки и температура тела ниже тридцати четырех градусов. Умерших от голода каждый час выносят и кладут в снег. Еды истощенным могут дать очень мало, большей частью кипяток и немного конины, да и то один раз в день. Бланкмайстеру самому приходится объезжать все расположенные поблизости части и продовольственные склады, чтобы раздобыть чего-нибудь съестного. Иногда не удается достать ничего. О хлебе тут почти забыли. Его едва хватает для тех, кто в окопах и охранении, им положено по 800 калорий в день – голодный паек, на котором можно протянуть только несколько недель».
Как говорится, почувствуйте разницу между кониной и бельгийским шоколадом. Но, может быть, майор Вельц столкнулся с единичным, нетипичным случаем? Однако то, что положение раненых в немецкие госпиталях было просто катастрофическим, отмечали и советские военные. Например, Глеб Бакланов, назначенный комендантом Заводской части Сталинграда после капитуляции Паулюса был потрясен тем, что немецкий врач даже не знал, сколько пациентов его госпиталя осталось в живых. А о поразительных «контрастах» в обеспечении продовольствием воюющих на передовой и штабников вспоминали и другие уцелевшие в Сталинграде немцы.
Немецкие солдаты начнут стрелять в немецких солдат
Вот, например, что увидел в штабе шестой армии полковник Луитпольд Штейдле, командовавший 767-м гренадерским полком 376-й пехотной дивизии буквально в последние дни обороны: «Распахиваю дверь, не постучавшись и не прочитав надписи на ней. Я оказываюсь в освещенном множеством свечей большом помещении, среди десятка офицеров. Они навеселе, одни сидят за двумя столами, другие стоят, облокотившись о комод. Перед ними стаканы, бутылки вина, кофейники, тарелки с хлебом, печеньем и кусочками шоколада. Один из них как раз собирается бренчать на пианино, освещенном несколькими свечами».
Буквально за несколько минут до этого полковник, от полка которого осталось к тому времени 11 офицеров, 2 врачей, 1 ветеринар и 34 солдата, безуспешно пытался объяснить начальству, в каком состоянии находятся солдаты на передовой и даже пытался напугать возможностью междоусобных боев внутри котла: «Вам придется считаться с тем, что скоро и здесь, да, именно здесь, на дворе и в этих коридорах подвала, немецкие солдаты начнут стрелять в немецких солдат, а может быть, и офицеры – в офицеров. Быть может, будут пущены в ход даже ручные гранаты. Такое может случиться весьма неожиданно». Но при наличии шоколада и вина понять настроение окопных солдат штабникам было сложно. В общем-то, в немецкой армии при действительно прекрасной организации все-таки действовала неизбежная в любой военной структуре закономерность, сформулированная Ярославом Гашеком в бессмертной книге «Похождения бравого солдата Швейка»: «Когда …солдатам раздавали обед, каждый из них обнаружил в своем котелке по два маленьких кусочка мяса, а тот, кто родился под несчастливой звездой, нашел только кусочек шкурки. В кухне царило обычное армейское кумовство: благами пользовались все, кто был близок к господствующей клике. Денщики ходили с лоснившимися от жира мордами. У всех ординарцев животы были словно барабаны». Ну, просто 6-я армия вермахта в сталинградскую зиму.
Надо отметить, что немецкие воспоминания о воровстве их интендантов подтверждаются и наблюдениями представителей советской стороны во время капитуляции 6-й армии. Победители заметили, что при крайней истощенности большинства пленных некоторые из них «были в полном теле, карманы набиты колбасой и другой снедью, по-видимому, оставшейся после распределения «скудного пайка».
Что бы сказали обладатели колбасы по поводу рассуждений о том, как они-де «не обкрадут, не объедят свово брата немца – у их с этим делом строго»? Наверное, посмеялись бы над такой наивностью красноармейца. Он слишком хорошо думал о немецких тыловиках.
Вместо раненых вывозили мотоциклы
Но мало того, что внутри кольца за счет сражающихся солдат «красиво жили» интенданты и околоштабные прихлебатели. При этом несусветный хаос творился и при организации обратных вылетов из Сталинграда на «Большую землю».
Кто, казалось бы, в подобной ситуации в первую очередь подлежит эвакуации? Логично было бы в первую очередь вывозить тяжелораненых. Сражаться они все равно не могут, а вот в доставке медикаментов и продовольствия нуждаются. Но раненым место находилось далеко не всегда:
«На аэродроме царит лихорадочная спешка. Колонна въезжает, все быстро вылезают из машин, самолеты уже готовы к вылету. Посторонних на поле не допускает охрана. В то время как над нами разыгрывается воздушный бой и один «мессершмитт» ловко пытается подняться выше двух русских истребителей, двери серо-белых самолетов раскрываются, и вот уже первые офицеры сидят внутри. Денщики едва поспевают за ними. С ящиками, чемоданами и бельевыми мешками они рысцой бегут вслед. В самолеты грузят два мотоцикла. Пока их втаскивают наверх – а это нелегко, ибо вес у них солидный, – я успеваю переговорить со штабным писарем, в глазах которого светится радость нежданного спасения. Он настолько опьянен этой радостью, что готов дать самые подробные ответы на все вопросы. Генерал хочет сразу же после приземления – предположительно в Новочеркасске – как можно скорее двинуться дальше на запад, согласно приказу, разумеется. Автомашину, к сожалению, в такой небольшой самолет не втащишь, вот и везем два мотоцикла, оба заправлены до самого верха».
Вывозить вместо раненых генеральские мотоциклы и бельишко штабных офицеров – сильный ход. Надо ли при таком поведении начальства удивляться тому, что на сталинградском аэродроме Питомник эвакуация превратилась в форменное безобразие? «На самом краю аэродрома расположены большие палатки санитарной службы. По приказу командования армии все тяжелораненые транспортируются сюда, чтобы они могли вылететь на машинах, доставляющих предметы снабжения. Армейский врач генерал-майор медицинской службы профессор доктор Ренольди находится здесь; он отвечает за отправку раненых. Фактически он бессилен навести порядок, так как сюда добираются и многие легкораненые. Они прячутся в пустых окопах и бункерах. Как только приземлилась машина, они первыми оказываются на месте. Безжалостно отталкивают они тяжелораненых. Некоторым удается, несмотря на жандармов, проскользнуть в самолет. Часто мы вынуждены снова очищать самолет, чтобы освободить место для тяжелораненых. Нужна кисть Брейгеля, прозванного живописцем ада, или сила слова Данте, чтобы описать страшные сцены, свидетелями которых мы здесь были последние десять дней».
Как можно от солдат требовать порядок при эвакуации, если они видят, как генерал и офицеры мотоциклы и барахло вывозят вместо раненых?
Не возражаю против ношения русских штанов
Надо ли удивляться тому, что уже в декабре 1942 года, еще за несколько недель до конца сражения немецкие солдаты начисто забыли о пресловутой прусской выправке? «Разведчик Александр Пономарев доставил в штаб дивизии пленного, весь вид которого мог служить убедительной иллюстрацией к тезису «Гитлер капут». На ногах у гитлеровца – что-то напоминающее огромные валенки на деревянных подошвах. Из-за голенищ вылезают пучки соломы. На голове поверх грязного ситцевого платка – дырявый шерстяной подшлемник. Поверх мундира – женская кацавейка, а из-под нее торчит лошадиное копыто. Придерживая левой рукой «драгоценную» ношу, пленный козырял каждому советскому солдату и звучно выкрикивал: «Гитлер капут!» - вспоминал Иван Людников, во время Сталинградской битвы командовавший 138-й стрелковой дивизией, оборонявшейся в районе завода «Баррикады».
Причем, пленный оказался не рядовым, а фельдфебелем (!). Чтобы самого господина немецкого фельдфебеля, издавна считавшегося живым воплощением порядка и дисциплины, довести до такого непотребного состояния, нужно было очень постараться…Командир 13-й гвардейской стрелковой дивизии Александр Родимцев в своих мемуарах с нескрываемым удовольствием процитировал приказ командира 134-й германской пехотной дивизии:
«1. Склады у нас захватили русские; их, следовательно, нет.
2. Имеется много превосходно обмундированных обозников. Необходимо снять с них штаны и обменять на плохие в боевых частях.
3. Наряду с абсолютно оборванными пехотинцами, отрадное зрелище представляют солдаты в залатанных штанах.
Можно, например, отрезать низ штанов, подшить их русской материей, а полученным куском латать заднюю часть».
4. Я не возражаю против ношения русских штанов».
Предсказание полковника Штейдле не сбылось – междоусобные бои в Сталинградском котле так и не вспыхнули. Но не случайно именно немецкие пленные из сталинградского котла стали костяком антифашистской организации «Свободная Германия». Надо ли этому удивляться?
Автор: Кустов Максим Первоисточник: https://vpk-news.ru/articles/40877
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 28 янв 2018, 10:56

Русские в Германии. правда против мифа

Сегодня, 05:00
В 1945 году в Германию пришли бойцы, видевшие катастрофические последствия нацистской оккупации. Путь от Волги до Одера они проделали по разорённой земле, постоянно встречая разрушенные города, сожжённые деревни, забитые трупами колодцы.
В 8 км от освобождённой Керчи во рву обнаружили 245 детских трупов. Так выяснилась судьба пропавших детей, которых немецкая комендатура приказала родителям отправить в школу, откуда они не вернулись. Представители западной цивилизации закопали их живыми…
Чадолюбием оккупанты не страдали. Ещё одним подтверждением тому служит письмо, полученное красноармейцем Сидоровым от его сестёр Зины и Веры из Смоленской области и опубликованное «Красной звездой» 9 августа 1942 года (№ 186 (5250) под заголовком «Детоубийцы»: «Коля, трудно написать всё то, что мы пережили. Секретаря сельсовета Валю Иванову и её дочь Нину, сына Гришу ты ведь хорошо знаешь. Гитлеровские офицеры, желая получить у неё сведения о наших партизанах, решили воздействовать на неё посредством пыток её детей.
Связав Вале руки, эти дикие звери на её глазах отрезали у Нины и Гриши правые уши, затем мальчику выкололи левый глаз, девочке отрубили все пять пальцев на правой руке. Валя не вынесла этих диких пыток и скончалась от разрыва сердца. Замученных до смерти детей фашистские палачи отвезли в лес и бросили в снег. Их трупы мы похоронили в одной могиле с Валей.
Зверски поступили палачи и с девочкой учительницы Марии Николаевны. Зная, что её муж находится в партизанском отряде, дикари стали мучить её дочь Веру. Шестилетней девочке они накалёнными иголками искололи ладони, руки, уши. Затем, не добившись ничего от Марии Николаевны, они Веру отравили. Нечеловеческим пыткам подверглась и сама Мария Николаевна. По 30–40 минут немецкие разбойники заставляли её босой стоять на снегу, вливали ей в рот бензин, вывернули руки, искололи всё тело. Умирая от пыток, Мария Николаевна ни единого слова не сказала о партизанах.
В соседнем селе Малое Петрово гитлеровские людоеды согнали всё взрослое трудоспособное население на принудительные работы, а всех детей и стариков истребили. Загнав в сарай 80 человек, облили их бензином и зажгли. Через час на месте осталась только груда обгорелых трупов».
Жуткая картина была типичной для оккупированных территорий СССР. А вот упрекнуть красноармейцев в подобных преступлениях не могут даже любители уравнивать воинов-освободителей с нацистскими головорезами.
Участник войны поэт Давид Самойлов утверждал, что «народ Германии мог бы пострадать ещё больше, если бы не русский национальный характер — незлобивость, немстительность, чадолюбие, сердечность, отсутствие чувства превосходства, остатки религиозного и интернационалистического сознания в самой толще солдатской массы. Германию в 45-м году пощадил природный гуманизм русского солдата…»
Сказалось и советское образование. Историк Анатолий Уткин в книге «Вторая мировая война» справедливо писал: «Невозможно представить себе советского учителя, который возвещал бы органическое превосходство советского народа над прочими. При любом отношении к социализму невозможно опровергнуть тот факт, что он не провозглашал национальной исключительности, не ставил соседние народы рангом ниже, не взывал к тёмным инстинктам крови, не порождал спесивого высокомерия. В годы отчаянной битвы за спасение страны от вторгшегося в неё врага в России издавали немецких мыслителей и поэтов. Пытаться сегодня поставить знак равенства между двумя полярными системами ценностей можно лишь предавая историческую истину в пользу политической злобы дня».
Как на любой войне, случаи изнасилований имели место. Они зафиксированы и в тех районах Германии, куда вошли американцы, англичане и французы.
Поведение союзников американский историк Чарльз Макдональд описал так: «Ограбления колебались от мелкой кражи до воровства предметов исключительной ценности. Совершались и такие преступления, как дезертирство, недостойное поведение на поле боя, убийство, изнасилование. Когда военные действия приняли характер преследования противника, резко возросло число изнасилований».
Самые жёсткие меры против насильников, вплоть до расстрела, применяло советское командование. Бивор лжёт, уверяя, что советских бойцов не наказывали «за сами факты совершённого ими изнасилования. Наказания следовали лишь тогда, когда солдаты заражались от немецких женщин каким-либо венерическим заболеванием».
А потрясение немки действительно испытали. Вот свидетельство берлинки Элизабет Шмеер: «3 января с фронта приезжал в отпуск мой сын. Он служил в частях СС. Сын несколько раз говорил мне, что части СС в России творили невероятные дела. Если придут сюда русские, то они не будут нас «обливать розовым маслом». Получилось совершенно иначе: побеждённому народу, армия которого так много причинила несчастий России, победители дают продовольствия больше, чем нам давало прежнее правительство. Нам это трудно понять. На такой гуманизм, видимо, способны только русские».
Сама жизнь заставила немцев менять отношение к красноармейцам.
А современные провокационные «вбросы» про лютую жестокость Красной армии и «сотни тысяч изнасилованных немок» работают на продвигаемый Западом миф о равной ответственности СССР и Германии за развязывание войны и совершённые в ходе неё преступления.
С помощью лжи Запад рассчитывает полностью пересмотреть в свою пользу геополитические итоги Второй мировой войны.
Русские в Германии. правда против мифа
Автор: Олег НАЗАРОВ Первоисточник: https://xn--h1aagokeh.xn--p1ai/special_ ... %84%D0%B0/
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 28 янв 2018, 18:48

На рубеже 1950 – 1960-х гг. в СССР потенциал экстенсивного развития зернового производства фактически был исчерпан. Однако новых условий для сохранения высоких показателей урожайности создано не было. Капиталовложения государства в научно-производственную и социальную инфраструктуру села не только не увеличивались, а даже сокращались. Это отражалось на уменьшении площади обрабатываемой пашни и влияло на снижение качества зерна. Знаменитое зерно с целины не соответствовало не только мировым, но даже советским стандартам — оно было в значительной степени дефектным (морозобойким, с небольшим содержанием клейковины). Например, из урожая 1956 г. в Новосибирской области пригодным для производства сортовой муки оказались только 38 % собранных зерновых1. Негативные тенденции в сельском хозяйстве были связаны и с природно-климатическими факторами, многие из которых имели антропогенную основу. В начале 1960-х гг. в Казахстане, степных районах Западной и Восточной Сибири, на юге Украины и Северном Кавказе практически ежегодно весной стали происходить «черные» (песчаные) бури, выдувавшие плодородный слой почвы, повреждавшие и уничтожавшие посевы на значительных площадях, а в отдельных районах засыпавшие орошаемые земли, ирригационные каналы и водные источники. В результате такой ветровой эрозии значительные площади пашни в Казахстане и юге Сибири, распаханные в период целинной кампании, выбывали из сельхозоборота. Не меньший ущерб сельскохозяйственному производству нанесла в те же годы водная эрозия почв на Украине, в Молдавии, Центрально-Черноземной зоне, Поволжье и в ряде других районов страны. В результате водной эрозии были разрушены значительные площади ценных сельскохозяйственных угодий, резко снижено их плодородие, произошло заиление рек и других водных источников, увеличилась расчлененность территории из-за ежегодно растущих оврагов, наконец, ухудшился гидрологический режим отдельных регионов, что привело к сильному сокращению влагообеспеченности полей. Наконец, в начале 1960-х гг. в горных районах Закавказья, Карпатах и в Средней Азии из-за увеличения площадей под выпас скота и вырубки леса участились мощные селевые (грязе-каменные) потоки, заносившие пашню, уничтожавшие посевы и насаждения, разрушавшие не только жилые постройки, но даже железнодорожные пути и шоссейные дороги. Советское руководство осознавало, что сельское хозяйство вступило в полосу кризисного состояния. Так, в постановлении январского (1961 г.) пленума ЦК КПСС «О выполнении государственного плана и социалистических обязательств по производству и продаже государству продуктов земледелия и животноводства в 1960 году и о мероприятиях по дальнейшему развитию сельского хозяйства» отмечалось, что «страна имеет возможность серьезно увеличить капиталовложения сверх предусмотренных семилетним планом на развитие сельского хозяйства, а также промышленности, обслуживающей сельское хозяйство, на производство тракторов и сельскохозяйственных машин, минеральных удобрений, строительных материалов»2. В постановлении пленума особо говорилось о необходимости развивать такие «средства получения гарантированных урожаев», как ирригация (орошение и обводнение), мелиорация (работы по осушению заболоченных и излишне увлажненных земель в районах нечерноземной полосы РСФСР, Полесья Украины, Белоруссии, Прибалтийских республик) и химизация (увеличение производства минеральных удобрений, гербицидов, ядохимикатов и других химических средств)3. Однако после пленума кардинальных изменений в сельском хозяйстве в лучшую сторону не произошло. Объем производства агрохимии хотя и был увеличен, но село по-прежнему испытывало острый дефицит в минеральных удобрениях и ядохимикатах. На рубеже 1950 – 1960-х гг. снизились доходы сельского населения. Этому не в последнюю очередь способствовала очередная кампания по ограничению личных подсобных хозяйств (ЛПХ). Спад производства ЛПХ усилил нестабильность обеспечения продовольствием жителей городов. Все эти факты имели свои негативные последствия, т.к. с начала 1960-х гг. наметился значительный рост расходов зерна. В 1962 г. уровень государственных хлебозаготовок и расходов зерна впервые сравнялись. За счет чего же выросли расходы зерна? Во-первых, из-за общего роста потребления в советском обществе, во-вторых, за счет увеличения объемов зерна, поставляемого «братским» странам. Если в 1953 г. СССР поставил в социалистические страны Восточной Европе около 2,0 млн т зерна, то в 1962 г. – 4,9 млн т (причем, только в ГДР было направлено 2,1 млн т)4. Отрезвляющим для советских руководителей стал 1963 г. Он обернулся настоящей катастрофой в зерновом хозяйстве. Летом – осенью 1963 г. на территории Сибири и Казахстана разразилась сильнейшая засуха, истребившая больше половины урожая в Алтайском крае, Омской и Новосибирской областях, Целинном крае, Карагандинской и Семипалатинской областях. К декабрю 1963 г. в СССР было заготовлено только 44,8 млн т зерна или на 21% меньше, чем в предыдущем. Валовый сбор в целинных районах снизился на треть, в целом по СССР более, чем на 23% (табл. 1)5. Таблица 1. Динамика производства и заготовок зерна в СССР в 1964 – 1970 гг. Источники: Сельское хозяйство СССР: стат. сб. М., 1971. С. 152 (за 1962 г.); Составлено по картотекам Общего отдела ЦК КПСС за 1963 – 1970 гг.: Тематическая картотека Аппарата ЦК КПСС (рубрики: «Министерство сельского хозяйства СССР», «Министерство сельского хозяйства РСФСР», «Государственный комитет заготовок СМ СССР»; «Министерство заготовок СССР»). ЦК КПСС и Совет Министров СССР искали срочные меры выхода из сложившейся экономической ситуации. Первоочередная помощь была оказана населению из пострадавших регионов. Так механизаторам Сибири и Казахстана, работавшим на подъеме зяби, было выделено 77 тыс. т зерна6. Активно вводились меры по экономии расходов зерна. Решением Президиума ЦК с сентября 1963 г. прекращалась выработка сортовой ржаной муки, а также использование пшеничной муки высшего и первого сортов для выпечки хлеба по всей стране, кроме Москвы и Ленинграда, Московской и Ленинградской областей7. При выпечке хлеба в пшеничную муку стали примешивать гороховую, кукурузную и ячневую муку. Высшие сорта пшеницы теперь в основном пускались на изготовление макаронных и кондитерских изделий – более дорогой продукции, чем хлеб. Рядовым потребителям вместо сортировочного вида муки, стали продавать обойный и подсортировочный виды8. Наконец, в целях экономии на 1964 г. было запланировано выделить на трудодни колхозникам лишь 1,5 млн т зерна, т. е. на 30 % меньше, чем в 1963 г.9 В записке о хлебном балансе, подготовленной комиссией во главе с А.Н. Косыгиным и направленной в Президиум ЦК 6 декабря 1963 г., признавалось, что у государства нет ресурсов для помощи колхозникам. К этому вопросу члены комиссии предложили вернуться лишь тогда, когда будет приобретено импортное зерно10. Главный удар в 1963 г. приняло животноводство. В 1963 г. было заготовлено почти на четверть меньше зернофуража и кормов, чем в 1962 г.11 Наиболее тяжелые условия с обеспечением скота и птицы кормами сложились в южных районах РСФСР, юго-восточных областях Украины, Молдавии, Латвии и Целинном крае. К началу 1964 г. это привело к значительному уменьшению количества поголовья свиней и птицы, а в ряде совхозов и колхозов крупного рогатого скота (КРС) и овец. Кормообеспечение ухудшалось. Несмотря на это, комиссия ЦК по утверждению хлебного баланса под председательством А.Н. Косыгина рекомендовала выделить в 1964 г. на фуражные и кормовые нужды только 0,8 – 1,0 млн т зерна12. Лишь в январе 1964 г. после получения первого импортного зерна животноводству было выделено дополнительно 650 тыс. т зерна (450 тыс. т кукурузы и ячменя из импортных поставок), а также 250 тыс. т гороха из резервного фонда СССР13. Но фактически все выделенное зерно было направлено на поддержание свиноводческих хозяйств, входивших в систему Главскототкорма14. Кормов не хватало даже для маточного поголовья свиней в племенных хозяйствах, не говоря уже о других отраслях животноводства. Не имея возможности содержать животных, колхозы и совхозы стали сдавать легковесный скот – молодняк, подсвинков и птицу. Это обстоятельство самым непосредственным образом повлияло на продовольственное снабжение мясом населения. В июне 1964 г. председатель Госкомитета по торговле при Совете Министров СССР А.И. Струев направил записку в ЦК КПСС «О положении с ресурсами мяса в 1964 г.», в которой сообщал, что торговля мясом и колбасными изделиями в ряде крупных промышленных городов РСФСР и УССР в 1964 г. проходила с большими перебоями, а в Москве и Ленинграде снабжение мясом в первом полугодии было обеспеченно за счет остатков из оптовых баз и заимствований из государственного резерва15. При этом цены на мясо заметно выросли – на говядину – на 14 %, а на свинину – на 28%. А.И. Струев предлагал разработать ряд мероприятий по ускоренному откорму скота и свиней из пищевых отходов, собираемых из остатков общественного питания, отходов винокуренных и сахарных заводов, а также закупить за рубежом во втором полугодии 250–300 тыс. т мяса. В спешном порядке для обсуждения и принятия решений по записке А.И. Струева была сформирована комиссия во главе с Д.С. Полянским – членом Президиума ЦК КПСС и заместителем председателя Совета Министров СССР. Спустя два месяца комиссия предложила следующие меры: при изготовлении мясопродуктов для продажи населению перерабатывать вместе с цельными частями туши и субпродуктами I категории субпродукты II категории, пищевые кости и кровь; увеличить закупки продуктов животноводства у населения; увеличить продажу населению конины; наконец, во всех общественных столовых (кроме столовых, обслуживающих металлургов, горняков, работников химической и лесной промышленности) ввести один вегетарианский день. Почти одновременно с решениями Комиссии Совет Министров 25 июля 1964 г. принял постановление «О дополнительном выделении зернофуража для нужд животноводства и частичном изменении плана распределения фондов зернофуража на второе полугодие 1964 г.», в соответствии с которым животноводство получило 788 тыс. т кормов в III и IV квартале 1964 г. Это переброска отчасти стабилизировала ситуацию в мясной отрасли, поэтому власть решала отказалась от закупок импортного мяса16. Но одной экономии ресурсов было недостаточно для выхода из кризиса. Поэтому советское руководство решается на беспрецедентный шаг – закупку зерна за границей. В сентябре 1963 г. начинаются переговоры о покупке хлеба с представителями как западных, так и социалистических стран, а уже к декабрю в Канаде и Австралии закупается 7,2 млн т зерна и 1,1 млн т муки. Из Румынии в качестве взаимного обмена поступает еще 400 тыс. т зерна. К январю 1964 г. общее количество закупленного зерна составило почти 9,3 млн т или около 20 % от всех хлебозаготовок в стране. В начале 1964 г. советское руководство заключило дополнительные контракты с Кубой, ГДР, Польшей и Чехословакией о закупке еще 3,3 млн т зерна, которое должно было поступить к 1 июля. С января 1964 г. велись продолжительные и чрезвычайно сложные переговоры с руководством США о закупке хлеба и риса – всего около 6,0 млн т. Но американская сторона намеренно затягивала переговорный процесс. Во-первых, используя трудности в советском хозяйстве для политической агитации против СССР, что было особенно актуально после Карибского кризиса и резкого ухудшения отношений17, а, в-вторых, ожидая более благоприятной экономической конъюнктуры. После того, как Советский Союз объявил о намерении закупать зерно, цены на него на американских биржах выросли в несколько раз. В итоге зерно из США все-таки поступит в СССР, но уже после отставки Н.С. Хрущева – в декабре 1964 г. Для закупки иностранной пшеницы в марте 1964 г. распоряжением Совета Министров было выделено 407 т чистого золота, а в сентябре того же года Президиум ЦК согласился на экспорт драгоценных камней и цветных металлов для получения нескольких десятков миллионов долларов. Наряду с экстренными мерами (экономия ресурсов зерна, импорт пшеницы) руководство страны стало спешно разрабатывать долгосрочные планы развития сельского хозяйства в целом и зерновой отрасли в частности. Решением Президиума ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 29 ноября 1963 г. были введены твердые двухлетние планы закупок зерна и сельхозпродуктов на 1964 – 1965 гг. В соответствие с государственными планами предполагалось закупить в 1964 г. – 67,1 млн т зерна (в РСФСР – 38,3 млн т), а в 1965 г. – 68,8 млн т (РСФСР – 39,3 млн т), в том числе 43,8 млн тонн пшеницы (РСФСР – 23,9 млн т) в 1964 г. и 44,3 млн т (РСФСР – 39,3 млн т) в 1965 г.18 Важнейшие решения о путях дальнейшего развития сельского хозяйства были приняты на декабрьском (1963 г.) и февральском (1964 г.) пленумах ЦК КПСС. В декабре 1963 г. Н.С. Хрущев выступил на пленуме ЦК с докладом «Ускоренное развитие химической промышлености – важнейшее условие подъема сельскохозяйственного производства и роста благосостояния народа». На основе доклада было принято соответствующее постановление19, в которым неотложной задачей ближайших лет провозглашалось увеличение производства зерна на 5 – 7 млрд с доведением валового сбора в 1970 г. до 14–16 млрд пуд. Урожайность планировалось повысить за счет химизации растениеводства. Пленум ЦК рекомендовал Госплану и Совету Министров СССР разработать народнохозяйственные планы по производству к 1970 г.: 70 – 80 млн т минеральных удобрений и 800 – 900 тыс. т гербицидов и средств защиты растений. На февральском (1964 г.) пленуме ЦК КПСС было принято постановление «Об интенсификации сельскохозяйственного производства на основе широкого применения удобрений, развития орошения, комплексной механизации и внедрения достижений науки и передового опыта для быстрейшего увеличения производства сельскохозяйственной продукции»20. Февральский пленум наметил три основных пути дальнейшего развития сельского хозяйства: широкая химизация растениеводства и животноводства; развитие орошаемого земледелия; внедрение комплексной механизации21. Последствия неурожая 1963 г. были столь сильны, что власть была готова использовать любые проекты для подъема производства зерновых и решения продовольственного вопроса. Например, в декабре 1963 г. Президиум ЦК одобрил записку академика М.А. Лаврентьева об использовании геотермальных вод для электрификации и теплофикации города Петропавловска-Камчатского и прилегающих районов. При этом в постановлении особо отмечалась необходимость строительства парниково-тепличного комбината площадью около 60 тыс. м2 для производства овощей22. В апреле 1964 г. председатель ВСНХ Совмина СССР Д.Ф. Устинов утвердил решение об организации маслоэкстракционных заводов на Дальнем Востоке и в Сибири для производства пищевого соевого шрота и пищевой соевой муки. Планы производства были сравнительно скромные – 25 тыс. т соевой муки в 1964 г. и 150 тыс. т в 1965 г. Интересно другое. Соевую муку планировалось использовать в пищевой промышленности – хлебопекарной, кондитерской, мясоперерабатывающей и др. отраслях. Комитету по пищевой промышленности было поручено в 1964 – 1965 гг. разработать более разнообразную рецептуру по обработке соевого белка, а Комитету по координации научно-исследовательских работ необходимо было подготовить и утвердить план исследований по возделыванию сои и комплексной переработке соевых бобов. Последний год правления Н.С. Хрущева для зернового производства в целинных районах выдался урожайным. Однако засуха поразила Молдавию и юг Украины. Планы заготовок зерна для них были снижены. Так, Украина должна была поставить на 17 % меньше хлеба, чем это планировалось ранее. Экономия ресурсов повлияла на то, что помощь для пострадавших колхозов и совхозов стала более дозированной. Например, механизаторам Молдавии было выделено около 18 тыс. т зерна23. Руководство ЦК стало активно искать виновных в срыве хлебозаготовок. На июльском (1964 г.) пленуме ЦК КПСС в постановлении «О мерах дополнительной помощи Целинному и Западно-Казахстанскому краям в обеспечении уборки урожая и заготовок сельскохозяйственных продуктов» объявлялось, что хлебозаготовки в регионе были сорваны по вине местного руководства, которое вовремя не построило новые хлебоприемные пункты, элеваторы и зерносушилки24. Проблема дефицита зерна оставалась по-прежнему острой, поэтому Президиум ЦК 3 сентября 1964 г. утвердил постановление «О приеме некондиционного зерна по РСФСР и Целинному краю»25, на основании которого предполагалось закупить около одного млн т зерна с солодовым запахом и на треть состоящего из проросших семян. Только такие экстренные меры, а также импорт зерна26 позволили уже новому партийному руководству во главе с Л.И. Брежневым27 заготовить 68,2 млн т зерна (в том числе 42,4 млн т пшеницы), т.е. почти на 25 % зерна больше, чем в 1963 г.28 Для рыночных фондов муки и крупы на 1965 г. было выделено 34,6 млн т. Продажа только сортовой муки увеличивалась на 1,3 млн т и достигла почти 2,3 млн т. На фуражные цели выделялось 9,3 млн т, т.е. в два раз больше, чем в 1964 г. Количество же зерна для спиртовой и пивоваренной промышленности сократилось на 125 тыс. т, при том, что спирта в 1965 г. планировалось произвести больше – 120,7 млн дкл вместо 93,5 млн дкл в 1964 г. Зерно было решено восполнить картофелем. Меньше зерна было заложено и на семенные нужды – 3,0 млн т вместо 3,7 млн т в 1964 г.29 Новое коллективное руководство оказалось в непростой ситуации – с одной стороны, требовалось незамедлительно решить острые и давно назревшие проблемы в сельском хозяйстве, а, с другой – необходимо было дать «свободу» сельскому населению, т.к. дальнейший нажим на деревню, осуществлявшийся в последние годы власти Н.С. Хрущева, был уже неэффективен. Брежневское руководство принимает решения о постепенном ослаблении давления государства на сельхозпроизводителей и введении мер, направленных на рост заинтересованности деревни в увеличении сельхозпродукции, сдаваемой государству, а, следовательно, и в продовольственной продукции, поставляемой потребителям30. Уже 27 октября 1964 г. Президиум ЦК утвердил одно из наиболее известных постановлений первых лет правления Л.И. Брежнева «Об устранении необоснованных ограничений личного подсобного хозяйства колхозников, рабочих и служащих», в соответствие с которым начался возврат приусадебных участков, отобранных при Н.С. Хрущеве. 5 ноября Президиум ЦК КПСС принял постановление «О дополнительном выделении зернофуража для обеспечения производства мяса в IV квартале 1964 г и первом полугодии 1965 г.». Среди первых шагов нового руководства стоит также выделить постановление Президиума ЦК от 11 марта 1965 г. «Об отмене обязательных поставок сельскохозяйственных продуктов государству единоличными крестьянскими хозяйствами и хозяйствами кустарей». С 1 января 1965 г. были не только отменены обязательные поставки сельхозпродуктов, но и списаны все задолженности, числящиеся за хозяйствами данного типа31. Для комплексного решения вопросов, связанных с сельским хозяйством в феврале 1965 г. была сформирована комиссия под руководством Д.С. Полянского (в ее состав вошли: П.Ф. Ломако, Ф.Д. Кулаков, В.Ф. Гарбузов, А.А. Посконов, И.П. Воловченко, М.И. Гусев, Л.Р. Корниец, А.А. Ежевский и Е.Е. Алексеевский). «Комиссия Полянского» представила предложения для пленума ЦК КПСС по следующим вопросам: план закупок зерна, скота и птицы на 1965 г., план закупок сельхозпродуктов и сырья на 1966–1970 гг., объемы капиталовложений и материально-техническое обеспечение сельского хозяйства, закупочные цены на скот, зерновые и крупяные культуры. На решения данной комиссии опирался в своем докладе на мартовском (1965 г.) пленуме ЦК КПСС Л.И. Брежнев. Доклад стал основой для постановления пленума «О неотложных мерах по дальнейшему развитию сельского хозяйства», ставшего знаковым для всей аграрной сферы первых лет власти Л.И. Брежнева. В постановлении содержалась критика прежней хрущевской аграрной политики. Так, пленум объявил, что «основными причинами отставания сельского хозяйства явились нарушения экономических законов развития социалистического производства, принципов материальной заинтересованности колхозников и рабочих совхозов в подъеме общественного хозяйства, неправильное сочетание общественных и личных интересов». Субъективизм в руководстве привел к «ошибкам в планировании, финансировании и кредитовании сельского хозяйства, в политике цен». В частности, практика заготовок и закупок продуктов земледелия и животноводства не создала условий для развития колхозного и совхозного производства. «Не принимались необходимые меры для подъема культуры земледелия, повышения плодородия почв, правильного использования орошаемых и осушаемых земель» - констатировалось в постановлении пленума. Члены ЦК рекомендовали всем региональным руководителям отказаться от практики администрирования и проводить более либеральную политику в отношении сельхозпроизводителей32. Спустя неделю после пленума Президиум ЦК КПСС 1 апреля 1965 г. утвердил целый ряд постановлений, связанных с сельским хозяйством. Среди них: «О повышении материальной заинтересованности колхозов и совхозов в увеличении производства и продажи государству пшеницы и ржи» (в частности, с 1 мая вводились 50%-ные надбавки к закупочным ценам на пшеницу и рожь; для колхозов, совхозов и других хозяйств Северо-Западного, Центрального, Волго-Вятского районов РСФСР, Калининградской и Пермской областей, Удмуртской АССР, Белорусской ССР, Прибалтийский республик и Полесских районов Украины вводились единые закупочные цены на фуражный ячмень и овес – 90 руб. и 75 руб. за тонну соответственно); «Об увеличении производства и заготовок риса»; «О мерах по стимулированию производства и заготовок гречихи» (руководство колхозов и директора совхозов в случае высоких урожаев могли выдавать колхозникам и рабочим совхозов в качестве дополнительной платы от 25 до 50 % урожая); «Об увеличении производства и заготовок зерна проса наиболее ценных сортов» (закупочная цена за одну тонна проса была установлена в размере 110 руб.); «Об изменении плана закупок зерна, скота и птицы на 1965 год» (план закупок зерновых был установлен в размере 55,7 млн т, а закупок скота и птицы в размере 8,5 млн т); «О плане закупок сельскохозяйственных продуктов на 1966 – 1970 годы» (этим постановлением вводился твердый план закупок, т.е. на протяжении 1966 – 1970 гг. государство должно было ежегодно получать 55,7 млн т зерна33); «Об отмене порядка ежегодного корректирования закупочных цен на зерно, подсолнечник и картофель»34. Несмотря на значение решений, принятых мартовским (1965 г.) пленумом ЦК, мы также считаем, что они были направлены не на перестройку, а лишь на корректировку существующей системы планирования и экономического стимулирования. Одним из свидетельств этого является то, что уже вскоре после мартовского пленума руководство ЦК пошло на корректировку важнейших решений. Например, 50 %-ная надбавка, которая должна была выплачиваться хозяйствам за сверхплановую сдачу пшеницы, ржи, с июля 1965 г. стала выдаваться лишь в том случае, если хозяйства внеплановым образом сдавали и другие зерновые культуры35. Постепенно начались восстанавливаться и административные методы управления, против которых и было направленно главное острие критики мартовского пленума. В этом отношении довольно характерно выступление Л.И. Брежнева на февральском (1966 г.) пленуме ЦК КПСС. Отчасти оно демонстрирует, что руководство страны фактически отказалось от своих заявлений и обещаний. В последний день работы пленума первый секретарь ЦК заявил: «Один из самых острых вопросов – это вопрос о хлебозаготовках. На сентябрьском пленуме ЦК мы уже обратили внимание членов ЦК на допущенный односторонний подход к вопросу хлебозаготовок, выразившийся в недооценке сверхплановых закупок зерна по повышенным ценам. <…> Мы ничего принципиального не меняем в решениях мартовского пленума. План хлебозаготовок остается стабильным. Однако нам необходимо осуществить сверхплановые закупки зерна по повышенным ценам в нужных размерах. Очень важно на это обратить внимание сейчас. Необходимо учитывать, что у нас есть 5 млн гектаров недосевов в связи с плохими климатическими условиями. Могут быть пересевы. Нужно хорошо продумать все вопросы подготовки к весеннему севу <…> Вопрос о выполнении плана заготовок сельскохозяйственных продуктов, особенно продовольственных культур, заготовок хлеба, является всегда предметом большой заботы и, я бы сказал, борьбы нашей партии за хлеб»36. Л.И. Брежнев выступил с инициативой пересмотра на местном уровне плана и порядка ведения хлебозаготовок. Конечно, это было не жесткое навязывание политики центра регионам, как, например, это осуществлялось при И.В. Сталине или Н.С. Хрущеве, а более тонкая, «мягкая» политика. Но тем не менее это свидетельствовало о возобновлении традиционных для советской власти административно-командных методов. Причины, заставившие советское руководство пересмотреть свои взгляды, довольно легко объяснимы – 1965 г. обернулся новой катастрофой в хлебозаготовках. Первые тревожные сигналы о неблагополучной обстановке в сельском хозяйстве стали приходить на Старую площадь еще в мае. Поэтому уже 19 мая Президиум ЦК утвердил постановление об уменьшении твердого плана хлебозаготовок с 55,7 млн т до 53,0 млн т (в том числе был снижен план хлебозаготовок для РСФСР до 32,3 млн т и до 9,4 млн т для Украины)37. Однако планы по хлебозаготовкам довольно скоро вновь пришлось пересмотреть. Сильнейшая засуха поразила обширные районы Сибири и Урала38. Наиболее серьезный урон был нанесен колхозам и совхозам Новосибирской, Омской, Челябинской, Кемеровской, Тюменской и Курганской областей. В спешном порядке колхозам и совхозам пострадавших регионов было выделено почти 90 тыс. т продовольственного зерна (в том числе 23 тыс. т Омской области и 19 тыс. т Новосибирской области) и 370 тыс. т концентрированных кормов39. Для смягчения последствий грядущего неурожая и «в целях наиболее полного привлечения ресурсов государственного и фуражного зерна, правильного его использования и недопущения разбазаривания» партийное руководство обязало все подсобные хозяйства независимо от их ведомственного подчинения, а также опытные и учебно-опытные хозяйства, станции, научно-исследовательские учреждения и учебные заведений, секционные станции сдавать все излишки государству по заготовительным ценам40. Но несмотря на такие экстренные меры, государству удалось заготовить только 36,3 млн т зерна, т.е. почти в полтора раза меньше, чем это было предусмотрено планом и в 1,9 раза меньше, чем в 1964 г. (табл. 1). Кроме того, зерно, поступившее в государственные закрома, оказалось пониженного качества (низконатурное, с пониженным содержанием и неудовлетворительным качеством клейковины и т.д.). Снизились в 1965 г. закупки не только пшеницы, но также проса и овса, поэтому в 1966 г. в несколько раз были сокращены объемы продаж пшена и овсяной крупы. Гречихи и риса-сырца хотя и были заготовлено больше, чем в 1964 г., но и их явно недоставало для удовлетворения потребительского спроса41. Самые ощутимые потери от засухи понесло животноводство. С июля – августа в ЦК стали поступать просьбы от местных руководителей снизить планы по сдаче заготовок животноводства42. В сентябре для поддержания животноводства было выделено 750 тыс. т гороха43, большая часть которого пошла птицеводческим фермам, специализированным откормочным и племенным хозяйствам, наиболее пострадавшим от засухи животноводческим колхозам и совхозам. Но уже к середине октября государство начало сокращать отпуск зерна на кормовые и фуражные цели. В 1966 г. планировалось выделить лишь 6,0 млн т, т. е. на 3,3 млн т меньше, чем в 1965 г.44 Проблема обеспечения животноводства кормами стояла настолько остро, что в записке о хлебофуражном балансе, подготовленной комиссией под руководством А.Н. Косыгина, сообщалось, что такое резкое сокращение выделения зерна на кормовые цели приведет к «свертыванию деятельности комбикормовой промышленности»45. Ситуация была тем печальнее, что в именно в 1965 г. был собран большой запас отрубей, жмыхов, мясокостной и рыбной муки, т.е компонентов необходимых для производства кормов. Однако отсутствие зерна обесценивало эти ресурсы. В срочном порядке для помощи сельскому хозяйству и разрешения продовольственных трудностей «распечатывались» ь государственные запасы. К концу года было разбронировано почти 7,5 млн т зерновых – своеобразный рекорд для постсталинского периода46. Но зерно из государственных запасов не покрывало даже продовольственных расходов. Поэтому принимается решение увеличить импорт зерна в СССР. Следует отметить, что за полгода до неурожая Президиум ЦК, в декабре 1964 г., утвердил проект постановления о продаже 4 тыс. т никеля и покупке 2 млн т хлеба. Чуть позже, в феврале 1965 г., высший партийный орган утверждает решение о дополнительной закупке еще одного миллиона тонн зерна, выделив на это 45 млн руб., полученных от продажи норковых шкурок (на 2,1 млн руб.), алмазов (на 3,0 млн руб.), свинца (на 4,5 млн руб.), серебра (на 11,3 млн руб.) и других драгоценностей и цветных металлов. Главными поставщиками зерна в СССР стали: Австралия (1,3 млн. т), Аргентина (0,7 млн т)47, Франция (0,55 млн т) и Канада (0,37 млн т). В отличии от хрущевского времени закупки велись небольшими партиями, что позволило избежать спекулятивного повышения цен на зерно, а также роста фрахтовых ставок. После того, как с полей стали приходить вести о массовом неурожае, Москва принимает решение о дополнительной закупке за рубежом еще 5 млн т зерна48. На этот раз помимо традиционных драгоценных металлов и предметов роскоши (в том числе – 400 т серебра, 1,3 млн каратов алмазов, 2,2 млн норковых шкурок), в срочном порядке экспортируется 50 млн т нефти и почти 10 млн т мазута (топочного и флотского). Вырученные от продажи деньги пошли не только на закупку пшеницы, но на них, в том числе, были приобретены 22 млн м2 шерстяной ткани (корда) и трикотажных изделий, 350 тыс. т стальных труб. Были закуплены продовольственные товары: 96,8 тыс. т мяса и мясопродуктов, 40 тыс. т бананов, 15 тыс. т сухого молока, 14 тыс. т сельди и 3,5 тыс. т сыра. В начале августа руководство страны утвердило еще одно постановление о закупке 3 млн т пшеницы, выделив для этой цели 210 тонн чистого золота. Наконец, в середине сентября 1965 г. государство выделило еще 30 тыс. т золота для закупки 500 тыс. т пшеницы в Румынии49. Всего в 1965 г. было импортировано 9,5 млн т зерна или почти 26 % от уровня государственных заготовок хлеба50. Только благодаря импортной пшенице и разбронированным государственным запасам брежневское руководство сумело избежать продовольственной катастрофы. Более того, на предстоящий 1966 г. был увеличен рыночный фонд сортовой муки с 16,3 до 19,4 млн т. Это позволило в 1966 г. бесперебойно снабжать население хлебом лучшего качества. Одновременно на 369 тыс. т был увеличен расход крупы. Отпуск семян на посевную кампанию планировалось произвести в том же объеме, что и в 1965 г. – около 3,0 млн т, из которых 380 тыс. выделялись в долгосрочную ссуду для посева озимых и 2,62 млн т на весенний сев51. При этом отпуск зерна на спиртовую промышленность сократился на 360 тыс. т.52 В 1966 г. руководство страны очень внимательно следило за хлебозаготовками и в целом за экономической обстановкой в стране53. Об этом свидетельствуют и дневниковые записи Л.И. Брежнева. В 1966 г. он непривычно много, по сравнению с предыдущими годами, фиксирует в них разнообразные сельскохозяйственные вопросы54. Вопрос о хлебозаготовках в первой половине 1966 г. рассматривался несколько раз на заседаниях Президиума/Политбюро и Секретариата ЦК. Партийное руководство старалось оперативно удовлетворять запросы села в технике и горюче-смазочном материале. В 1966 г. утверждаются решения о введении дополнительных методов организации хлебозаготовок. Совет Министров СССР 25 августа принял распоряжение о привлечении кооперации к закупкам зерна, а ЦК КПСС утвердил проект постановления о введении 50 %-ной денежной надбавки за сдачу сверхпланового объема проса, ячменя кормового, овса, кукурузы и гороха. Во второй половине 1966 г. был утвержден новый типовой договор по контрактации сельскохозяйственной продукции. В нем был впервые введен принцип взаимной ответственности сторон – теперь заготовитель не мог в одностороннем порядке отказаться от приема продукции, т.к. в противном случае он должен был или выплачивать колхозу или совхозу неустойку в размере 3 % от суммы заготовок, или компенсировать расходы по доставке продукции55. Хлебозаготовки стимулировали и традиционными для советского государства методами массово-политической работы. 11 июля 1966 г. Политбюро ЦК утвердило постановление «О задачах партийных организаций в проведении хлебозаготовок», подготовленное комиссией во главе с секретарем ЦК и членом Политбюро ЦК А.П. Кириленко. Главное внимание постановления было сосредоточенно на сверхплановых закупках: «ЦК КПСС напоминает, что план хлебозаготовок является минимальным, что он не обеспечивает в полной мере всех потребностей страны, и государство рассчитывает на закупку значительного количества зерна сверх плана по повышенным ценам. Большинство колхозов и совхозов сделали правильные выводы из решений мартовского пленума ЦК КПСС, провели ряд мероприятий по расширению производства зерна, внесли изменения в структуру посевов. <…> Отдельные руководители колхозов и совхозов, имевших возможности выполнить установленные для них планы заготовок и продать определенное количество зерна сверх плана, предпочли при молчаливом согласии местных партийных, советских и сельскохозяйственных органов не выполнять плана хлебозаготовок, не участвовать в сверхплановой продаже хлеба, оставив на внутрихозяйственные и другие нужды излишнее количество зерна». В связи с этим руководство партии призывало «установить самый строгий контроль за выполнением плана хлебозаготовок как в целом, так и по каждой культуре, обеспечить самое добросовестное отношение руководителей хозяйств к сверхплановой продаже государству излишков зерна»56. Это постановление, отпечатанное специальной брошюрой, было разослано всем райкомам. Оно обсуждалось во всех первичных партийный организациях колхозов и совхозов. 1 августа Политбюро ЦК утвердило постановление о сверхплановых закупках зерна. Так в целом по СССР необходимо было дополнительно закупить 8,4 млн т, в том числе по РСФСР – 3,3 млн, по Казахстану – 2,4 млн и по Украине – 2,2 млн т57. Ожидая низкий урожай, члены Политбюро ЦК 10 апреля 1966 г. утвердили проект постановления Совета Министров СССР о закупке за границей около одного млн тонн пшеницы (в том числе, 700 тыс. т во Франции и 300 тыс. т в Канаде), выделив на это 61 млн руб.58 Летом 1966 г. Советское внешнеторговое объединение «Экспортхлеб» заключило с Канадским пшеничным комитетом контракт о поставках в СССР в течение 1966 – 1969 гг. 9,0 млн т пшеницы, в том числе 7,8 млн т в виде зерна и 1,2 млн т в виде муки. К концу года СССР получил 6,0 млн т импортного зерна. В отличии от прежних лет весь импортный хлеб почти полностью был направлен в госрезерв, а не пошел на увеличение продовольственных фондов муки и крупы. В 1966 г. был собран самый высокий за все послевоенные годы урожай зерновых. Валовый сбор по сравнению с 1965 г. увеличился на 41%. Государство заготовило хлебопродуктов в 2,1 раза больше зерна, чем в прошлом году – около 75 млн т, в том числе 66,6 млн т пшеницы (табл. 1)59 Богатый урожай в сочетании с импортными поставками позволили увеличить общий фонд сортовой муки с 19,5 млн т, как это было в 1966 г., до 21,3 млн т в 1967 г. На 270 тыс. т был увеличен рыночный фонд крупы. Заметно больше зерновых было выделено на экспорт – с 4,1 млн в 1966 г. до 6,8 млн т в 1967 г.60 В государственный резерв было заложено почти 18 млн т – это самый большой показатель с середины 1950-х гг.61 Однако, по-прежнему, ощущался недостаток риса, гречихи и овса, урожай которых в 1966 г. хотя и был высоким, но не позволял в полной мере компенсировать сложившийся дефицит. Меньше, чем в 1965 г., было заготовлено кукурузы, что отразилось в 1967 г. на снижении объемов крахмально-паточного производства62. Зерна было так много, что уже в конце сентября 1966 г. Л.И. Брежнев выступил с инициативой о возобновлении повседневной продажи муки в рабочих городах и поселках63. В ответ на это предложение руководитель Госплана Н.К. Байбаков подготовил записку, в которой полностью поддержал идею генсека: «Введение свободной продажи сортовой муки будет способствовать нормализации торговли, лучшему удовлетворению спроса населения и позволит, в пределах утвержденного правительством на 1967 г. производства сортовой муки, увеличить рыночный фонд по сравнению с ранее предлагавшимся Госпланом ССР объемом на 750 тыс. т или 247 млн руб. и соответственно поступление налога с оборота на 43 млн руб., что имеет значение для сбалансирования денежных доходов и расходов населения и пополнения ресурсов бюджета, который складывается на 1967 год с большим напряжением»64. Новый 1967 г. сопровождался локальной засухой, которая, впрочем, не затронула основных зернопроизводящих регионов Европейской части страны. И хотя план заготовок был не только выполнен, но даже перевыполнен почти на два млн тонн, однако урожайность зерновых сократилась. К декабрю 1967 г. было заготовлено 57,6 млн т зерна, т. е. на 17,3 млн т меньше, чем в 1966 г. (см. табл. 1). Сравнительно небольшой дефицит в расходах хлебопродуктов был легко покрыт за счет импортного зерна (в СССР поступило 2,3 млн т канадской пшеницы) и государственных резервов (в 1967 г. было разбронировано 2,8 млн т зерновых). В связи с относительно благополучным зерновым годом даже было принято решение об увеличении в 1968 г. рыночных фондов муки, доведя их до 28,5 млн т. Удельный вес сортовой муки по рыночным фондам был увеличен на 77,9 % (в 1967 г. он составлял лишь 75,7%); на 7,4 % вырос по сравнению с прошлым годом рыночный фонд крупы. Впервые с 1963 г. были увеличены фонды риса, гречневой и овсяной крупы65. Однако относительный неурожай фуражных культур в 1967 г. вновь обострил ситуацию в животноводстве. Назревал новый кризис66. Для его предотвращения на 1968 г. было выделено 13,0 млн т зерна на фуражные и кормовые цели. В качестве дополнительных мер по экономии фуража Совет Министров отказался от экспорта ячменя, гороха и кукурузы, несмотря на то, что в 1967 - 1968 гг. сложилась благоприятная внешнеторговая конъюнктура на мировом сельскохозяйственном рынке. В 1968 г. валовый сбор зерновых по сравнению с 1967 г. выросли на 15%. (см. табл. 1). Однако летняя жара привела к снижению производства хлеба на Украине, в Ставропольском крае и Ростовской областях. Ф.Д. Кулаков в записке для Л.И. Брежнева от 13 августа 1968 г. сообщал, что с регионами была проведена работа по недопущению «излишеств в расходовании зерна в целом по стране». Только благодаря административно-командным мерам, государственные хлебозаготовки к концу года составили 69,0 млн т зерна, увеличившись по сравнению с предыдущим годом на 21%67. Главным недостатком урожая 1968 г. оставалось низкое качество зерна. Количество сортовой муки из всей закупленной пшеницы составило только 40 %. В пшенице урожая 1968 г. крайне низким было содержание клейковины. По отдельным регионам ситуация была просто катастрофической. По данным обследования, произведенного Государственным комитетом заготовок, в пшенице в среднем по стране содержалось 23,8 % клейковины, тогда как в пшенице, собранной в Ростовской области этот показатель составлял – 14 %, а в Краснодарском крае только 2,4 %. Основными причинами большого удельного веса низконатурной пшеницы было недостаточное применение удобрений, значительное повреждение посевов болезнями и полевыми вредителями (главным «врагом» пшеницы на протяжении почти всех 1960-х гг. оставался клоп-черепашка). Для того, чтобы восполнить количество пшеницы высокого качества, государство в очередной раз разбронировало свои резервы. В 1968 г. из хлебных складов на потребительские цели было выделено 4,3 млн т зерна. В 1968 г. было заготовлено меньше кукурузы – 1,7 млн т (тогда как в 1967 г. – 2,2 млн т). Чтобы объемы крахмально-паточного производства не уменьшились Политбюро ЦК постановило закупить на внешнем рынке 250 тыс. т кукурузы и еще столько же выделить из госрезерва. На 1969 г., по сравнению с 1968 г., на 1,2 млн т было увеличено количество зерна, отпускаемого на фуражные и комбикормовые цели. Объем зерна, отпускаемого для спиртовой и пивоваренной промышленности, также возрос, что напрямую коррелировало с увеличением цен на вино-водочную продукцию в конце 1968 г.68 В 1969 г. проблемы в зерновом хозяйстве обострились. В феврале из-за резких перепадов температур погибло 44 % урожая озимых на Северном Кавказе и в Поволжье. Для снижения последствий неурожая озимых было принято решение увеличить площадь посевов яровых культур. Всего в СССР было дополнительно засеяно под яровую пшеницу почти 5,3 млн га, в том числе 2,5 млн га в РСФСР, 2,0 млн га в Казахстане и 0,5 млн га на Украине. Однако весенний сев, начавшийся в отдельных регионах в первых числах марта, также пришлось вести в исключительно неблагоприятных условиях — сильные пылевые бури на юге Украины, Ставропольском крае, Поволжье, достигавшие 25 м/с, выдували не только посевы, но и плодородный чернозем69. В 1969 г. для поднятия уровня хлебозаготовок вновь были инструменты массово-политической работы. В начале июня Политбюро ЦК выпустило специальной брошюрой постановление «О задачах партийных организаций, советских хозяйственных органов, колхозов и совхозов по увеличению производства зерна и других продуктов земледелия и животноводства в 1969 году». Главной задачей всех республик, краев, областей, районов, колхозов и совхозов провозглашалось непременное увеличение производства и продажи государству сельхозпродукции и прежде всего зерна в размерах, превышающих планы и объемы производства и заготовок в прошлом году70. С тем, чтобы увеличить объемы поступления зерна в государственный фонд 8 августа 1969 г. Политбюро ЦК утвердило постановление «Об отвлечении средств из сельского хозяйства на другие цели». Теперь бюджеты колхозов и совхозов стали регулировать предельно жестко. Основой для такого постановления стали итоги проверки, проведенной Комитетом партийного контроля при ЦК КПСС и Сельскохозяйственного отдела ЦК в ряде колхозов и совхозов по всей стране. В ходе проверки было установлено, что вместо того, чтобы расходовать деньги на развитие сельского хозяйства, местные руководители строили дворцы культуры, учебные центры, медвытрезвители и даже содержали футбольные команды71. После августа 1969 г. такое нецелевое перераспределение средств было запрещено. Несмотря на меры, предпринятые государственными руководителями, заготовка хлеба в 1969 г. проходила в чрезвычайно напряженных условиях. К концу года было заготовлено 55,5 млн т зерна, т. е. на 13,5 млн т меньше, чем в 1968 г. (табл. 1.) Качество пшеницы из урожая 1969 г. оказалось одним из самых худших за 1960-е гг.: с низким содержанием клейковины и значительным процентом проросших, незрелых и морозобойких зерен. Общий дефицит зерна на 1970 г. составлял 14,7 млн т. Напряженная обстановка сложилась в животноводстве, где не хватало зерна на фуражные и комбикормовые цели. В сопроводительной записке к проекту хлебного баланса, составленной комиссией под руководством Д.С. Полянского, пояснялось, что «несмотря на трудности с ресурсами мяса для снабжения населения увечить отпуск зерна из государственных ресурсов на нужды животноводства не представляется возможным»72. Несмотря на снижение урожая в 1969 г. на 1970 г. было выделено больше зерна для спиртовой и пивоваренной промышленности (на 900 тыс. т больше, чем в 1969 г.), для рыночных фондов муки и крупы (на 1,6 млн т больше) и на фуражные и комбикормовые цели (на 2,0 млн т больше). В целом общий расход зерна в 1970 г. по сравнению с 1969 г. увеличивался на 4,0 млн т. Дефицит хлеба был покрыт за счет государственных резервов — для покрытия расходов из хлебных складов поступило 14,8 млн т зерна. Кроме того, решением Политбюро ЦК к 1 апреля было закуплено 3,5 млн т импортной пшеницы73. В качестве дополнительных мер для решения продовольственных задач советское правительство закупило 1,0 млн т импортного мяса, выделив на это 60 млн свободноконвертируемых руб. отказавшись от экспорта 300 тыс. т мяса в ГДР в 1970 г.74 Новый 1970 г. начался с неблагоприятных погодных условий. Весной уровень воды превысил критическую отметку в южных и западных районах Европейской России, Южном Урале, Красноярском крае и Прибайкалье. Это привело к вымоканию и выпреванию части зерна. При этом в Новосибирской и Томской областях, Алтайского края сложилась прямо противоположная картина — половодье было ниже нормы и ожидалась общая засушливость почвы75. Однако летом ситуация выправилась и в итоге в новом сельскохозяйственном году удалось собрать высокий урожай (186,3 млн т), который существенно превзошел результаты ранее рекордного 1966 г. По сравнению предыдущим годов валовый сбор зерновых в СССР увеличился на 15% (табл. 1). К концу ноября 1970 г. было заготовлено 70,9 млн т зерна (на 32% больше, чем в 1969 г.). Планы закупок по пшенице, ячменю, овсу, рису и бобовым культурам были не только выполнены, но даже перевыполнены. Вместе с тем, 1970 г. оказался относительно низкоурожайным для проса, гречихи и кукурузы. Проса было закуплено лишь 53 % от плана, гречихи — 68 %, что в очередной раз поставило в тяжелые условия крупяную промышленность. Фуражных и комбикормовых культур было заготовлено меньше, чем ожидалось, поэтому 14 августа 1970 г. Политбюро ЦК утвердило постановление о прекращении экспорта жмыхов и семян подсолнечника, для производство более сбалансированного корма для животноводства76. Для помощи животноводству в Венгрии и Румынии было закуплено 500 тыс. т кукурузы в обмен на семенную пшеницу. Для покрытия возможного роста расходов зерна было принято решение дополнительно закупить в 1971 г. около 5 млн т импортной пшеницы. К 1970-му году руководители партии и государства окончательно осознали, что проблемы в зерновом хозяйстве приобрели перманентный характер. Одним из его наиболее ярких проявлений стало ежегодное сокращение посевных площадей. В первую очередь этот процесс затронул районы Нечерноземья РСФСР и частично Западную Сибирь. Например, за 1966 – 1970 гг. площадь засеваемой пашни снизилась на 3,9 млн га пашни в Саратовской области, 2,9 млн га в Башкирии, по 2,3 млн га в Омской области и Татарской АССР77. Сокращение посевных площадей отчасти происходило из-за неблагоприятных природно-климатических явлений (ветровой и/или водной эрозии почвы). Но главной причиной стало внедрение оптимальных агротехнических приемов. Значительная часть ранее засеваемой пашни отводилась под пар. Уменьшение посевной площади влияло и на сокращение валовых сборов. Наиболее ярко эта взаимосвязь проявилась в сфере производства фуражных культур. Так если в 1964 г. под фуражные культуры было засеяно 34,9 млн га, то в 1966 г. – 26,4 млн га. Соответственно и заготовлено было в 1964 г. – 20,5 млн т (в том числе ячменя - 12,3 млн т, кукурузы – 3,5 млн, гороха – 4,7 млн т), то в 1966 г. только 9,9 млн т (ячменя – 7,0 млн т, кукурузы – 1,5 млн, гороха – 1,4 млн т)78. Деградировало качество зерна. Удельный вес сортовой пшеницы был ниже плановых показателей. На протяжении 1964 — 1968 гг. в среднем сортовые сорта составляли 46 %. Значительным был удельный вес некондиционного зерна. В 1963 — 1967 гг. в среднем 45,9 % зерна не соответствовало нормам по влажности, а 39,9 % содержало сорную примесь. Для других культур процент потерь был еще выше. Например, удельный вес наиболее ценных сортов проса составлял в 1964 — 1968 гг. только 10 — 12 %. Причиной этого было несовершенство уборочной техники, использование которой приводило к большому содержанию обрушенных и битых зерен79. С каждым годом увеличивался процент хозяйств, не выполнявших в связи с этим твердых планов по хлебозаготовкам. Так, если в 1966 г. 18 % хозяйств не выполнило план, то в 1967 г. – 21 %, а в 1968 % - 27 %80. Помимо проблем в сфере производства, во второй половине 1960-х гг. произошла разбалансировка между закупками зерна и его расходом. Так, если в 1965 – 1969 гг. в среднем ежегодно закупалось около 59 млн т, то расходовалось – 64 млн т. Особенно показателен в этом смысле 1969 г., когда было закуплено 55,5 млн т, а утверждено к расходованию почти 74 млн т. Было несколько причин подобного разрыва. В 1965 – 1970-е гг. увеличилась покупательная способность населения. Однако если доходы населения за это время выросли на треть, то товарная продукция сельского хозяйства только на 23 %. И хотя среднедушевое потребление хлеба в брежневские годы начало снижаться (в 1955 г. среднедушевое потребление составляло 183 кг хлеба, а в 1967 г. уже 150 кг81), розничный товарооборот состоял почти на 70 % из продовольствия и товаров, изготовленных из сельскохозяйственного сырья82. Это в свою очередь приводило к острой диспропорции между нарастающей покупательной способностью населения и отстающим производством потребительских товаров, постепенно превращающихся в дефицит. В первую брежневскую пятилетку заметно вырос экспорт зерна, в первую очередь — в восточноевропейские страны. Особенно заметным он стал после пражских событий: если в 1964 г. экспорт составлял 6,7 % от всех советских зерновых ресурсов, то в 1970 г. он достиг 9,6 %83. Несмотря на рост расходов хлеба, объем зерна в колхозах и совхозах, оставляемого для внутрихозяйственных нужд, был во второй половине 1960-х гг. достаточно высоким и составлял более 60 % от всего валового сбора зерна (табл. 1). При этом государство сознательно оставляло больше зерна в деревне, это должно было сгладить ситуацию с общим недофинансированием села. В соответствии с планом на протяжении 1966 – 1970 гг. село должно было получить 47 млрд руб., но к концу 1970 г. общий финансирования составил только 37,3 млрд. руб., т.е. почти на 10 млрд руб. меньше. Аналогичная ситуация сложилась и в отношении других показателей. Например, тракторов по плану село должно было получить 1,7 млн штук, а к 1970 г. получило только 1,3 млн шт.84; удобрений государство должно было выделить 55 млн т, а выделило 46,5 млн т.85 Отсутствие нормальной социальной сферы в деревне приводило к миграции сельского населения, в первую очередь молодежи. За 1959 – 1969 гг. численность сельской молодежи до 30 лет сократилась на 15 млн чел. Если в 1959 г. общий удельный вес сельских молодых людей составлял около 42 %, то в 1969 г. – 30%86 После мартовского (1965 г.) пленума ЦК КПСС руководство страны приняло ряд дополнительных мер помощи сельскому хозяйству, в том числе, направленные на увеличение объемов производства зерна. Уже спустя год после мартовского пленума в мае 1966 г. пленум ЦК утвердил постановление «О широком развитии мелиорации земель для получения высоких и устойчивых урожаев зерновых и других культур», в которым предлагалось увеличить на 7 – 8 млн га орошаемые земли в течении ближайших десяти лет, значительно повысить темпы развития водохозяйственных работ на Северном Кавказе, юге Украины, Молдавии, Казахстане, низовьях Аму-Дарьи и на Дальнем Востоке. Пленум ЦК принял решение для борьбы с водной и ветряной эрозией почв увеличить площадь полезащитных и приовражных лесонасаждений, провести залужение эродированых склонов87. Политбюро ЦК 20 марта 1967 г. утвердило постановление, в котором борьба с ветровой и водной эрозией почв признавалась важнейшей государственной задачей88. Для ее решения предлагались различные меры: в районах распространения полевой эрозии (Казахстане, Западной и Восточной Сибири, отдельных районах Поволжья) создать почвозащитные севообороты с полосным размещением посевов и паров, высеивать кулисы, провести залужение сильно эродированных земель, сформировать буферные полосы многолетних трав, организовывать снегозадержание, закрепление и облесение песчаных участков, выращивать полезащитные лесные полосы, а также производить безотвальную обработку почвы с оставлением стерни на поверхности полей. В районах водной эрозии (Украина, Молдавия, Центрально-Черноземная зона) необходимо было производить обработку почвы и посев сельскохозяйственных культур поперек склона, делать контурную вспашку, углублять пахотный слой и применять другие способы обработки почвы, уменьшающие сток поверхностных вод. В этих районах предлагалось создавать почвозащитные севообороты, полосное размещение сельскохозяйственных культур, залужение крутых склонов, облесение оврагов, берегов рек и водоемов, проводить меры по строительству противоэрозионных гидротехнических сооружений (перепадов, прудов, водоемов, лиманов). Наконец, в горных районах Закавказья, Карпатах и в Средней Азии для борьбы с селевыми потоками предлагалось сооружать противоселевые конструкции, проводить террасирование, облесение и залужение склонов, более внимательно регулировать выпасы скота, охранять горные склоны89. Только на проектно-изыскательные работы, строительство противоэрозионных гидротехнических и противопылевых сооружений, облесение земель из общесоюзного бюджета планировалось выделить почти 470 млн руб. В 1968 — 1970 гг. подобные мероприятиях должны были затронуть 1,2 млн га или около 3 % площади, подвергшейся эрозии. Однако большинство сельскохозяйственных мероприятий должны были финансироваться из местных бюджетов, что, конечно, сыграло свою негативную роль в реализации этих решений на практике90. Политбюро ЦК и Совет Министров СССР регулярно принимали постановления о развитии сельского хозяйства в отдельных регионах. Например, в 1966 г. Политбюро ЦК приняло специальное постановление о срочных мерах по борьбе с эрозией почвы в Кулундинской степи Алтайского края. В частности, было решено начать посадку лесных насаждений, внедрять облесение песков и оврагов, проводить противоэрозийную обработку почвы91. Впрочем, все эти мероприятия имели ограниченный эффект, т.к. сельское хозяйство находилось в состоянии хронического недофинансирования, а к реализации больших аграрных проектов (пусть и на территории отдельных регионов) брежневское руководство относилось скептически. Например, когда в начале 1965 г. руководство Украины предложило установить новый порядок обеспечения колхозов и совхозов республики семенами яровых культур и, в частности, построить 230 новых семеноочистительных заводов и механизированных зернохранилищ, выделив на это 240 млн руб.92, руководство ЦК выступило против этой инициативы. Несмотря на мощный лоббистский ресурс (в лице членов Политбюро ЦК П.Е. Шелеста и Н.В. Подгорного), специальная комиссия под председательством руководителя Госплана П.Ф. Ломако сочла «невозможным выделить дополнительные средства» и предложила в качестве производственного опыта применить новый порядок обеспечения колхозов и совхозов семенами яровых и масленичных культур в одной из областей Украины, но только за счет средств самой республики. На рубеже 1967 – 1968 гг. отдельные партийные и государственные руководители приходят к выводу о необходимости скорейшего реформирования как зернового хозяйства, так и аграрного сектора в целом. Начало обсуждения положила записка Д.С. Полянского, Н.К. Байбакова, Л.Р. Корнийеца и В.В. Мацкевича, направленная в ЦК в конце марта 1967 г. Авторы записки предлагали пересмотреть твердый план хлебозаготовок на 1966 – 1970 гг., т. к., по их мнению, ежегодные закупки хлеба в размере 55,7 млн т не обеспечивали всех потребностей страны в хлебе. По их мнению пополнить государственные запасы зерна можно было двумя путями. Первый путь – сверхплановые закупки и введение новых административно-командных мер. В этом случае государство должно было произвести сверхплановые закупки в размере 44,3 млн т зерна, в том числе дополнительно закупить в 1967 гг. – 7,8 млн т, в 1968 – 9,6 млн, в 1969 – 12,6 млн, в 1970 – 14,3 млн т зерна. Второй путь – постепенное увеличение технической оснащенности села и повышение культуры земледелия. В частности, авторы записки предлагали выделить 1,1 млрд рублей на строительство новой элеваторно-складской сети в СССР93. Создание такой сети позволило бы сформировать и беспрепятственно хранить государственный запас зерна в размере 40 — 45 млн т. С таким запасом хлеба СССР мог безболезненно пережить два неурожая подряд и бесперебойно снабжать население. Для создания такого большого государственного резерва авторы записки предлагали сократить фуражные фонды зерна и уменьшить производство и закупку продуктов животноводства94. Этот проект довольно долго обсуждался внутри ЦК95. Только в 1969 г. к этой идее вновь вернулись96. В начале апреля 1969 г. в ЦК поступила новая записка, на этот раз подписанная Д.С. Полянским, Н.К. Байбаковым, первым заместителем председателя Госкомитета заготовок И.Г. Балясинскиным и первым заместителем министра сельского хозяйства СССР И.П. Воловченко. В ней предлагалось создать государственный резерв зерна в объеме 45 млн т. Однако если в первой записке предлагалось пополнять государственный резерв за счет урожая (закладывая на хранение по 3 – 4 млн т ежегодно), то в новой записке предлагалось направлять в хлебные склады импортную пшеницу97. Авторов записки поддержал председатель советского правительства А.Н. Косыгин. Он настоял на необходимости закупки пшеницы за границей и закладке ее в государственный резерв98. В итоге 21 апреля 1969 г. Политбюро ЦК КПСС утвердило проект постановления Совета Министров СССР «Об уровне накопления государственного резерва хлеба и дислокации его хранения» в соответствии с которым предлагалось создать государственный резерв в размере 45 млн т, из них 25,5 млн т предполагалось разместить в РСФСР, 6,5 млн на Украине и 6,0 млн т в Казахстан). Накопить необходимый уровень зерна было решено в течение 1970 – 1975 гг. Для организации такой масштабной акции были привлечены вооруженные силы99. Так в записке И.Г. Баляскина, начальника Штаба гражданской обороны СССР генерал-полковника В.А. Белявского и заместителя начальника тыла Вооруженных сил СССР генерал-лейтенанта П.Г. Левченко от 15 июля 1969 г. рекомендовалось строить крупные высокомеханизированные элеваторы, используя для этого склады углубленного типа и пустоты, образовавшиеся после горных выработок. Однако накопление государственных ресурсов хлеба, конечно, не могло снять остроту проблем, с которыми сталкивалось советское сельское хозяйство. Поэтому проекты и предложения по реформированию аграрной сферы не прекращали поступать в ЦК. Важнейшее место среди этих проектов заняла почти пятидесятистраничная записка секретаря ЦК Ф.Д. Кулакова, разосланная членам Политбюро в апреле 1968 г.100 Ф.Д. Кулаков заявлял, что скорейшая интенсификация сельского хозяйства является «генеральной линией» партии и государства101. Как предлагал действовать секретарь ЦК и на что обратить самое пристальное внимание? Во-первых, Ф.Д. Кулаков предложил увеличить темпы мелиорации земель. В частности, он считал, что необходимо сосредоточиться на строительстве крупнейших инженерных оросительных систем в районах товарного производства зерна – Северном Кавказе, Поволжье, Украине; увеличить базу рисосеяния, доведя уже к 1970 г. объем закупок риса до 1,5 млн т; восстановить научные структуры Академии наук, занимавшиеся проблемами орошаемого земледелия (например, Заволжскую экспедицию Академии наук), а также сформировать новые научные подразделения как при АН СССР, так и при ВАСХНИЛе. Во-вторых, Ф.Д. Кулаков счел необходимым продолжать наращивать химизацию сельского хозяйства102. Объем производства минеральных удобрений к 1975 г. должен был вырасти до 85 млн т, а к 1980 г. – 140 млн т. Для решения проблем химизации страны Кулаков выступил с инициативой создания специального министерства средств химизации сельского хозяйства, которое и руководило бы производством, транспортировкой и хранением всех химических веществ. В-третьих, Ф.Д. Кулаков особое внимание уделил вопросам механизации и электрификации сельского хозяйства. В первую очередь он настаивал на разработке и внедрении высокопроизводительных машин и оборудования для нужд животноводства. Общая механизация должна была уменьшить затраты человеко-часов при производстве 1 центнера продукции: при производстве зерна с 3,2 человеко-часов в 1966 г. до 0,5 к 1980 г.; для роста привеса КРС с 77,3 человеко-часов до 7,0; прироста свиней с 64,9 человеко-часов до 5,0 и т.д.103. Кулаков призвал улучшить техническое, машинно-транспортное снабжение деревни. Он заявлял: «Основной зерноуборочной машиной у нас является комбайн СК-4, оснащенный двигателем мощностью 65 – 75 л.с. и имеющий пропускную способность молотилки 3,5 кг/сек. Для уборки высоурожайных хлебов, а также риса такой комбайн не приспособлен: производительность его мала, потери зерна велики»104. Для улучшения показателей производительности в сельском хозяйстве необходимо было наладить выпуск более мощных тракторов, увеличить ширину захвата у ряда машин (например, свеклоубороных и картофелеуборочных машинах), провести универсализацию и унификацию всех сельхозмашин, начать внедрять способы автоматического управления процессами. В-четвертых, Ф.Д. Кулаков настаивал на необходимости опережающего внедрения научных достижений в сельское хозяйство. Советские ученые в течение десяти лет должны были поставить и разрешить следующие задачи: изучить биологические ресурсы страны, разработать приемы повышения их продуктивности и рационального использования, вывести новые сорта культурных растений, отличающиеся не только высокой урожайностью, но и качеством продукции, разработать комплексные меры по защите растений от болезней, вредителей и сорняков. В-пятых, Ф.Д. Кулаков предлагал изменить систему планирования, заготовок и переработки сельскохозяйственных продуктов. Он писал: «Необходимо провести большую работу для того, чтобы объемы закупок сельскохозяйственных продуктов по республикам, краям и областям на новую пятилетку были экономически обоснованы, отвечали бы наиболее рациональному размещению сельскохозяйственного производства по зонам страны и способствовали правильному направлению его специализации. Нельзя допустить такого положения, которое существовало раньше, когда работники плановых органов нередко определяли плановые задания, прибавляя “всем сестрам по серьгам”. Анализ показывает, что производство многих продуктов сельского хозяйства, размещено у нас в ряде случаев как по республикам, краям и областям, так и особенно по хозяйствам, без достаточного экономического обоснования»105. В качестве первоочередных мер для рационального планирования Ф.Д. Кулаков предлагал принять закон об основных началах землепользования и создать земельный кадастр. По его мнению, необходимо было установить справедливые закупочные цены как для заготовителей, так и для производителей. Но главное, вместо многочисленных закупочных инстанций (которые, как считал Ф.Д. Кулаков «не несут ответственности за обеспечение страны в целом теми или иными продуктами»), свести все к простой цепочке: колхозы/совхозы – заготовительные пункты – торговые базы – перерабатывающие предприятия. Для разрешения вопросов заготовки и переработки продукции сельского хозяйства Ф.Д. Кулаков предложил создать два новых министерства: Министерство заготовок и первичной переработки продуктов земледелия (на базе Министерства хлебопродуктов СССР) и Министерство заготовок и первичной переработки продуктов животноводства (на базе Министерства мясной и молочной промышленности СССР). Пленум ЦК КПСС в октябре 1968 г. рассмотрел и одобрил доклад Л.И. Брежнева106, который в основе своей базировался на основных идеях записки Ф.Д. Кулакова. Однако многие предложения превратились в формальные положения и не содержали конкретных предложений. Причины, по которым власти отказались от проведения широкомасштабных реформ в агарной сфере, на этот раз были внешнеполитического характера. После пражских событий 1968 г., СССР стал стремительно наращивать экономическую помощь как Чехословакии, так и другим странам, входящим в СЭВ. Это напрямую отразилось на отказе от амбициозных планов по вливанию финансовых и материальных средств в советское сельское хозяйство. Впрочем, и после октябрьского пленума 1968 г. проблемы сельского хозяйства оставались ключевыми в повестке дня советских руководителей. На Старую Площадь в 1969 – 1970 гг. активно поступали предложения по развитию сельского хозяйства. Особо стоит упомянуть записку Д.С. Полянского и Д.Ф. Устинова, предложивших создать новую более рациональную систему аграрного производства в зависимости от природных зон107 и записку за подписью президента Академии наук СССР М.В. Келдыша, президента ВАСХНИЛ П.П. Лобанова, министра сельского хозяйства СССР В.В. Мацкевича и министра мелиорации и водного хозяйства СССР Е.Е. Алексеевского108. Авторы этой записки во многом повторили предложения Ф.Д. Кулакова. В качестве важнейших направлений развития советского сельского хозяйства они выделили: техническое перевооружение и перевод сельского хозяйства на промышленную основу; всесторонняя химизация; широкая мелиорация и развитие почвозащитного земледелия; правильное размещение культур и отраслей по районам и зонам страны, специализация сельскохозяйственных предприятий и концентрация производства; улучшение разделения труда и кооперирование между сельским хозяйством и другими отраслями народного хозяйства. Одной из важнейших задач, по мнению авторов записки, должно было стать техническое переоснащение села. Для этого предполагалось сконструировать более совершенные трактора с повышенными скоростями. Большое внимание они уделили производству фуражных культур. К 1980 г. производство этих культур предполагалось увеличить на 40%109. С отдельными предложениями выступал и лично Л.И. Брежнев. В частности, для решения зерновой проблемы он предлагал принять постановление, разрешающее директорам совхозов, выполнившим план продажи зерна государству и обеспечивших общественное поголовье фуражом, продавать рабочим и служащим совхозов до двух центнеров зерна по сдаточным ценам. Кроме того, Л.И. Брежнев предложил увеличить выдачу колхозникам зерна на фуражные цели.110 Но, пожалуй, самой острокритической стала записка Д.С. Полянского, распространенная среди членов Политбюро в начале 1970 г. В ней не только констатировалось кризисное положение аграрного сектора экономики, но и высказывались острые политические суждения: «По коренным вопросам сельского хозяйства ленинские указания о планомерном пропорциональном развитии общественного производства, решения ХХIII съезда и Пленумов ЦК партии в значительной мере не выполняются, а по ряду важных показателей сорваны. Возникает законный вопрос: почему все это происходит? По-видимому, мы в ЦК КПСС и Правительстве допускаем серьезное упущение. Вместо того, чтобы требовать выполнения принятых решений, пресекать действия, противоречащие этим решениям, мы лишь констатируем факты нарушений, "разъясняем" их неправильность, становимся на позицию всепрощения. Мы позволили Госплану стать органом, который в своей деятельности проявляет такое своеволие, какого у нас еще никогда не было. И это весьма опасно»111. Не реагировать на такие острые замечания партийное руководство просто не могло. Со своим развернутым взглядом на проблемы сельского хозяйства выступил лично Л.И. Брежнев. Его записка «О положении в сельском хозяйстве» была утверждена сначала на заседании Политбюро ЦК 21 мая 1970 г., а затем на июльском пленуме того же года112. О чем же писал и что предлагал генсек? Он согласился, что в заготовительной сфере сложилось тяжелое положение. Л.И. Брежнев признавал: «По-прежнему острой остается проблема производства зерна. Хоть среднегодовой валовой сбор зерна в истекшее четырехлетие нам удалось увеличить на 32 млн т, чего не было за всю историю нашего сельского хозяйства, - положение с производством зерна в стране по-прежнему остается неудовлетворительным и создает нам серьезные экономические и политические трудности. Об этом свидетельствует, например, данные Министерство заготовок СССР о государственных хлебных ресурсах. Говоря о состоянии дела с производством зерна, нельзя не подчеркнуть, что уровень урожайности зерновых остается крайне низким. Правда, в последние четырехлетие удалось перешагнуть многолетний "барьер" в 8-10 центнеров с гектара и достигнуть среднегодовой урожайности 13,2 центнера с гектара. Но и этот уровень урожайности не только самый низкий среди развитых сельскохозяйственных стран, но и главное он совершенно не удовлетворяет наши потребности»113. По мнению генсека, главной проблемой оставались недостаточное материально-техническое обеспечение развития села, материально-технические условия развития села, а именно: «большой недостаток сельскохозяйственных машин, орудий и механизмов, транспортных средств, запасных частей к машинам, мизерные дозы минеральных удобрений <…> почти полное отсутствие современного промышленного производства кормов, узость и отсталость перерабатывающей промышленности»114. Л.И. Брежнев считал, что уже к 1975 г. валовые сборы зерна могут вырасти до 205 – 210 млн т, но для этого необходимо было увеличить урожайность с гектара до 17 ц. Важнейшим условием решения поставленной задачи могло стать только резкое увеличение поставок минеральных удобрений в село. Л.И. Брежнев заявлял: «Нам надо развить мощности химической промышленности так, чтобы в новой пятилетке в значительно больших размерах увеличить производство минеральных удобрений и химических средств защиты растений. Видимо, следует пересмотреть и наши внешнеторговые обязательства по вывозу химических продуктов»115. Он также писал об увеличении объемов комбикормовой промышленности. Л.И. Брежнев настаивал, что только резкое увеличение капиталовложений может снять кризисное положение, сложившееся в сельском хозяйстве: «Надо пойти на значительное увеличение капиталовложений в сельское хозяйство, в сравнении с тем, что предлагается в проекте плана, на резкое увеличение выпуска тракторов, комбайнов, автомобилей и сельхозмашин, на более существенное развитие мелиорации, производства удобрений и химических средств защиты растений. Не может быть, что в нашем мощном народном хозяйстве нельзя найти такие возможности!» - подытоживал генсек. Записка Л.И. Брежнева определила новые направления и параметры развития сельского хозяйства, которыми реализовывались советским руководством вплоть до очередной хлебозаготовительной катастрофы в конце 1970-х гг. – начале 1980-х гг., во многом спровоцированной введенными Западом экономическими санкциями из-за ввода советских войск в Афганистан. Таким образом, политика в области сельского хозяйства в первые годы Л.И. Брежнева характеризовалась отказом от амбициозных хрущевских планов «догнать и перегнать Америку по производству мяса и молока». Новое коллективное руководство выступило против жестких административно-командных мер, пыталось оптимизировать технологию заготовок, повысив личную заинтересованность колхозов и совхозов в увеличении производства зерна. Государство установило твердые планы заготовок на пятилетку, поощряло сдачу сверхплановых закупок, списывало долги, числящиеся за совхозами и колхозами. Все это должно было способствовать укреплению экономически сельского хозяйства, снизить себестоимость продукции и, таким образом, увеличить благосостояние простого населения. Однако предпринятые меры имели скорее косметический характер и не преследовали цель кардинального разрешения проблем в аграрной сфере. С ростом расходов зерна и с увеличением его экспорта, регулярными природно-климатическими катаклизмами (недородами 1963 и 1965 г., относительно низким урожаем 1967 г.), перманентным уменьшением дотаций в сельское хозяйство, зерновая проблема приобрела новые масштабы, которые были хорошо известны советскому руководству, но тщательно скрывались и лакировались. Государство, несмотря на «ручной контроль» сельского хозяйства, теряло возможность влиять на сложившуюся ситуацию. Новые административно-командные меры становятся малоэффективными – зерно становится проще импортировать, чем организовывать его сверхплановые закупки. Для разрешения сложившийся ситуации с конца 1960-х гг. предпринимается поиск концепций и решений зерновой проблемы, приведший к 1970-му году к осознанию необходимости скорейшей интенсификации сельского хозяйства. Однако к решению зерновой проблемы это не привело. Приложения Таблица 2. Баланс государственных ресурсов и расходов зерна из урожаев 1964 – 1970 гг. (в тыс. тонн в зерновом исчислении) Таблица 3. Динамика численности хлебозаготовок по союзным республикам. 1965 – 1970 гг. (в млн тонн) 1 Сельское хозяйство в Сибири в ХХ веке: проблемы развития и кризисы. Новосибирск, 2012. С. 153. 2 Правда. 1961. 20 янв. 3 Там же. 4 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 411. Л. 17. 5 Сельское хозяйство СССР: стат. сб. М., 1971. С. 159. 6 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 339. Л. 4. 7 Там же. Д. 336. Л. 6. Первоначально планировалось сохранить это положение только до 1 января 1965 г., однако в результате автоматической пролонгации это осталось в силе вплоть до лета 1969 г. 8 Ухудшение ассортимента муки позволило поставить потребителям на 850 тыс. т муки больше, чем в 1962 г. (см.: РГАНИ Ф. 3. Оп. 16. Д. 381. Л. 3–4) 9 Для посевной кампании на 1964 г. было выделено столько же зерна, как и в 1961 – 1962 гг. – 3,8 млн т. (см.: Там же). 10 Там же. Л. 3. 11 Там же. Д. 399. Л. 28. 12 Там же. 13 Там же. Л. 24. 14 В системе Главскототкорма РСФСР находилось около 2,4 млн голов свиней, главным образом, молодняка весом до 40–50 кг. Примерно такое же поголовье свиней находились в системе Главскототкорма Украины. 15 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 501. Л. 144 16 Выделенных кормов оказалось явно недостаточно, т.к. уже 20 апреля 1965 г. Президиум ЦК КПСС утвердил постановление о дополнительном выделении 500 тыс. т зернофуража колхозам и совхозам РСФСР, Украины и Белоруссии (см.: РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 612. Л. 126–127). 17 В идеологическом плане ситуация была настолько тяжелой, что руководство КПСС приняло решение разослать ЦК компартий и правительствам братских социалистических стран письмо о том, почему советское правительство вынужденно закупать пшеницу в Канаде и США. В нем сообщалось: «Недобор зерна вынудил нас ввести довольно значительные ограничения потребления сельскохозяйственных продуктов внутри страны, сократить ассортимент выпекаемых хлебных изделий, регламентировать продажу круп, т.е. не вводя карточек, по-существу, ограничить продажу некоторых продуктов». В этом же письме советское руководство дало понять, что прекратит политику «либерализма» в отношении поставок зерна в братские страны, т.к. СССР нуждается в формировании строгого государственного резерва (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 411. Л. 47). 18 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 375. Л. 1–2. 19 Правда. 1963. 16 дек. 20 На пленуме с докладом выступил министр сельского хозяйства СССР И.П. Воловченко и с содокладом председатель «Союзсельскотехника» А.А. Ежевский. 21 Правда. 1964. 16 февр. 22 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 382. Л. 48–52. 23 Там же. Д. 511. Л. 112. 24 Там же. Ф. 2. Оп. 1. Д. 744. Л. 7. 25 Там же. Ф. 3. Оп. 16. Д. 529. Л. 46. 26 К концу 1964 г. было дополнительно закуплено во Франции, Канаде и Аргентине – 3,3 млн т хлеба. 27 Н.С. Хрущев был отстранен с поста первого секретаря ЦК КПСС и председателя Совета Министров СССР решением пленума ЦК состоявшегося 13–14 октября 1964 г. 28 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 588. Л. 7–12. 29 Там же. 30 Интересно, что первое решение, которое было направленно на снижение остроты продовольственного снабжения хлебом городов и промышленных районов, оказалось принято за неделю до отставки Н.С. Хрущева – 8 октября 1964 г. Тогда Президиум ЦК КПСС утвердил постановление «Об улучшении качества муки и крупы и увеличении производства крупы», на основании которого в городах возобновилась продажа ржаной муки высшего и первого сорта, а также были снижены нормы ячневой крупы, кукурузы и гороха при производстве хлебобулочных и кондитерских изделий (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 542. Л. 26). 31 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 642. Л. 2. С инициативой отмены обязательных поставок мяса молока, яиц, картофеля и др. сельхозпродуктов выступил председатель Госкомитета заготовок Совета Министров СССР Л.Р. Корниец. Он предложил освободить от обязательных поставок только Ивано-Франковскую область, мотивируя это тем, что хозяйства в этой области рассредоточены в труднодоступных, горных районах и жители этих районов занимаются в основном отходничеством. А.Н. Косыгин направил 6 марта 1965 г. в ЦК КПСС записку, в которой предложил освободить единоличные хозяйства от обязательных поставок государству не только в Ивано-Франковской области, но и по всей стране. К январю 1965 г. в СССР насчитывалось 7205 единоличных дворов (в т. ч. 5808 в УССР, 535 в РСФСР, 324 в Латвии, 303 в Эстонии, 99 в Белоруссии – см.: Там же. Л. 7–9). 32 Правда. 1965. 27 марта. 33 В частности, в РСФСР ежегодно должно было заготавливаться около 34,3 млн т зерновых (в том числе 23,1 млн т пшеницы), Украина должна была предоставлять ежегодно 10,1 млн т зерновых (в том числе в 1966 г. – 5,8 млн т пшеницы, 1967 – 1968 гг. – 5,9 млн, а в 1969 – 1970 – 6,0 млн т), а Казахстан – 9,8 млн т (в том числе 8,3 млн т пшеницы ежегодно). 34 Более подробно см. все постановления (в том числе не относящиеся к зерновой проблеме): РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 653 – 654. 35 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 700. Л. 14. 36 РГАНИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 816. Л. 102. 37 Там же. Ф. 3. Оп. 16. Д. 700. Л. 42. Сохранилась следующая дневниковая запись Л.И. Брежнева от 17 мая: «Я позвонил тов. Шелесту по делам сельским – и окончательно согласовать уменьшение плана по РСФСР на 120 мн» [Брежнев Л.И. Рабочие и дневниковые записи. М.: Историческая литература, 2016. Т. 1 1964 – 1982 гг. C. 79]. 38 Тревожные факты, незадолго до сигналов о засухе в Сибири и Урале, зафиксировал в своих дневниковых записях Л.И. Брежнев после общения с первым секретарем Днепропетровского обкома В.В. Щербицким: «3 июля – Щербицкий. Положение на селе ухудшилось. Зерновые дадут невысокий урожай. Подсолнух и кукуруза хорошие. Ставят вопрос о сбросе скота» [Брежнев Л.И. Рабочие и дневниковые записи. М.: Историческая литература, 2016. Т. 1 1964 – 1982 гг. CБрежнев Л.И. Рабочие и дневниковые записи. М.: Историческая литература, 2016. Т. 1 1964 – 1982 гг. . 88]. 39 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 790. Л. 18. 40 Там же. Д. 736. Л. 24. 41 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 777. Л. 4–7. 42 Вот лишь некоторые из этих документов: из записки секретаря Тюменского обкома Б.Е. Щербины: «В юго-восточных районах Тюменской области, пострадавших от засухи, сложилось тяжелое положение с заготовкой скота. Обком партии просит разрешить, в виде исключения, сдать в ноябре – декабре текущего года 8–9 тыс. тонн скота в живом весе»; из записки секретаря Алтайского крайкома КПСС А.В. Георгиева и председателя крайисполкома С.В. Кальченко: «Алтайский крайком партии, крайисполком в связи с трудностями заготовки скота, недостатков кормов, передержкой мясного поголовья в районах Кулунды, Горного Алтая просят разрешить сдачу мяса государству в счет 1966 года в количестве 15 тыс. тонн»; из записки секретаря Красноярского крайкома А.А. Кокарева: «Колхозы и совхозы Хакаской области и южных районов края в текущем году подверглись сильной засухе, в результате этого не обеспечили животноводство грубыми и сочными кормами. Краем приняты меры по переброске кормов из других районов, но это не обеспечивает потребность животноводства в кормах»; из записки секретаря Кемеровского обкома КПСС А.Ф. Ештокина: «Неблагоприятные условия лета не позволили области заготовить потребное количество кормов для общественного животноводства, в связи с чем колхозы, совхозы шести районов вынуждены произвести сброс скота». 43 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 777. Л. 4. 44 Там же. Л. 5. 45 Там же. Л. 6. 46 Государственным руководителям приходилось идти на «хитрость» при разбронировании государственных кладовых. Так в октябре 1965 г. Президиум ЦК принял решение разбронировать 1,0 млн т сортовой пшеницы, а вместо нее переборонировать 1,0 млн т пшеницы для обойного помола, с тем чтобы уже из будущего урожая 1966 г. доложить в государственные склады 1,0 млн т сортовой пшеницы. См.: РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 799. Л. 26. 47 Кроме того, с правительством Аргентины была заключена секретная бартерная сделка: СССР поставило 300 тыс. т гороха в обмен на 200 тыс. т пшеницы (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 777. Л. 3). 48 По всей видимости, не все члены Президиума выступали за увеличения импорта. Если судить по дневниковым записям Л.И. Брежнева против дополнительной закупки хлеба за границей был Н.В. Подгорный [Брежнев Л.И. Рабочие и дневниковые записи. М.: Историческая литература, 2016. Т. 1 1964 – 1982 гг. CБрежнев Л.И. Рабочие и дневниковые записи. М.: Историческая литература, 2016. Т. 1 1964 – 1982 гг. . 89]. 49 Впрочем, из новых закупок в государственные хлебные склады к концу 1965 г. успеет попасть только 1,5 млн т. Остальные СССР получит уже в начале 1966 г. 50 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 777. Л. 7. 51 Там же. Л. 3. 52 Там же. Л. 5. 53 В начале 1966 г. даже обсуждался проект письма ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об усилении режима экономии и бережливости в народном хозяйстве», впрочем, так и оставшийся проектом [Брежнев Л.И. Рабочие и дневниковые записи. М.: Историческая литература, 2016. Т. 1 1964 – 1982 гг. С.129]. 54 Например, в записях, сделанных между 11 и 16 июня 1966 г. Л.И. Брежнев запишет: «На ПБ. Обсудить вопрос о создании резерва хлеба – 20 – 35 мн. тон. О закупке хлеба в 1966 и 67 году. О подготовке решения о хлебозаготовках»; из записи сделанной накануне заседания Политбюро ЦК 16 июня: «Вопросы П[олит].Б[юро]. и Сек[ретариа]та. Проголосовать о ценах 50 % на сверх план[овую] сдачу – овес, ячмень, горох»; из записи начала июля: «О сельском хоз[яйст]ве средства на мелиорацию»; накануне заседания Политбюро 15 июля Л.И. Брежнев вновь зафиксировал: «О хлебозаготовках»; в середине июля, видимо, во время подготовки к августовскому пленуму ЦК КПСС, на котором обсуждалась повестка первой сессии нового созыва Верховного Совета СССР, он записал: «Положение на селе. Большой трудовой подъем. В целом обстановка с урожаем на сегодня – лучше, чем в прошлом году, но многое определит июль м[еся]ц, так как он является решающим для Казахстана и Сибири. Хороший подсолнух и сахарная свекла. Выполнены все планы на ½ года. Получила заметное развитие внутренняя торговля: молоко, масло животное, подсолнечное, улучшилось положение с мясом» [Брежнев Л.И. Рабочие и дневниковые записи. М.: Историческая литература, 2016. Т. 1 1964 – 1982 гг. CБрежнев Л.И. Рабочие и дневниковые записи. М.: Историческая литература, 2016. Т. 1 1964 – 1982 гг. . 137, 139, 140, 141, 148]. Примечательно также, что именно с 1966 г. Л.И. Брежнев начинает фиксировать сведения о количестве урожая в разных регионах (например: «Оренбург – Воробьев Г.И. Намол – 10,7 цент. 145 план – 170 мн. могут дать») [Брежнев Л.И. Рабочие и дневниковые записи. М.: Историческая литература, 2016. Т. 1 1964 – 1982 гг. CБрежнев Л.И. Рабочие и дневниковые записи. М.: Историческая литература, 2016. Т. 1 1964 – 1982 гг. . 146]. Такого рода записи Л.И. Брежнев будет вести до конца жизни. 55 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 524. Л. 36 – 52. 56 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 72. Д. 24. Л. 73. 57 Там же. Д. 30. Л. 3. 58 11 июля Политбюро принимает решение закупить во Франции дополнительно еще 1,0 млн т пшеницы, выделив на это еще 62 млн руб. Для этих целей государство продало почти 20 тыс. т меди, включая 10 тыс. т из мобилизационного резерва, 3,5 т палладия, а также направило значительную часть прибыли, полученную Минвнешторгом от продажи советских цветных металлов на американских биржах. 59 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 294. Л. 8. 60 Только 1,0 млн т пшеницы был направлен в Польшу. НЕ МОГУ УКАЗАТЬ ТОЧНЫЕ СТРАНИЦЫ, Т.К. ДЕЛО НЕ ВЫДАЮТ ИЗ-ЗА ПЕРЕЕЗДА. 61 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 294. Л. 6. 62 Там же. Л. 7. 63 После голода 1946 — 1947 гг. с 1948 по 1952 гг. производилась только нормированная (разовая) продажа муки. После смерти И.В. Сталина и вплоть до неурожая 1963 г. велась повседневная (розничная) продажа муки. С 1964 и вплоть до 1966 гг. вновь как при И.В. Сталине стала производиться только нормированная (разовая) продажа муки. 64 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 255. Л. 22. 65 Там же. Д. 627. Л. 177. 66 Во многом кризисная ситуация была спровоцирована самим руководством страны. Дважды Политбюро ЦК (в сентябре 1966 г. и в январе 1967 г.) утверждало постановления о сокращении количества фуража, выделяемого животноводству. В итоге к июню 1967 г. животноводы недополучили около 1 млн т зерна. 67 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 627. Л. 175. 68 Там же. Д. 924. Л. 48. 69 Там же. Д. 1099. Л. 9 – 13. 70 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 982. Л. 64. В дневниковых записях Л.И. Брежнева за 1969 г. неоднократно встречаются следующие пометы: «Татария – план 51 млн дадут 100 млн»; «Украине прижимают. Надо дать сверх плана 3 млн т»; «Горячев Фед[ор] Степ[нович]. – 8 – 9 цнт - плохо» [Брежнев Л.И. Рабочие и дневниковые записи. М.: Историческая литература, 2016. Т. 1 1964 – 1982 гг. C. 427, 428]. 71 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 1076. Л. 21. 72 Там же. Д. 1136. Л. 254. 73 Там же. 74 Там же. Д. 1154. Л. 47. 75 Там же. Д. 1230. Л. 23 – 26. 76 Там же. Д. 1076. Л. 138. 77 Там же. Д. 1234. Л. 56 – 72. 78 Там же. Д. 492. Л. 156. 79 Трудности в заготовке кондиционного зерна даже привели к тому, что Д.С. Полянский и Ф.Д. Кулаков выступили в 1968 г. против предложений А.Н. Косыгина о введении новых государственных стандартов на сорта твердой и сильной пшеницы, а также ячменя пивоваренного. В совместной записке они заявляли: «Система хлебопродуктов не подготовлена организационно и технически к повсеместному применению новых стандартов на зерно. Не разработан экспрессивный метод определения количества и качества клейковины и соответствующий порядок отбора образцов зерна для лабораторного анализа. Не изучено влияние новых стандартов и условий оплаты зерна твердой, сильной, наиболее ценных сортов пшеницы и ячменя пивоваренного на экономику колхозов и совхозов, что может подорвать материальную заинтересованность хозяйств в увеличении производства и продажи государству этих ценных зерновых культур» (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 78. Д. 278. Л. 63). Против введения новых стандартов выступил и первый заместитель председателя Совета Министров К.Г. Пысин. Он также подтвердил, что в СССР нет экспресс-метода по определению клейковины, без которого поставка хлебопродуктов от колхозов потребителям затруднится. Не поддержал идею А.Н. Косыгина целый ряд региональных руководителей (Там же. Л. 69 – 75). 80 Там же. Д. 1234. Л. 76. 81 Там же. Д. 1137. Л. 7 – 8. 82 Там же. Л. 23. 83 Там же. Л. 11. 84 Кроме того, поставляемая техника отличалась крайне низкой производительностью. Например, Узбекскому тракторосборочному заводу было возвращено 27 % готовых тракторов из-за наличия дефектов; Рязанскому заводу сельхозтехники вернули 27,6 % картофелеуборочных комбайнов по тем же причинам. Не меньше вредило сельскому хозяйству многомарочность. Харьковский, Волгоградский, Алтайский и Павлодарский тракторные заводы выпускали пять разных марок пахотных тракторов. Это обстоятельство иногда серьезно затрудняло ремонт и эксплуатацию техники. См.: там же. Л. 11. 85 Там же. Д. 1137. Л. 4. 86 Там же. Л. 15. 87 РГАНИ. Ф. 2. Оп. 3. Д. 9. Л. 3 – 76. 88 Там же. Ф. 3. Оп. 68. Д. 406. Л. 15–18. 89 Во многом дополнило мартовское постановление 1967 г. решение Политбюро ЦК от 15 сентября того же года «О ходе выполнения установленных постановлениями ЦК КПСС и Советом Министров СССР, заданий по развитию производства известняковой муки и сыромолотного гипса, по известкованию и гипсованию почв», в соответствии с которым почти в два раза предлагалось увеличить объемы производства сыромолотого гипса для гипсования почв. Это решение дополнило постановление Президиума ЦК, утвержденного в октябре 1964 г. за несколько дней до снятия Н.С. Хрущева, об увеличении производства известняковой муки и сыромолотого гипса для известкования кислых и гипсования солонцовых почв (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 564. Л. 96). 90 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 406. Л. 17. 91 Там же. Д. 261. Л. 172. 92 Там же. Оп. 16. Д. 626. Л. 79. 93 Возможно, одной из причин проекта строительства новой элеваторно-складской сети был обильный урожай 1966 г. 94 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 250. Л. 24 – 36. 95 В этом отношении примечательна служебная записка одного из сотрудников I («кремлевского») сектора Общего отдела ЦК КПСС (к сожалению, не оставившего свою подпись), приколотая к записке Полянского-Байбакова. Неизвестный сотрудник аппарата ЦК написал: «По данной записке 2 раза звонил т. Малышев (из СМ СССР). В СМ СССР поступила записка т. Байбаков с ссылкой на эту записку. Дана справка, что записка в архиве, постановления Политбюро нет, движения данной записки не видно, поступила от руководства (какого не говорили), что поступила в 1968 г. <…> если еще будут спрашивать, то об этой записке не говорить. Можно сообщать только работникам Общего отдела – т.т. Черненко, Боголюбову, Рогову, Цуканову» (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 255. Л. 45). 96 Вполне вероятной причиной возвращения к идеи формирования большого государственного резерва стали внешнеполитические обстоятельства. Нарастание напряженности в отношениях с Китаем и потенциально возможная война с ним обострили обсуждение этого вопроса в ЦК. 97 Авторы записки в этом предложении исходили из уже сложившейся практики — на протяжении 1966 – 1968 гг. государственный резерв на 2/3 пополнялся за счет импортного зерна (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 1168. Л. 62). 98 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 1168. Л. 61. 99 Там же. Л. 59. 100 Там же. Д. 1135. Л. 70–122. 101 Там же. Л. 71 102 Кулаков ссылался на зарубежный опыт. Он писал: «Немецкие специалисты половину всего прироста урожая сельскохозяйственных культур относят за счет применения минеральных удобрений, а французские ученые – от 50 до 70 процентов» (Там же. Л.79). 103 В данном случае Кулаков также ссылался на иностранный опыт, в частности на опыт США, где в 1964 – 1966 гг. затраты на производство одного центнера зерна составляли 0,4 человека-часа, привес КРС – 5,73 человеко-часа, а привес у свиней – 4,4 человеко-часа. 104 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 1135. Л. 88. 105 Там же. Л. 93–94. 106 Там же. Ф. 2. Оп. 3. Д. 124. Л. 3 – 67. 107 РГАНИ. Ф. 80. Оп. 1. Д. 311. Л. 11 – 12. 108 Там же. Л. 13 – 49. 109 О том, насколько распространенным среди советского руководства стал поиск решения вопросов о технической оснащенности села, химизации и мелиорации, свидетельствует выступление Л.И. Брежнева на III съезде колхозников в ноябре 1969 г. В своих дневниковых записях он особо акцентировал внимание на следующем моменте: ««Прежде всего подъем с/хозяйственного производства зависит от таких факторов, которые у нас ясно вырисовывались за последние годы – это 1) оснащение с/хоз-ва техникой, 2) мелиорация и химизация, 3) экономическое стимулирование» [Брежнев Л.И. Рабочие и дневниковые записи. М.: Историческая литература, 2016. Т. 1 1964 – 1982 гг. C. 431]. 110 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 1136. Л. 88. 111 Там же. Д. 1137. Л. 24. Эта записка положила конец политической карьеры Д.С. Полянского. В 1973 г. он будет понижен до министра сельского хозяйства СССР, а в 1976 г. выведен из состава Политбюро ЦК и оправлен послом сначала в Японию, а позже в Норвегию. 112 Доклад «Очередные задачи партии в области сельского хозяйства», прочитанный Л.И. Брежневым на пленуме ЦК, вобрал в себя отдельные положения записки. См.: Правда. 1970. 3 июля. 113 РГАНИ. Ф. 3. Оп. 68. Д. 1270. Л. 1–19. 114 Там же. Л. 15. 115 Там же. 13.

Источник: http://statehistory.ru/5762/Kak-SSSR-st ... --1970-gg/
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 30 янв 2018, 15:44

Дочка из Дома Павлова
Зина Селезнева родилась 11 июля 1942 года и пеленками малышке служили солдатские портянки
Текст: Дмитрий Шеваров
Родина - №218 (2)
84
Дом Павлова - к осени 1942 года единственный уцелевший от бомбежки дом в районе площади им. 9 Января. В ночь на 27 сентября он был захвачен разведгруппой (3 бойца во главе с сержантом Я.Ф. Павловым), группа удерживала его почти трое суток. Затем прибыло подкрепление под командованием лейтенанта И.Ф. Афанасьева, всего 24 бойца. В течение 58 дней гарнизон дома Павлова отбивал атаки противника, а 24 ноября 1942 года в составе полка перешел в наступление...

Из энциклопедии "Великая Отечественная война"
Изображение
Дом Павлова в Сталинграде.
Ее судьба должна бы войти в учебники и энциклопедии. Но, увы, имени Зинаиды Петровны Селезневой (по мужу Андреевой) вы там не найдете. А без нее история обороны дома Павлова остается неполной.

В этом доме Зина родилась 11 июля 1942 года. Трудно представить, что испытывали наши бойцы, глядя на оказавшегося на передовой, запеленатого в портянку младенца. О чем думали, заслышав между разрывами снарядов детский плач. Об этом они и после Победы никому не рассказывали.

Известен лишь сухой итог сражения за дом у Волги, до сих пор недоступный пониманию западных историков: горстка не шибко как вооруженных бойцов (один станковый пулемет, три противотанковых ружья, два миномета и семь автоматов) сдерживала натиск пехоты, танков и авиации противника почти два месяца!..

Переправить маму с малышкой за Волгу долго не удавалось, дом находился под круглосуточным плотным огнем. Девочка с мамой и еще несколькими женщинами жила в подвале почти до конца октября.

Записанный мной еще в 1990-м году рассказ Зинаиды Петровны Андреевой не нашел тогда места на газетной полосе, вышло лишь несколько строк. Возможно, он показался в редакции слишком обыкновенным...
Изображение
Зинаида Петровна Селезнева и Иван Филиппович Афанасьев у Вечного огня в Волгограде. 1960-е годы.

Рассказывает Зинаида Петровна Селезнева (Андреева):

- В этом доме жили мои дед и бабушка. У них было там служебное помещение - они дворниками работали. И когда началась бомбежка, мама побежала к ним. Отца-то забрали на оборону Сталинграда еще весной, он рабочим был на "Красном Октябре". Его звали Петр Павлович Селезнев. Он меня не видел. Так и погиб, не зная, что я родилась... Медиков не было, мамины сестры в родах помогали. Солдаты портянки дали на пеленки. Дизентерия была страшная, и я, только родившись, стала умирать. Мне уже вырыли могилку в земляном полу, а когда копали, наткнулись на иконку-медальон. Как только ее отряхнули от земли, я вернулась к жизни. А ведь в этом доме еще были дети постарше - пяти, шести, семи лет... Потом нас за Волгу переправили, а в 1943-м мы вернулись в город. Мама пошла на завод, жили в землянке. Только в 1949-м получили комнату с подселением. Помню разрушенный Сталинград. Мне было лет семь, у меня подружка ходила на музыку, и я с ней ходила, очень любила носить ее нотную папку. Мы жили очень бедно, и я шла с этой папкой такая счастливая. Всё разрушено, а мы идем в музыкальную школу.

Фото: Макс Альперт / РИА Новости
Танкист Сергей Орлов написал поэму о своем друге, погибшем под Сталинградом
После восьмого класса пошла работать, одновременно училась в вечерней школе. Выбрали секретарем комитета комсомола. Первым из тех, кто оборонял наш дом, меня после войны нашел Иван Филиппович Афанасьев, лейтенант, командир гарнизона. Причем, он слепой после ранения остался. Двое детей у него, бедно очень жили, а вот хотел нам чем-то помочь. Мне было лет восемнадцать, я в техникуме училась. Иван Филиппович пришел к нам с палочкой, а мама говорит: "У нас гости..."

Потом Воронов, Рамазанов, Жуков и Тургунов узнали наш адрес и стали посылки посылать. Они все меня дочкой звали. Тургунов прислал мне справку, в сельсовете заверил, что я действительно родилась в доме Павлова. Это для льготы понадобилось. Последнее письмо вот от него. Точек, запятых он не признавал, но и так всё понятно.

"Многоуважаемому дорогой дочка Петровна здравствуйте! Разрешите мне во первых привет ваш и вашу семью свою горячих чисто сердечных пламенных привет во вторых поздравляю с ближайшим праздником первой майским праздником международным солидарности всего от души желаю вам и вашу семью слава Богу мы тоже пока все нормально живем. До свидания обнимаю крепко целую с уважением к вам ваш дорогой уважаемый отец. 15 апреля 1992 года..."

Последний защитник дома Павлова Камолджон Тургунов скончался в марте 2015 года на 92-м году жизни. В Узбекистане живут 14 его детей, 62 внука и 85 правнуков.

Прощаясь с Зинаидой Андреевой, я вдруг увидел у нее в комнате фотографию Юрия Визбора. "Вы любите Визбора?" - обрадовался я. "Если бы не он, - вздохнула Зинаида Петровна, - мы бы с мамой долго еще ютились в коммуналке. Юрий приезжал в Волгоград в командировку от звукового журнала "Кругозор". Кажется, готовил репортаж. У нас был очень короткий разговор, но он догадался, как мы живем. Ничего нам не сказал, а сам пошел в обком. Через месяц мы получили однокомнатную квартиру..."
Изображение
Надписи на стене дома Павлова.

Юрий Визбор



МЕДАЛЬ СТАЛИНГРАДА

Медаль Сталинграда, простая медаль.
Бывают и выше, чем эта награда.
Но чем-то особым блестит эта сталь,
Кружочек войны - медаль Сталинграда.

Еще предстоит по грязище и льду
Пройти пол-Европы сквозь пули, снаряды.
Но светит уже в сорок третьем году
Победы звезда - медаль Сталинграда.С небес то дожди, то веселый снежок,

И жизнь протекает, представьте, как надо.
Я молча беру этот белый кружок
И молча целую медаль Сталинграда.
На пышную зелень травы капли крови упали.

Два цвета сошлись, стала степь мировым
перекрестком.
Недаром два цвета великих у этой медали -
Зеленое поле с красною тонкой полоской.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 30 янв 2018, 17:04

Сказ о том, как большевики царя Николая свергали

Сегодня, 05:24
Сказ о том, как большевики царя Николая свергали
«На самом деле большевики были наиболее категоричными сторонниками свержения самодержавия среди всех русских оппозиционных партий, они исключали возможность сохранения монархии даже в конституционной форме и были последовательными республиканцами… Большевики не сыграли крупной роли в свержении монархии только потому, что к февралю 1917-го партия была еще очень слаба» (Егор Холмогоров).
«Большевики не свергали царя. Большевики свергли либерально-западническое Временное правительство. Борьбу против большевиков начали не люди, сражавшиеся за веру, царя и отечество, а Лавр Корнилов, генерал, объявивший об аресте императрице и царской семье» (Захар Прилепин).
Так сказать, к юбилею Великой Октябрьской два известных публициста решили ещё раз обсудить это самое событие и предшествующие (следующие) события, а также роль большевиков во всём произошедшем. Сто лет прошло, а общего, единого мнения (или хотя бы близких мнений) по данному ключевому событию мировой истории нет и не предвидится. История всегда политизирована. А это самое событие было сверхполитизировано с самого начала.
И потом, с учётом степени идеологизированности советского общества, какое-то научное изучение событий 1917 года было категорически невозможно. С тем же успехом мусульманину-химику можно предложить изучить химсостав Чёрного камня Каабы… Или мусульманину-историку предложить дать строго научную оценку деятельности Пророка… Вот так и у нас в СССР было с 1917-м годом. По факту в России потому и взрывали церкви (в отличие от социалистической В. Европы), что у нас марксизмом попытались во многом заменить религию. Ни больше, ни меньше. В России всё было настолько «оригинально», что Христос и Маркс были прямыми конкурентами…
Поэтому «первый год хиджры» у нас изучать было не сильно возможно. Что вело к определённым психологическим последствиям: по сей день для большинства Октябрь значит гораздо, больше чем Февраль. Февраль обычно упоминался как-то так — мимоходом… дескать, что тут много рассусоливать? Делали революцию, но недоделали, и вот только в октябре выстрел «Авроры» возвестил о наступлении новой эпохи в истории человечества… После, в момент «управляемого крушения» СССР знаки поменялись, и все начали дружно клясть тот самый октябрь, того невысокого политика в кепке и тот самый броневичок…
Однако, как писал безызвестный американский блогер в погонах, не всё так однозначно. В общем и целом, к тому самому роковому октябрю Российской империи как таковой уже не было. Как нам сообщали в тех самых советских учебниках, у власти были некие мутные «министры-капиталисты». К государю-императору они практически никакого отношения не имели, и их власть основывалась вообще непонятно, на чём и непонятно, насколько широко она распространялась… И тут самый внимательный читатель неизбежно задаст тот самый «роковой» вопрос: «Но позвольте! Куда же делась к октябрю 1917 года империя Романовых и куда делись сами Романовы? Которые 300 лет вполне успешно правили той самой Россией?»
А вот тут вы задали правильный вопрос. Династию Романовых свергли гораздо раньше. И отнюдь не Ульянов-Ленин с большевиками. Это своего рода последствие «фолькс-хистори» для самых широких крестьянских масс: царизм жестоко угнетал простой народ, но большевики ему сделали полный укорот… Противопоставление шло (неявное, конечно) большевизм-царизм. Орлы, как известно, на мух не охотятся, а отстранение от власти малолегитимного Керенского «в женском платье» — ну это скорее из разряда оперетты, а никак не героического эпоса.
Никак было товарищам большевикам невыгодно признавать тот простой факт, что к свержению Николая Второго они абсолютно никакого отношения не имели. А ведь именно так дела и обстоят: даже самые «злобные» критики большевизма вынуждены признавать: большевики не сыграли крупной роли в свержении монархии просто потому, что к февралю 1917-го партия была еще очень слаба. Они не сыграли не только «крупной», они вообще никакой роли не играли и играть не могли.
Активной роли, подразумевается. Как фактор (один из многих) нестабильности они, безусловно, присутствовали. И что-то берут сомнения что Николай Романов трясся от страха, услышав фамилию Ульянов… Он даже по имени не знал своего основного политического «оппонента», не то что по отчеству! И куда только смотрела охранка? Охранка, кстати, смотрела туда, куда следует, и партия РСДРП была под очень плотным контролем.
Периодически звучащий вопрос: «Как они проморгали Ленина?», — звучит издевательски. Во-первых, они его «не проморгали», во-вторых, смертельный удар монархии и империи нанёс отнюдь не недоучившийся симбирский студент. Что его рассматривать? Зачем? Арест и даже «ликвидация» Ульянова-Ленина (и всей его партии!) до 1917 года никак империю спасти не могли. Никак. Империя была уничтожена в феврале-марте 17 года совсем другими людьми, которые были образованы никак не хуже товарища Ульянова (да и не сильно глупее), а общественное положение у них было куда как выше.
И все его «размышления» и «построения» им были, откровенно говоря, малоинтересны. Наивно думать, что именно Ульянов-Ленин (или кто-то из его камерадов) был на тот момент самым мощным политическим теоретиком в империи. А если и да, то мало, мало кто об этом знал…
То есть базовое, ключевое событие для России, её трагедия и позор — это как раз Февраль 1917 года. Вот тут всё поменялось, вот тут была уничтожена (в ходе войны!) легитимная власть и всё покатилось под откос. Поэтому как раз Февраль (и то, что к нему привело!) надо изучать очень подробно. Потому как не была та самая «февральская революция» некоей «интермедией», как раз наоборот — это ключевое событие. После него посыпалась и армия (готовившая крупное наступление!), и империя в целом. Из сложного механизма вынули ключевой элемент, и весь изощрённый механизм просто-напросто начал рассыпаться…
Распускать откровенные басни, что не случись «октябрьского переворота» — и всё бы было в ажуре, откровенно говоря, просто непорядочно: к октябрю и без большевиков проблем было море разливанное, более того: проблемы нарастали в геометрической прогрессии. Оценка деятельности «Ульянова и команды» — вопрос очень отдельный, но утверждать, что они «столкнули в пропасть, начавшую процветать демократическую Россию», несколько некорректно. Как метко заметил один современник про «новую демократическую власть»: «Они только хапали, хапали, хапали…»
Вообще тяжело с позитивными оценками Временного правительства — все больше в негатив уходят, язви их в корень. Не стал тов. Керенский национальным героем, увы. Либерально-буржуазная власть себя очень быстро скомпрометировала… Вот пишешь, и каждый раз хочется уточнить десятилетие… Не везёт как-то либерал-демократам с Россией… или России с ними не везёт. Нет, я искренне был бы благодарен за альтернативную (сверхпозитивную!) оценку весны-лета 1917 года от кого-то из благодарных современников тех событий. Но как-то пока не встречал.
Ещё раз: чтобы не уйти полным составом в «холивар», мы тут бурную деятельность Ульянова и его команды принципиально оценивать не будем — это уже было сильно потом, после февраля. Давайте постараемся скинуть тов. Ульянова-Ленина с парохода исследования. Сложно, но тем не менее. Просто крайне сложно согласиться с тем, что именно он — ключевая фигура всего произошедшего.
Тов. Ленин, скорее, «бил по хвостам». А вот на тех, кто отстранял царя Николая от власти в феврале 1917, стоит посмотреть внимательнее… Нет, вернее не так: проще было бы перечислить (буквально по пальцам) тех, кто остался верен Государю. Его предали буквально все. При этом по какой-то странной причине в произошедшем упрекают прежде всего… самого царя Николая. Дескать, а что ж он недосмотрел? Что ж он не уберёгся? Ну, надо начать с того, что Николай Александрович Романов не был беглым уголовником или политическим авантюристом, и было бы странно ему, при его общественном положении, «беречься».
Беречься, простите, от кого? От своих собственных офицеров, которые присягали ему перед Богом? По странному стечению обстоятельств, Государь полагал себя в полной безопасности, находясь в обществе русских офицеров. Странный человек, не так ли? А нет, чтобы сбрить бородку и переодевшись в штатское, закрыв лицо шарфом, да в вагоне второго класса… так бы мог и с тем самым Ульяновым пересечься в одном купе. Или, возможно, в «толерантном» стиле Керенского, на наёмном автомобиле… и никогда дважды не ночевать в одном месте и кажный раз менять одежду… то монашка, то пастушок… И конспирироваться, конспирироваться…
Но Государь почему-то так не поступал, не игрался он в багдадского халифа… ездил себе в личном вагоне при всех регалиях. Где его и «взяли». Тёпленького. И все почему-то адресуют вопросы по аресту к нему, к царю Николаю, но никто не адресует никаких вопросов к тем, кто его предал — к русским офицерам. А ведь за него не вступился практически никто: все пятеро командующих фронтами согласились с его «отстранением» (как и оба командующих флотами, разве что Колчак «просто промолчал» в отличие от всех остальных). Почему-то это приводят как приговор Николаю II – му, хотя мне тут скорее видится приговор Русской армии и прежде всего русскому офицерскому корпусу.
Анализируя «бурную деятельность» немецких генералов и их «самостоятельность» перед лицом фюрера, господин Резун пришёл в своё время к логичному выводу, что с такими генералами Германия победить никак не могла. Независимо от конкретных гениальных планов и блистательно проведённых операций. Так вот, в России 17 года ситуация была немногим лучше. Рыба, так сказать, активно «гнила с головы», и высшее руководство действующей армии не представляло исключения.
Господа офицеры занимались всем, чем угодно, но вот идея спасти царя им почему-то в голову не приходила. Вот это самое, кстати, обстоятельство вызывает полное и искреннее изумление: Николай II очень рассчитывал на помощь армии… но её не получил.
Позволю себе пространную цитату: «Брусилов был верен царскому правительству, во всяком случае, идеологически. Он с детства впитал девиз «За веру, царя и Отечество», не мыслил иного пути для России и был ему верен. Наверное, этим и объясняется его почтение к императорской фамилии, как к сакральным правителям страны. Хотя личные отношения с Николаем Вторым у полководца были сложные, особенно с того момента, как император возглавил действующую армию. Брусилова раздражала нерешительность Верховного главнокомандующего, из-за чего фронты действовали вразнобой — когда Юго-Западный наступал, Западный и Северный стояли на месте. Организовать совместные действия, принудить командующих общие задачи ставить выше локальных Николай не мог. Он просил, уговаривал, генералы с ним спорили и торговались, а драгоценное время уходило. Мягкотелость главковерха дорого обходилась его армии.
Кстати, в этом своём отношении к последнему императору Брусилов был не одинок. Неслучайно в феврале 1917-го никто из высшего командования не поддержал зашатавшуюся власть. В штабной вагон Николая почти единовременно поступили телеграммы от всех командующих фронтами и Балтийским флотом (Сахаров, Брусилов, Эверт, великий князь Николай Николаевич, Непенин) с просьбой мирно отречься от престола (командующий Северным фронтом Рузский имел «счастье» сделать это лично), после чего он и понял бесполезность сопротивления. Даже начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал Михаил Васильевич Алексеев и великий князь Николай Николаевич не видели иного выхода. Так можно ли считать их всех изменниками? Может быть, действительно другого варианта уже не было?»
То есть вопрос ставится так: если предали все, то было ли предательство? То есть «великого и непобедимого Брусилова» «раздражала нерешительность» царя, и он решил, что так дальше продолжаться не может?
Видимо, и всех остальных «господ-генералов» царская нерешительность раздражала и угнетала… и решили они, что так дальше продолжаться не может. Нет, исходя из того, что при царе Николае русская армия воевала «плохо», можно немедленно сделать смелый вывод, что после февраля 17, под руководством этих «патриотично настроенных генералов», готовых «жизнь отдать… хм, а да! за отечество!», она стала сражаться просто великолепно… К сожалению, история этого не подтверждает. После февраля 1917 года русская армия откровенно пошла вразнос. Как, в принципе, и вся российская империя.
А ведь на апрель месяц готовилось крупное наступление — оно обещало быть успешным, и «революционеры» очень спешили, успешное наступление вызвало бы патриотический подъём, что сделало бы переворот невозможным. И да США уже собирались вступать в войну… и руководство Российской империи об этом знало (США вступят в войну 6 апреля 1917 года!). Заговорщикам надо было спешить… а то вдруг Россия победит? Непорядок.

«Масонское руководство — Некрасов, Керенский и др., — а также тысячи приват-доцентов, преподавателей гимназий, телеграфистов и прочей провинциальной интеллигенции были уверены, что народ начнёт ликовать от одной перемены формы правления и будет терпеливо ждать победы в войне, решения земельного вопроса, национальных проблем и т. д.
Увы, все эти ожидания не оправдались. Сразу после отречения Николая II в марте 1917 года началась настоящая революция по всей стране. Произошли массовые убийства офицеров в армии и на флоте, рухнула воинская дисциплина, офицеры потеряли контроль над вверенными им частями. В деревнях начинается вялотекущая гражданская война — разгром помещичьих усадеб, поджоги, вооружённые стычки. Повторюсь, кровавая революция в марте-апреле 1917 года набирала темпы вопреки желанию масонов и без всякого влияния большевиков. Революция шла везде, даже в православной церкви.»
«Забавно» так получилось: вслед за смещением «главковерха» очень быстро выяснилось, что и на более низких ступенях (вплоть до рядовых!) существует «определённое» недовольство вышестоящими… И процесс пошёл! Начались массовые убийства офицеров! И без всяких большевиков. А у нас таки упорно любят противопоставлять царских офицеров и красных кавалеристов в будёновках, сражавшихся за некое светлое будущее…
Однако события весны-лета 1917 года эту смелую гипотезу полностью опровергают. Вернее, так: они не оставляют от неё камня на камне. Большие (недетские) проблемы у «царских офицеров» начались сразу с момента свержения государя-императора. То есть с того самого момента, когда они, изменив совести и присяге, перестали быть «царскими», их начали активно отстреливать.
А что вы хотите? Вся страна «шла вразнос»: «Весной 1917 года началась революция в… монастырях! Младшая братия во многих монастырях поднялась на старшую. Возникли потасовки, драки, кое-где в ход пошли револьверы. Поводом для конфликтов стали как религиозные вопросы, так и бытовые. Например, где кому стоять на службе, распределение чая, сахара, спичек и т. д.»
Итак, в монастырях «пошли в ход револьверы», это прямо не «Святая Русь», а какой-то «Дикий Запад» получается. И это сразу после свержения Государя и без всякого участия большевистской партии. Без вот этих ваших «комиссаров в пыльных шлемах».
Знаете, пугает именно одномоментность событий и скорость нарастания анархии в империи: «В Киеве власть захватили самозванцы, организовавшие Центральную раду. С момента отречения царя и до 25 октября 1917 года Временное правительство не контролировало Кронштадт, который превратился фактически в независимое государство. Города малороссийских губерний частично подчинялись Временном правительству, частично — Центральной раде. Степной Крым находился под властью самозваного Курултая. А малороссийские села контролировались местными атаманами — Марусями, Грицианами Таврическими и прочая, и прочая…»
То есть «Свадьба в Малиновке» началась задолго до появления строгих, но справедливых красных командиров в будёновках. У нас как-то любят все «тёмные силы», от очкастых кадетов до откровенных бандитов, противопоставлять «самой правильной партии с самой верной идеологией…» Однако все эти «тёмные силы» прекрасно боролись с друг другом без всякого участия Ленина-Троцкого и даже не подозревая о существовании подобных «персонажей». А империя шла вразнос…
И даже казаки: «При Николае II все казачьи войска были опорой самодержавия и управлялись наказными, то есть назначенными царём атаманами. В феврале 1917 года ни одно казачье войско не вступилось за Николая II. Зато повсеместно наказные атаманы были заменены выборными. Фактически возникли независимые гособразования — Войско Донское, Кубанское войско и т. д.»
Так и представляю себе агентов Ульянова-Ленина в донских станицах… Ну ладно, с питерскими рабочими понятно (теоретически!), фабрики — рабочим, но что В.И. Ульянов мог предложить казацкой верхушке? Арабских скакунов unlimited? «Официальная» и «контрофициальная» версии революции 1917 года (советской эпохи) одинаково «идиотичны». Ульянов-Ленин vs. Николай Второй — на эту тему можно спорить бесконечно (и это будет точно так же бесполезно).
Зачем большевики свергли царя? Как ни странно, прямо так вопрос не ставится никем, но постоянно дебатируется. Сложилось такое вот «историческое противостояние». Такая вот своего рода «специальная историческая олимпиада» — монархисты против ленинцев…
Так вот, в той самой Франции после 1793 года такой расклад место имел: республиканцы против монархистов, что было, то было. Жесточайшее было противостояние. Самое интересное, что французское дворянство и французские офицеры в массе своей стояли именно за короля. Проблема была именно в нежелании короля-буржуа Людовика XVI –го применять насилие. Именно его «характер» во многом послужил тому, что все действия роялистов были изначально обречены. Но они до самого конца были готовы идти за королём и умирать даже за такого короля. Весной 1917 года русские офицеры вели себя совсем иначе по отношению к действующему монарху. В критический момент (а он как раз был готов бороться!) Николай II никакой поддержки у армии не получил.
В гораздо более сложной ситуации августа 1945 года, после атомных бомбёжек и фактически полного разгрома на море, на суше, и в воздухе японские офицеры оставались верны своему императору. После появления информации о возможной капитуляции была даже попытка путча… Они готовы были умирать за императора, даже когда это было полностью бессмысленно.
Одним из символов Гражданской войны стала трагическая фигура белого офицера (гибель на поле боя, расстрел красными или бессмысленная эмиграция). Есть цельный такой жанр «белогвардейской песни» (жанра «народной красногвардейской песни» по факту нет), так сказать: «Вся Россия истерзана, слезы льются рекой…»/ «Сколько нас полегло на Дону, в Севастополе и под Симбирском…»
Однако при более внимательном изучении исторических фактов желание оплакивать этого самого офицера в значительной мере пропадает. Увы, но не довела до добра российский офицерский корпус как раз не «еврейско-большевистская зараза», а удивительная готовность господ кадровых офицеров «задрав штаны» бегать за разнообразными политическими авантюристами.
По свидетельству французского посла в Петрограде Мориса Палеолога, 1 (14) марта к Потёмкинскому дворцу в Петрограде явились представители привилегированных частей Царского Села с заявлением своей лояльности новой власти:
«...старый Потёмкинский дворец послужил рамой другой не менее грустной картины. Группа офицеров и солдат, присланных гарнизоном Царского Села, пришла заявить о своём переходе на сторону революции. Во главе шли казаки свиты, великолепные всадники, цвет казачества, надменный и привилегированный отбор императорской Гвардии. Затем прошёл полк его величества, священный легион, формируемый путём отбора из всех гвардейских частей и специально назначенный для охраны особ царя и царицы. Затем прошёл ещё железнодорожный полк его величества, которому вверено сопровождение императорских поездов и охрана царя и царицы в пути. Шествие замыкалось императорской дворцовой полицией: отборные телохранители, приставленные к внутренней охране императорских резиденций и принимающие участие в повседневной жизни, в интимной и семейной жизни их властелинов.
И все, офицеры и солдаты, заявляли о своей преданности новой власти, которой они даже названия не знают, как будто они торопились устремиться к новому рабству. Во время сообщения об этом позорном эпизоде я думаю о честных швейцарцах, которые были перебиты на ступенях Тюильрийского дворца 10 августа 1792 г. Между тем Людовик XVI не был их национальным государем, и, приветствуя его, они называли его царём-батюшкой..
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 30 янв 2018, 17:42

"Поднимется земля русская, как никогда ещё не поднималась"

Сегодня, 05:47
"Поднимется земля русская, как никогда ещё не поднималась"
Богдан Хмельницкий решился выступить «за попрание веры русской и за поругание народа русского»! Он просил помощи у братьев, и те отвечали: «Станем с тобой: поднимется земля русская, как никогда ещё не поднималась».
Восстание Острянина и Гуни
Разгром восстания Павлюка, кровавый польский террор и «Ординации», жестоко ущемлявшие права казаков, не остановили развитие освободительного движения в Юго-Западной Руси.
В начале февраля 1638 года в Чигирине собралась реестровая казацкая старшина. Решался извечный вопрос: что делать? Старшина боялась и гнева короля, и нового восстания казаков. В низовьях казаки провозгласили гетманом Якова Острянина, он вместе с Дмитрием Гуней снова поднимал народ на борьбу с поляками. Старшина составила письмо, в котором просила высокий сейм возвратить казакам прежние права. Но казацкое посольство не добилось успеха, все просьбы казаков были отвергнуты.
Более того, репрессии решили усилить, чтобы огнем и мечом окончательно подавить «своевольства и бунты». На Украину прибыли польские комиссары. Комиссар Мелецкий со своим отрядом прибыл в Запорожье и потребовал выдачи Острянина, Скидана и других зачинщиков восстания. Казаки отказались. Восстание расширялось, реестровые казаки, которые были в отряде польского комиссара, стали переходить на сторону запорожцев. Мелецкий написал в своем рапорте полковнику Станиславу Потоцкому (брату польского гетмана): «Казаков трудно использовать против их народа – это всё равно, что волком пахать землю».
Поляки бесчинствовали в Малороссии. Всюду были виселицы и колья с трупами «бунтовщиков». Церкви осквернялись. Люди бежали в Запорожье и Русское царство. С наступление весны 1638 года казаки подняли очередное восстание. Согласно «Летописи Величко» в марте 1638 года накануне похода Острянин обратился с универсалом к русскому народу, в котором извещал, что выступит «с войском на Украину для освобождения православного народа от ярма порабощения и мучительство тиранского ляховского и для отищения починеных обид, разорений и мучительных ругательств… всему поспольству рода Русского, по обеим сторонам Днепра мешкаючого» и призывал население присоединяться к ним. Листовки расходились по всей Малороссии. Их развозили и разносили старцы-бандуристы, подростки и монахи.
Через некоторое время отряды казаков выступили из Запорожья, разделившись на три части. Первая из них во главе с Острянином, продвигаясь по левому берегу Днепра, заняла Кременчуг, Хорол и Омельник, а затем и Голтву, где казаки и укрепились. Для развития наступления сил было мало и решили держать оборону, дожидаясь подхода новых отрядов. Запорожская флотилия, возглавляемая Гуней, на чайках поднялась по Днепру и заняла переправы в Кременчуге, Максимовке, Бужине и Чигирине. Гуня должен был помешать врагу переправиться на правый берег. Скидан пошёл по правому берегу Днепра на Чигирин и занял его. Задачей Скидана было сдерживание вражеских войск, которые предпримут попытку прийти на помощь Потоцкому.
К Голтве против Острянина двинулся Станислав Потоцкий, которого поддерживали реестровые казаки во главе с полковником Ильяшем Караимовичем. 1 мая 1638 года в жестокой битве польское войско было разбито. Потоцкий отошёл в Лубны, которые были весьма выгодным оборонительным пунктом, и послал гонцов в Бар к коронному гетману с просьбой о помощи. Острянин двинулся следом за Потоцким на Лубны, намереваясь разбить противника до получения им подкрепления. В бою под Лубной 6 мая казаки решительным ударом принудили врага отступить в крепость. Битва ослабила обе стороны, не дав ни одной из них преимущества, но Потоцкий оказался в лучшем положении. Он сидел в Лубнах и ждал подкреплений.
Узнав, что на помощь С. Потоцкому уже вышли Николай Потоцкий и Иеремия Вишневецкий (крупный украинский магнат, имеющий своё войско), Острянин и направился на Лукомль и Миргород. Когда Острянин подходил к Слепороду, на него обрушились со всеми силами Потоцкий и Вишневецкий. Острянин отошёл к Лукомлю, а оттуда вдоль Сулы к её устью на Жовнин, где стал лагерем. Там казаки соорудили хорошо укреплённый лагерь и отражали атаки врага. 3 (13) июня польское войско пошло на решительный штурм позиций повстанцев и добилось некоторого успеха. Острянин, понеся значительные потери и считая дальнейшее сопротивление нецелесообразным, с частью казаков отступил из-под Жовнина в пределы Русского царства. Казаки с разрешения русского правительства поселились в Чугуевском городке, который они восстановили.
Оставшиеся казаки избрали гетманом Гуню. Казаки заняли излучину на берегу Сулы, которая почти из всех сторон омывалась рекой и построили новый укрепленный лагерь. С не омывавшейся рекой стороны был насыпан вал. Осада лагеря польским войском продолжалась до конца июля. К осажденным товарищам пытался прорваться отряда Скидана, но без успеха. В ожесточённой битве он был разбит. Раненного Скидана пленили и казнили. Казаки держали оборону до середины августа. В итоге казаки, не имея надежды на помощь извне и испытывая острую нехватку в продовольствии и боеприпасах, были вынуждены капитулировать. Лишь часть казаков во главе с Гуней пошла на прорыв и пробились на Дон, за пределы Речи Посполитой.
Поражение антипольских восстаний в 1637-1638 гг. привели к резкому ухудшению положения не только простых казаков и крестьян, но и реестровых казаков. С помощью «Ординации» поляки «закрутили гайки». С этого времени вплоть до 1648 года установилось затишье — 10 лет «золотого покоя». Но это было затишье перед бурей.
«Золотой покой»
Возмущённые репрессиями казаки осенью 1638 года вновь посылали своих выборных польскому королю. Они передали очередную петицию, составленную Богданом Хмельницким. Просили оставить казаков на прежних вольностях и землях, сохранить им военное жалованье, обеспечить вдов погибших казаков и т. д. Король принял казачьих послов, но сам стал жаловаться. Королевская казна была пуста, шляхта и магнаты не подчинялись королевским указам, от них зависела военная сила королевской власти. Казаки вернулись ни с чем.
Гетман Потоцкий собрал казаков, и им зачитали «Ординацию»: упразднялись должность гетмана, выборность есаулов и полковников и др. Реестровое казачество под управлением комиссара, назначаемого польским сеймом, обязывалось подавлять любые выступления против польской власти. Представители реестрового казачества вынуждены были подписать эти условия. В числе этих представителей был сотник, разжалованный из должности войскового писаря, Богдан Хмельницкий. Тем временем поляки восстановили крепость Кодак, сделав её ещё сильнее.
Судя по всему, поляки боялись нового восстания и видели в Хмельницком потенциального вождя казаков – умного и решительного. Богдана хотели устранить. Поэтому ему нужно было на время покинуть Родину. Когда казацкие послы были в Варшаве, французским посланником при дворе был граф де Брежи. Франция в это время вступила в Тридцатилетнюю войну, чтобы не дать усилиться Габсбургам. Французская армия, возглавляемая принцем Конде (его прозвали Великим Конде), нуждалась в дополнительном «пушечном мясе». Граф де Брежи посоветовал кардиналу Мазарини запорожских казаков в качестве наёмников. Он писал, что это «очень смелые воины, неплохие всадники, совершенные пехотинцы, особенно они способны к защите крепостей». Посол в сентябре 1644 года сообщал Мазарини, что у запорожцев «есть ныне очень способный полководец Хмельницкий, его здесь при дворе уважают». Казаки уже отметились в Тридцатилетней войне, сражаясь и на стороне Габсбургов, и под знаменами Густава-Адольфа и т. д. Их авторитет как отличной военной силы был очень высоким. По одной из версий, Хмельницкий возглавлял или был в составе отряда казаков, который воевал за Францию. Когда в 1655 году Богдан Хмельницкий участвовал в переговорах с французским послом, он говорил, что ему приятно вспоминать о своём пребывании во Франции, причём, принца Конде он с гордостью называл своим бывшим командиром. В этой войне Хмельницкий и его казаки брали штурмом Дюнкерк, получили новый боевой опыт и укрепили свои ряды. Хмельницкий, по сути, создал ядро новой повстанческой армии.
Кроме того, в это время у Хмельницкого сложились особые отношения с королем Владиславом. В 1646 году Владислав IV задумал без согласия сейма начать войну с Турцией, что отвоевать земли и основать на них крупные наследственные владения, укрепив королевскую власть. Земли означали доход и войско. Поэтому королю понадобились казаки. Он начал искать поддержку у казацких старшин — Ильяша Караимовича, Барабаша и Хмельницкого. Казацкое войско должно было развязать войну с Крымским ханством и Портой, а за это оно получало королевскую грамоту, восстанавливавшую казацкие права и привилегии. В частности, король обещал увеличить реестр до 20 тыс. казаков и уменьшить численность польских войск в Малороссии. Богдана Хмельницкого Владислав знал давно, ещё со времени похода на Москву. Узнав о переговорах короля с казаками, сейм помешал этим планам и король принуждён был отказаться от своих замыслов. Выданная королём грамота хранилась в тайне у Барабаша. Позже Хмельницкий завладел ею, чтобы использовать в политических целях.
Освободительная война
Поучилось так, что Хмельницкий стал самой видной фигурой среди казацких атаманов. Один из способнейших воинов и полководцев, образованный и умный, Богдан стал потенциальным вождем нового русского восстания против польских оккупантов. Нужен был только повод, что окончательно сдвинуть его с места – служба, имение, широкие связи, семья. Чтобы этот богатырь начал борьбу за народ.
Таким случаем-поводом стала семейная трагедия. Хмельницкий имел небольшой хутор Суботов, близ Чигирина. Чигиринский староста Александр Конецпольский (сын великого коронного гетмана) и чигиринский подстароста Чаплинский решили отнять Суботов. Хмельницкий написал королю и Владислав своим актом закрепил за ним Суботов. Но не помог и королевский документ. Воспользовавшись отсутствием Хмельницкого, Чаплинский, ненавидевший Хмельницкого, напал на его хутор, разграбил его, увёз женщину (Елену-Гелену), с которой Хмельницкий жил после смерти его первой жены Анны Сомковны, и избил младшего сына Хмельницкого, что, видимо, стоило ему жизни. С Еленой Чаплинский обвенчался. Хмельницкий попытался найти правды в суде, но без успеха. Над ним посмеялись, мол, найдёшь новую женщину, ничего страшного и выплатили небольшое возмещение.
Тогда он обратился к королю. Хмельницкий пытался продолжить дело по набору казацкого войска для войны с Крымом и Турцией. Владислав поддержал старый замысел. А по поводу обиды Хмельницкого, по легенде, сказал: «Ее есте казаки воины храбрые, меч и силу имеете и что вам за себя постоять возброняется?» По некоторым данным, король через коронного канцлера Оссолинского пожаловал Богдана гетманом Запорожским и передал знаки гетманского достоинства – знамя и булаву.
В результате Хмельницкий «вышел на тропу войны». В сентябре 1647 года около Чигирина он собрал верных людей. Богдан и его товарищи, видя бессилие королевской власти против всесилия магнатов, окончательно решились на восстание. Богдан Хмельницкий решился выступить «за попрание веры русской и за поругание народа русского»! Он просил помощи у братьев и те отвечали: «Станем с тобой: поднимется земля русская, как никогда ещё не поднималась».
Однако среди казаков был предатель. Он сообщил о том, что «Хмельницкий бунтует казаков», Конецпольскому. Об этом же сообщили казацкому комиссару Шембергу, который известил коронного гетмана Потоцкого. Хмельницкого схватили. Во Львове задержали повозки с оружием, купленным для восстания. Не удалось переправить в Запорожье пушки. Хмельницкого боялись казнить, могла взбунтоваться казацкая «чернь». Решили освободить, а затем без лишнего шума убить в другом месте. Пока кто-нибудь должен был взять мятежного казака на поруки. Поручился за Хмельницкого пан Кричевский, полковник Войска Запорожского и приятель Богдана. Он же сообщил Хмельницкому, что его хотят тайно «смерти предати». В декабре 1647 года Хмельницкий скрылся. Вместе с ним на Запорожье выехало несколько сотен казаков.
В середине декабря 1647 года Хмельницкий с товарищами прибыл на Сечь. Здесь его на острове Томаковка поджидал с отрядом запорожцев его соратник, реестровый сотник Фёдор Лютый. Он бежал на Запорожье ещё раньше и был избран кошевым атаманом. Запорожская Сечь тогда размещалась на острове Базавлук (Чертомлык). В районе острова Хотица располагался правительственный гарнизон – Черкасский реестровый полк и отряд польских драгун полковника Гурского. Также серьёзный гарнизон стоял к крепости Кодак. Поэтому все беглые собирались на острове Буцком, немного ниже Сечи. Сюда, на остров Буцкой и прибыл Хмельницкий. Его встретили с большой радостью, нашёлся атаман, который поднял всех обиженных. Здесь началась формироваться освободительная армия.
В январе 1648 года Богдана Хмельницкого избрали гетманом. Началось большое святое дело. Освобождение русской земли от оккупантов и их местных прихлебателей.
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 31 янв 2018, 10:30

Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 01 фев 2018, 10:00

Как и кого репрессировали при Сталине. В ЦРУ назвали число жертв репрессий

Сегодня, 06:32
Иосиф Сталин умер 65 лет назад, однако его личность и проводимая им политика до сих пор служат предметом ожесточенных споров и историков, и политических деятелей, и рядовых обывателей. Масштаб и неоднозначность этой исторической фигуры столь велики, что до сих пор отношение к Сталину и сталинской эпохе для некоторых граждан нашей страны является своеобразным индикатором, определяющим политическую и социальную позицию.

Одна из самых темных и трагических страниц в истории страны – политические репрессии, пик которых пришелся на 1930-е — начало 1940-х гг. Именно репрессивная политика советского государства в годы правления Сталина является одним из главных аргументов противников сталинизма. Ведь на другой стороне медали – индустриализация, строительство новых городов и предприятий, развитие транспортной инфраструктуры, укрепление вооруженных сил и формирование классической модели образования, которая до сих пор работает «по инерции» и является одной из лучших в мире. Но коллективизация, депортация целых народов в Казахстан и Среднюю Азию, истребление политических оппонентов и противников, а также отнесенных к ним случайных людей, чрезмерная жесткость к населению страны – это другая часть эпохи Сталина, которую тоже нельзя стереть из людской памяти.
Впрочем, в последнее время все чаще появляются публикации о том, что масштабы и характер политических репрессий в годы правления И.В. Сталина были значительно преувеличены. Интересно, что не так давно эта позиция была озвучена, казалось теми, кто никак не заинтересован в «обелении» Иосифа Виссарионовича – сотрудниками аналитического центра ЦРУ США. Кстати, именно в США в свое время жил в эмиграции Александр Солженицын – главный обличитель сталинских репрессий и именно ему принадлежат пугающие цифры – 70 миллионов репрессированных. Аналитический центр ЦРУ США «Рэнд Корпорэйшен» подсчитал количество репрессированных в годы правления советского вождя и получились несколько иные цифры – около 700 тысяч человек. Может, масштабы репрессий были и больше, но явно не настолько, как говорят последователи Солженицына. Как и кого репрессировали при Сталине. В ЦРУ назвали число жертв репрессий
Международная правозащитная организация «Мемориал» утверждает, что жертвами сталинских репрессий стали от 11-12 млн до 38-39 млн человек. Разброс, как видим, очень велик. Все же 38 миллионов в 3,5 раза больше, чем 11 миллионов. В «Мемориале» относят к жертвам сталинских репрессий: 4,5-4,8 млн осужденных по политическим мотивам, 6,5 млн депортированных с 1920 года, около 4 млн лишенных избирательных прав по Конституции 1918 года и постановлению 1925 года, около 400-500 тысяч репрессированных на основании ряда указов, 6-7 млн погибших от голода в 1932-1933 гг., 17,9 тыс. жертв «трудовых указов».
Как видим, понятие «жертвы политических репрессий» в данном случае расширяется максимально. Но политические репрессии это все же конкретные действия, направленные на арест, заключение под стражу или физическое уничтожение инакомыслящих или подозреваемых в инакомыслии. Можно ли относить к жертвам политических репрессий умерших от голода? Тем более, если учитывать, что в то непростое время голодала большая часть населения земли. Миллионы людей умерли в африканских и азиатских колониях европейских держав, да и в «процветающих» Соединенных Штатах Америки не зря эти годы получили название «Великой депрессии».
Идем дальше. Еще 4 миллиона человек были в сталинский период лишены избирательного права. Однако, может ли поражение в правах рассматриваться как полноценная политическая репрессия? В таком случае многомиллионное афроамериканское население США, в первой половине ХХ века не только не имевшее избирательных прав, но и сегрегированное по расовому признаку, тоже является жертвами политических репрессий Вильсона, Рузвельта, Трумэна и прочих американских президентов. То есть, примерно 10-12 миллионов человек из числа отнесенных «Мемориалом» к жертвам репрессий уже находятся под вопросом. Жертвы времени – да, не всегда продуманной экономической политики – да, но не целенаправленных политических репрессий.
Если подходить к вопросу строго, то непосредственно жертвами политических репрессий можно назвать лишь лиц, осужденных по «политическим» статьям и приговоренных к смертной казни или определенным срокам лишения свободы. И здесь начинается самое интересное. К репрессированным были отнесены не только «политики», но и многие самые настоящие уголовники, осужденные за обычные уголовные преступления, либо пытавшиеся, в силу определенных причин (не отданный карточный долг, к примеру) с помощью возбуждения новой «политической» статьи перебраться от уголовников к политическим. О такой истории, только уже имевшей место в «брежневское» время, пишет в своих мемуарах бывший советский диссидент Натан Щаранский – вместе с ним сидел обычный уголовник, который, чтобы не отвечать перед другими заключенными за карточный долг, специально разбросал в бараке антисоветские листовки. Разумеется, такие случаи не были единичными.
Чтобы понять, кого можно относить к политически репрессированным, необходимо более пристально взглянуть на советское уголовное законодательство 1920-х – 1950-х годов – что оно представляло собой, к кому могли применяться самые жесткие меры и кто мог, а кто не мог стать жертвой «расстрельных» статей уголовного кодекса.
Адвокат Владимир Постанюк отмечает, что когда в 1922 году был принят Уголовный кодекс РСФСР, в статье 21 главного уголовного закона советской республики подчеркивалось, что для борьбы с наиболее тяжкими видами преступлений, угрожающими основам советской власти и советского строя, в качестве исключительной меры охраны государства трудящихся применяется расстрел.
За какие преступления по УК РСФСР, других союзных республик была положена в сталинские годы (1923-1953) смертная казнь? Могли ли приговаривать к смертной казни по 58-й статье УК?
В.Постанюк: Преступления, каравшиеся исключительной мерой наказания – смертной казнью – входили в Особенную часть Уголовного кодекса РСФСР. В первую очередь, это были т.н. «контрреволюционные» преступления. Среди преступлений, за которые полагалась смертная казнь, в уголовном законе РСФСР перечислялись организация в контрреволюционных целях вооруженных восстаний или вторжения на советскую территорию вооруженных отрядов или банд, попытки захвата власти (статья 58 УК РСФСР); сношение с иностранными государствами или их отдельными представителями с целью склонения их к вооруженному вмешательству в дела Республики; участие в организации, действующей в целях совершения преступлений, означенных в ст. 58 УК; противодействие нормальной деятельности государственных учреждений и предприятий; участие в организации или содействие организации, действующей в направлении помощи международной буржуазии; организация в контрреволюционных целях террористических актов, направленных против представителей советской власти или деятелей; организация в контрреволюционных целях разрушения или повреждения взрывом, поджогом или другим способом железнодорожных или иных путей и средств сообщения, средств народной связи, водопроводов, общественных складов и иных сооружений или строений, а равно участие в выполнении указанных преступлений (ст. 58 УК). Смертную казнь можно было получить и за активное противодействие революционному и рабочему движению во время службы на ответственных или особо секретных должностях в царской России и у контрреволюционных правительств в годы Гражданской войны. Следовала смертная казнь за организацию банд и шаек и участие в них, за фальшивомонетчество по сговору лиц, за целый ряд должностных преступлений. Например, в статье 112 УК РСФСР подчеркивалось, что расстрел может быть назначен за злоупотребление властью, превышение власти или бездействие и халатное отношение, за которыми последовал развал управляемой структуры. Присвоение и растрата государственных ценностей, вынесение судьей неправосудного приговора, получение взятки при отягчающих обстоятельствах – все эти преступления также могли караться вплоть до смертной казни.
Могли ли в сталинский период расстреливать несовершеннолетних и за какие преступления? Были ли такие примеры?
В. Постанюк: В период своего действия кодекс неоднократно подвергался изменениям. В том числе, они распространялись на вопросы уголовной ответственности несовершеннолетних и были связаны со смягчением мер ответственности, которые могли применяться к несовершеннолетним преступникам. Изменялись и нормы о наказании: было запрещено применение расстрела к несовершеннолетним и беременным женщинам, введено краткосрочное лишение свободы на срок от 1 месяца (Закон от 10 июля 1923 года), а позже и на срок от 7 дней (Закон от 16 октября 1924 года).
В 1935 году было принято знаменитое Постановление «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних». Согласно данному постановлению, несовершеннолетних старше 12 лет было разрешено привлекать к уголовной ответственности за кражи, причинение насилия и телесных повреждений, увечья, убийства или попытки совершения убийства. В постановлении значилось, что к несовершеннолетним преступникам старше 12 лет могут быть применены все меры уголовного наказания. Такая формулировка, не отличавшаяся четкостью, дала повод для появления многочисленных утверждений о фактах расстрела детей в Советском Союзе. Но эти утверждения, по крайней мере, с правовой точки зрения, не соответствуют действительности. Ведь норма о невозможности назначения смертной казни лицам, не достигшим 18-летнего возраста, содержавшаяся в ст. 13 Основных начал и в ст. 22 Уголовного кодекса РСФСР, так и не была отменена.
Неужели ни одного случая расстрела несовершеннолетних в Советском Союзе не было?
В. Постанюк: Был такой случай. И это единственный достоверно известный случай расстрела в советское время подростка. 15-летний Аркадий Нейланд был расстрелян 11 августа 1964 года. Как видим, это уже далеко не сталинское время. Нейланд был первым и единственным несовершеннолетним, официально приговоренным советским судом к высшей мере наказания – расстрелу. Вина этого преступника состояла в том, что он зарубил топором женщину и ее трехлетнего сына. Ходатайство о помиловании подростка отклонили, а в поддержку высшей меры наказания для него высказался сам Никита Хрущев.
Таким образом, мы видим, что советское уголовное законодательство действительно предусматривало смертную казнь и по «антисоветской» 58-й статье. Однако, как отметил в своем интервью адвокат, среди «расстрельных» антисоветских деяний были преступления, которые бы в наше время назвали террористическими. Например, вряд ли можно назвать «узником совести» человека, организовывавшего диверсии на железнодорожном полотне. Что касается применения расстрела как высшей меры наказания по отношению к коррупционерам, то эта практика до сих пор существует в ряде стран мира, например – в Китае. В Советском Союзе смертная казнь рассматривалась как временная и исключительная, но эффективная мера борьбы с преступностью и с врагами советского государства.

Если говорить о жертвах политических репрессий, то огромную часть осужденных по антисоветской статье составляли как раз диверсанты, шпионы, организаторы и члены вооруженных и подпольных групп и организаций, действовавших против советской власти. Достаточно вспомнить, что в 1920-е – 1930-е годы страна находилась во враждебном окружении, не особо стабильной была обстановка и в целом ряде регионов Советского Союза. Например, в Средней Азии отдельные группы басмачей продолжали сопротивление советской власти и в 1930-е годы.
Наконец, не стоит упускать и еще один очень интересный нюанс. Значительную часть репрессированных при Сталине советских граждан составляли ответственные работники партии и советского государства, в том числе и правоохранительных органов, органов безопасности. Если проанализировать списки высших руководителей НКВД СССР союзного и республиканского уровня в 1930-е годы, то большинство из них впоследствии сами были расстреляны. Это свидетельствует о том, что жесткие меры применялись не только к политическим оппонентам советской власти, но и, гораздо в большей степени, к самим ее представителям, виновным в злоупотреблениях полномочиями, коррупции или каких-либо иных должностных преступлениях.
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 01 фев 2018, 10:57

Изображение
Изображение
Изображение
Изображение
ОДИН ИЗ МНОГИХ РАССТРЕЛОВ ВОЕННОПЛЕНЫХ
фото относятся к началу войны и сделаны они в советской Прибалтике
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 03 фев 2018, 00:21

«Было бы ошибкой считать, что в ходе гражданской войны в России мы сражались там за белое дело. Нет, это белые воевали за наши интересы».
Уинстон Черчилль
Россия в 1917 году взорвалась. Началась очередная русская смута. Это произошло в первую очередь из-за огромного заряда внутренних противоречий, накопленных за столетия. Старая полуфеодальная и полукапиталистическая Россия погибла. Но из руин, как птица феникс, возродилась новая, советская Россия.
Когда произошла февральско-мартовская революция, против царя выступила практически вся верхушка российского общества, включая даже духовенство. Николай Второй неожиданно оказался один. А армия, которая спасла Россию от краха в 1905-1907 гг., была бездарно уложена в землю на полях сражений мировой бойни. Новые же офицеры, набранные в основном из рядов интеллигенции, сплошь либеральной, и крестьяне, только что надевшие шинели, защищать царское правительство не желали.
Смута 1917— 1920 гг. была мифологизирована практически сразу. В СССР получил распространение миф, что Красная Армия сражалась с белыми, которые хотели посадить на трон царя и вернуть феодальный строй. В целом белая армия, белый барон снова готовят нам царский трон.
В постсоветской России родилась противоположная версия (её начали культивировать ещё белые за границей). В этом мифе красные «недочеловеки», люмпен-пролетариат, уголовное «дно» и купленные немцами большевики разрушили «старую Россию», убили царя, изнасиловали гимназисток, вырезали дворянство, духовенство, интеллигенцию, офицерство, купечество, зажиточных трудолюбивых крестьян. Те, кто не погиб в застенках и концлагерях, бежали за границу. То есть красные выбили «лучшую часть» русского народа, огнем и мечом прошли по цветущей и богатой Российской империи, обратили её в «пустыню». Затем правили до 1991 года, продолжая резать и грабить, превращая остатки народа в «совок-быдло». Благородная же Белая армия героически билась с «красной чумой» за веру, царя и Отечество!
Среди кучки русских националистов радикалов родилась ещё одна версия. Россия процветала, должна была стать вскоре ведущей мировой державой, но тут случилась «еврейская революция». «Евреи-комиссары», составлявшие верхушку партии большевиков, были куплены и материально поддержаны евреями-финансистами и сионистами, чтобы разрушить православную Россию. Они захватили власть и утопили страну в крови. То есть роль еврейства, которое было лишь одной из множества сил, заинтересованных в разрушении царской России, была мифологизирована, крайне преувеличена.
Проблема в том, что реальная история 1917 года и последующих действительно кровавых лет не вписывается в рамки этих мифов. Такие мифы могли процветать только при недостатке информации и её односторонней подаче. В частности, когда в 1990-е годы пошла мутная волна антисоветской литературы, воспоминаний белых беженцев, и эту линию поддерживали на государственном уровне, всей силой основных СМИ.
Так, простое сопоставление фактов показывает, что большевики не имели никакого отношения к Февралю. Это не они свергли царя, царское правительство, разрушили самодержавие и саму империю. Роль большевиков-коммунистов в этих событиях близка к нулю. Они после начала мировой войны в 1914 году честно заявили, что война имеет империалистический, грабительский характер, что для революционеров правильная позиция – это пораженчество. Так как поражение русской армии и России в войне, их разложение, приведут к росту социального недовольства и революции (так и произошло). За эту честность партию полностью разгромили. Активисты сидели по тюрьмам и ссылкам или жили заграницей. Ленин в конце 1916 года считал, что при его жизни революции в России вообще не будет. В результате партия большевиков имела самые слабые позиции в России, практически отсутствовала на политической арене.
А смута, Гражданская война в России фактически началась сразу же после разрушения монархии, которая оставалась единственной опорой (после гибели кадровой имперской армии) «старой России». В частности, сразу же началась крестьянская война. Ненависть крестьян больше ничего не сдерживало. Священная царская власть пала. Царской армии с железной дисциплиной не было. Крестьяне сами в массе стали солдатами, проливали чужую и свою кровь (то есть не боялись пролить кровь), бежали с фронта с оружием в руках. Теперь крестьяне смогли отомстить. Сотнями горели помещичьи имения, лилась кровь. Начался беспощадный русский бунт.
Уже позже крестьяне будут воевать как с красными, так и с белыми, создадут свои «армии». Будут воевать против власти и государства вообще. Именно масштабные крестьянские восстания в тылу станут одной из важнейших причин поражения Белого движения. Белые не смогут успокоить крестьян, найти подход к ним, не помогут и жесточайшие репрессии и террор. Крестьяне создадут свой проект народной вольницы. Он предполагал осуществление совершенно утопического идеала жизни – без властей и государства, земля принадлежит крестьянам на основах соседства и взаимопомощи обрабатывающих её. Понятно, в мире капиталистических индустриальных держав это была утопия, которая не могла спасти русскую цивилизацию и народ. Но крестьяне боролись за мираж и заплатили за него страшную цену – миллионы жизней. Большевики с огромным трудом подавили этот проект, который также вёл нашу цивилизацию к окончательной гибели. Крестьянская война и борьба с ней белых и красных стала одной из самых кровавых и жестоких страниц русской смуты.
Тут же в тыл хлынули фронтовики, неся с собой хаос и оружие. Они не желали слушать никаких сходов и старост, потребовали нового передела земли. При этом февралисты-революционеры, не только «демократизировали» армию, добив в ней порядок и организацию, но и уничтожили старую полицию, охранку, судебную систему, уничтожили картотеки, базы данных, разогнали старые, опытные кадры правоохранительной системы. Устроили амнистию, выпустив вместе с политическими преступниками и уголовников. Главной силой в городах стали анархические массы солдат и матросов, к которым присоединялись представители городского «дна» и уголовники. Началась криминальная революция, неизменный спутник любой смуты.
Ещё одну войну в России развязали разного рода националисты-сепаратисты. Рвали Россию на части польские, финские, украинские, кавказские, крымские и прочие националисты. Они формировали свои «армии», создавали правительства, и чаще всего опирались на поддержку западных и восточных держав (Турции, Японии). В этом же духе действовали казаки, добивавшиеся полной автономии своих войск. Россия буквально на глазах разваливалась на «самостийные» бантустаны и республики.
Деревня, не получая промышленной продукции, стала придерживать до лучших времен продовольствие. Система снабжения городов и остатков вооруженных сил, и так плохо работавшая, окончательно рухнула. Транспорт был парализован. Солдаты и казаки штурмом брали эшелоны, чтобы вернуться домой. Централизованный подвоз продовольствия и топлива в города прекратился. Заводы и фабрики останавливались, лишенные сырья и топлива, с разрушенным управлением и распавшимися хозяйственными связями. Это была настоящая катастрофа. Россия проваливалась в инферно! Это произошло ещё до Октября!
Убили «старую Россию» не большевистские комиссары и красногвардейцы, они пришли позже, когда им расчистили дорогу. Николая Второго свергла российская «элита» — генералы и депутаты, великие князья и высшие иерархи церкви, масоны высоких степей посвящения и банкиры, аристократы и промышленники, купцы и чиновники. Их можно назвать февралистами-революционерами, масонами-западниками. Они желали получить полную власть и повести Россию по западному пути развития, а русское самодержавие им мешало.
Верхушка общества – промышленно-финансовая, политическая, частью военная и административная, иерархи церкви и интеллигенция, она тогда почти вся была либеральной, ненавидевшей царский режим, и выступила как главный отряд Февральской революции. Многие февралисты-революционеры входили в масонские ложи, которые иерархически подчинялись «старшим братьям» на Западе. Масонские ложи и клубы и стали силой, которые согласовали интересы и выступление различных отрядов и групп российской элиты. Все они ненавидели самодержавие, которое не давало им всю полноту власти. Поэтому Николая II никто не защищал. Отдельные генералы и офицеры, которые были готовы защищать престол, были изолированы, не имели организационных и материальных возможностей.
Простой народ, уставший от войны, разозлённый потерями и ухудшением жизни, оказался равнодушен к перевороту, который смёл самодержавие. Партии монархистов, черносотенцев, которые сыграли большую роль в подавлении революции 1905-1907 гг., и объединявшие широкие слои простого народа, были в предшествующие годы деморализованы, дезорганизованы действиями самих властей, поэтому их вообще не было видно. Духовенство приняло февральский переворот и даже частью поддержало его, чтобы восстановить институт патриаршества.
Русская национальная буржуазия, которая в массе своей была староверческой, считала режим Романовых антихристовым, гонителем истинной русской веры. Романовы, по мнению старообрядцев, насаждали западную мерзость. Поэтому старообрядчество в целом и особенно старообрядческая буржуазия (а она контролировала до половины всего промышленного капитала России), ненавидевшая режим Романовых, материально поддержала революцию. Поддержала буржуазно-либеральную революцию и прозападная буржуазия, часто инородческая (немцы, евреи и т. д.), желавшая снять все ограничения с «рынка». В итоге Смута смела их всех. Часть буржуазии погибла, часть бежала. Староверческий мир был разрушен.
Ещё одной силой, которая приняла самое активное участие в разрушении «старой России», была интеллигенция. Она была в основе своей либеральной, прозападной. Европейская цивилизация рассматривалась как идеал. С Запада перенимались все идеологии, утопии, политические доктрины, веяния искусства и достижения науки. Часть интеллигенции была либерально-демократической ориентации, часть – радикально-революционной. И почти вся интеллигенция была очарована «просвещенным Западом», мечтала втащить Россию в Западный мир. Интеллигенция была страшно далека от народа, не понимала и не принимала русский цивилизационный проект. Она выступила против самодержавия, так как царский режим мешал приблизиться к «милой Европе», установить «демократию». В результате интеллигенция сыграла как разрушительную, так и самоубийственную роль. Она более или менее процветала именно в «старой России». Смута погубила большую часть старой интеллигенции.
Февралисты хотели полной власти, чтобы направить её по западному пути развития. Они желали быть частью «цивилизованного мира». Примером для них была Франция и Англия. Царь им мешал, его устранили. Тем самым либералы-западники, не понимавшие сути русской цивилизации и народа, окончательно открыли дорогу в инферно, разрушив последние скрепы, сдерживавшие начало смуты – сакральную царскую власть и армию.
Таким образом, победив царский режим, февралисты-революционеры вызвали катастрофу «старой России», в которой они были успешны, богаты и влиятельны. Далее часть из них, правое крыло, видя нарастающий хаос, с помощью генералов попыталось «успокоить» страну, установив военную диктатуру. Левые февралисты во главе с Керенским эту попытку провалили. Страна усилиями Временного правительства всё глубже погружалась в смуту. Февралисты снесли буквально всё. Только поэтому большевики и русские коммунисты и смогли взять власть. Но смута и Гражданская война началась уже до них.
Февралисты, желая вернуть власть, начали организацию Белого движения. Это был проект либерально-демократический, буржуазный. Его продвигали масоны-западники. Его поддержали и страны Антанты, заинтересованные в том, чтобы русские убивали русских и Гражданская война полностью обескровила русскую цивилизацию, народ. Тем временем Запад делил Россию на сферы влияния и полуколонии-бантустаны. Очевидно, что Гражданская война в России была крайне выгодна хозяевам Англии, США и Франции, при участии Японии и других стран. Сила русских истреблялась в братоубийственной бойне. Русский народ истекал кровью. Напомню, что в начале XX столетия русские по численности были третьим народом в мире, уступая только населению Китая и Индии. И если бы не мировая война, и смута 1917— 1920 гг. и последующие катастрофы, мы могли сохранить эту позицию и иметь в настоящее время около 500 млн. человек.
А после жесточайшей бойни, сопровождавшейся величайшим грабежом России в истории (до 1991 г., когда началась новая смута), хозяева Запада могли навсегда решить «русский вопрос». На месте Русской империи возникли бы «независимые» государства вроде Польши и Финляндии, прибалтийских стран (в реальности – сателлиты западных держав), самостийные бантустаны вроде Украины, Грузии или Сибирской республики. Богатства России попадали под контроль Запада. Россия как цивилизация и главный геополитический враг Запада исчезала с лица планеты. Остатки русского народа ждала рабская участь, ассимиляция, роль этнографического материала для «освежения крови» других наций и полное угасание.
Таким образом, большевики не могли начать Гражданскую войну. Она началась ещё до Октября. Царское правительство подписало смертный приговор «старой России», когда стало воевать в мировой войне за интересы Франции, Англии и США. Выродившаяся «элита» Российской империи свергла царя, убила самодержавие и империю, чтобы создать «свободную, демократическую Россию», в которой вся полнота власти принадлежит «богатым и успешным». Понятно, что хозяева Запада всеми силами помогали февралистам-революционерам, решая главную задачу – уничтожение своего тысячелетнего врага, русской цивилизации и народа.
Февралисты-западники мечтали поставить Россию на рельсы западного пути развития, а в реальности разрушили последние скрепы, сдерживавшие коренные противоречия, которые копились в России столетиями, армию и самодержавие (священную царскую власть). Церковь уже утратила «святой дух», поэтому перестала быть сдерживающим фактором. Более того, сами церковные иерархи способствовали февральско-мартовской революции. В итоге верхушка русского общества и открыла ворота в инферно, началась беспощадная русская смута.
В этом хаосе большевики, как один из отрядов революционеров (в начале смуты самый слабый), использовали свой шанс и взяли власть. При этом они предложили новый проект развития – советский, который мог спасти цивилизацию и народ от полного разрушения. Февралисты выдвинули свой проект – Белое движение. Но он был, по сути, либерально-демократическим, буржуазным. То есть исходил из возможности интеграции России в европейскую (западную) цивилизацию. Это не соответствовало русской матрице (социальная справедливость и господство этики совести).
Крестьяне вели свою войну против власти и государства вообще и выдвинули свой проект – народной вольности. Но в условиях господства великих капиталистических индустриальных держав, с миллионными армия вооруженными самолетами, танками, орудиями и пулеметами, этот проект также вёл к окончательной гибели России. Крестьянская Россия, даже победив красных и белых, не могла выстоять против западных хищников. Россия становилась беззащитной жертвой.
Таким образом, единственной силой, которая стояла за социальную справедливость, ликвидацию социальных паразитов, угнетающих народные массы, и имеющую приемлемый для большинства населения проект и программу развития, оказались русские коммунисты. Поэтому большевики и победили. Они и смогли воссоздать Россию уже в виде красной империи, которая не только восстановила прежние позиции в мире, но и включила в свою сферу влияния половину планеты. Началась русская глобализация – создание справедливого мирового порядка. Испуганные этим хозяева Запада создали проект «Третий рейх», отдали Гитлеру почти всю Европу и бросили немецких «белокурых бестий» на Советский Союз. Началась новая мировая война.
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 03 фев 2018, 12:22

Кем был ординарец в Красной Армии?

Сегодня, 06:44

Общепринятой была практика назначения из числа нижних чинов во всех европейских армиях солдат, прислуживавших офицерам. В массовой литературе начала 20-го века этот персонаж изображался сатирически. Достаточно вспомнить знаменитые «Похождения бравого солдата Швейка». Денщик или ординарец должен был выполнять нехитрые домашние поручения офицера, относить записки и письма, покупать провиант и вообще заботиться о быте своего командира.
В царской армии такие чины постепенно превращались в некий паразитический слой, в касту далеких от боевой работы людей. Денщики слыли главными спекулянтами и сплетниками. Слава о них распространялась не самая лучшая.
Личный офицерский завхоз был отменен после революции. И в Красной Армии традицию иметь при командирах прислуживавший персонал не поощряли, хотя на деле ординарцы оставались. К примеру, знаменитый ординарец Петька при комдиве Чапаеве.
В тридцатые годы должность ординарца считалась просто унизительной и не заслуживающей уважения. Казалось, в советском обществе все равны, слуг и господ нет и быть не может.
Но к концу 1930-х годов и в Красной армии появляются генералы, военная аристократия, которая тяготеет к порядкам старой русской армии. К 1943 году возвратились в военный обиход лампасы, золотые погоны. Вместе с подобными атрибутами офицерского чина вернулись в повседневность и ординарцы.
В Красной армии чин ординарца официально был узаконен в годы Великой Отечественной войны в действующих войсках, на фронте. Ординарцы состояли при командирах с с1941-й по1945-й год. Они полагались быть при лицах, принадлежавших к командному составу РККА. Даже командиры взводов имели таких помощников. О введении должности ординарца позаботился сам товарищ Сталин в качестве верховного главкома. Он подчеркнул, что ординарцы даются офицерам в целях улучшения качества командования личным составом.
Так в середине 1945 года высшее командование армии в СССР выпустило даже специальный приказ, который регламентировал всю деятельность ординарцев и начальствующих лиц, у которых они находились в подчинении.
В частности, приказ утверждал следующее:
№ 317.
Приказ о введении штатных ординарцев для генералов и офицеров Красной Армии № 0154 27 августа 1945 г.
1. В целях разгрузки генералов и офицеров от личных хозяйственных дел и предоставления им большей возможности совершенствовать свою общую и военную подготовку приказываю:
Ввести штатных ординарцев для выполнения личных хозяйственных работ для всех генералов и полковников*, занимающих должности в соединениях,
* Слова “и полковников” добавлены И. Сталиным.
штабах и учреждениях Красной Армии, в том числе для генералов и полковников, находящихся в резерве и в военно-учебных заведениях.
Ввести штатных ординарцев для офицеров, занимающих штатные должности согласно прилагаемому перечню.
2. Ординарцами назначать красноармейцев, прошедших первый год обучения, не имеющих среднего образования и главным образом из числа желающих.
В войсковых частях до полка включительно ординарцев числить в списках соответствующих подразделений; в штабах и управлениях бригады, дивизии, корпуса — в списках бригадных, дивизионных, корпусных частей.
Ординарцев генералов и полковников армейского, фронтового, окружного и центрального аппарата НКО числить в списках частей соответствующего подчинения.
3. Установить, что ординарцы находятся в подчинении тех лиц, коим они назначены. Последние по отношению к ординарцам пользуются дисциплинарной властью соответственно своему служебному положению*, причем они обязаны предоставлять ординарцам три дня в месяц для прохождения учебно-строевых занятий в частях, к коим ординарцы приписаны.
4. Предоставить право на получение денег генералам, полковникам и другим офицерам**, коим положены ординарцы, но которые желают заменить их содержанием вольнонаемной прислуги.
В этих случаях на содержание вольнонаемной прислуги выплачивать 300 (триста) рублей*** в месяц.
5. Директиву Ставки об ординарцах за № 994235 от 9 апреля 1942 года считать утратившей свою силу.
Народный комиссар обороны СССР Генералиссимус Советского Союза И. СТАЛИН
ПЕРЕЧЕНЬ
ДОЛЖНОСТЕЙ ОФИЦЕРСКОГО СОСТАВА, ПО КОТОРЫМ НАЗНАЧАЮТСЯ ШТАТНЫЕ ОРДИНАРЦЫ
А. Рота, батарея, эскадрон, авиаэскадрилья, отдельный авиаотряд — всех родов войск и ВУЗов
1. Командир роты, батареи, эскадрона, авиаэскадрильи, отдельного авиаотряда.
Б. Батальон, дивизион — всех родов войск и ВУЗов
1. Командир батальона, дивизиона.
2. Заместитель командира батальона, дивизиона.
3. Помощник командира батальона, дивизиона.
4. Начальник штаба (адъютант старший) батальона, дивизиона.
В. Полк всех родов войск
1. Командир полка
2. Заместитель командира полка
3. Помощник командира полка.
4. Начальник штаба полка.
* Окончание пункта 3 после слова “положению” дописано И. Сталиным.
** Слова “полковникам и другим офицерам” вставлены И. Сталиным.
*** Сумма “300 (триста) рублей” проставлена И. Сталиным вместо предлагавшейся суммы в 222 рубля.
Г. Управление бригады всех родов войск
1. Командир бригады.
2. Заместитель командира бригады.
3. Помощник командира бригады. 4 Начальник штаба бригады.
5. Заместитель начальника штаба бригады.
6. Начальник оперативной части.
7. Начальник оперативно-разведывательного отделения.
8. Начальник связи, начальник отделения связи, начальник части связи.
9. Начальник инженерной службы, начальник инженерно-технической службы, бригадный инженер.
Д. Управление дивизии всех родов войск
1. Командир дивизии.
2. Заместитель командира дивизии.
3. Помощник командира дивизии.
4. Начальник штаба дивизии.
5. Заместитель начальника штаба.
6. Начальник оперативного отделения, начальник оперативного отдела.
7. Начальник оперативно-разведывательного отделения.
8. Начальник отделения связи, начальник отдела связи, начальник связи.
9. Дивизионный инженер, начальник инженерной службы.
10. Старший штурман дивизии.
11. Инженер по радиолокации, начальник службы радиолокации.
Е. Управление корпуса всех родов войск
1. Командир корпуса.
2. Заместитель командира корпуса.
3. Помощник командира корпуса.
4. Начальник штаба корпуса.
5. Начальник оперативного отдела.
6. Начальник разведывательного отдела, начальник отдела оперативной разведки.
7. Начальник отдела связи, начальник службы связи, начальник связи.
8. Корпусной инженер, начальник инженерной службы.
9. Начальник бронетанковой службы.
10. Главный штурман.
11. Главный инженер.
Ж. Управление укрепленного района
1. Комендант укрепленного района.
2. Заместитель коменданта укрепленного района.
3. Помощник коменданта укрепленного района.
4. Начальник штаба.
5. Заместитель начальника штаба.
6. Начальник оперативного отделения.
7. Начальник отделения связи.
8. Начальник инженерной службы.
9. Начальник артиллерии.
Ф. 4, оп. 11, д. 80, л. 264—268. Подлинник.
Птицын попал к нему в ординарцы случайно. В августовских боях под большой бомбежкой Птицын вместе с несколькими другими ушедшими с передовой солдатами был задержан в расположении командного пункта дивизии. Настаивали на том, чтобы всех их отдать под трибунал, но Серпилин, узнав о них уже к вечеру, когда общая обстановка улучшилась, захотел сам посмотреть на беглецов — не имел привычки рубить сплеча.
Птицын обратил на себя его внимание понурым видом и густой, седой, давно не бритой щетиной. Из-за этой щетины он казался почти стариком.
Серпилин спросил, какого он года. Оказалось, что 1895-го — ровесник.
Серпилин распорядился всех остальных на первый случай отправить обратно на передовую, а Птицына взял к себе в ординарцы, вместо убитого накануне при бомбежке.
— Лично проверю, что вы за человек, — сказал он Птицыну, — а еще раз драпанете, лично и застрелю.
Так Птицын и остался у Серпилина в ординарцах. Драпать он больше не пробовал, а своей неговорливостью и абсолютной честностью — качеством в ординарце немаловажным — пришелся Серпилину по душе.
Серпилин считал, что этому немолодому и многосемейному солдату, по гражданской специальности счетоводу, сам бог велел быть ординарцем. Все же семья — семь душ, а быть убитым в ординарцах меньше шансов, чем в роте.
Что касается храбрости, то Птицын был не храбрее и не трусливее других, человек как человек. Боязнь смерти внешне выражалась у него только в одном: под огнем Птицын старался держаться впритирку к Серпилину, в душе считая, что генерала не убьет.
Вот и сейчас он начал наступать на пятки Серпилину и рассмешил его этим...
Автор: В.Ершов Первоисточник: http://armflot.ru/index.php/armiya/863- ... snoj-armii
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 03 фев 2018, 12:23

Поражение Льва Троцкого

Сегодня, 06:44
25 января 1928 года ночью под охраной в Алма-Ату доставили Льва Троцкого. В конце 1927 года политик, имя которого более десяти лет гремело по всему миру, потерпел сокрушительное поражение и был исключён из ВКП(б).
Таким неутешительным для Троцкого оказался результат длившейся более пяти лет борьбы за «ленинское наследство», которая началась между ним, Иосифом Сталиным и Григорием Зиновьевым ещё при жизни Владимира Ленина. Троцкий и Зиновьев, считавшие Сталина посредственностью, поначалу конфликтовали прежде всего друг с другом. А когда убедились в том, что недооценили Генерального секретаря ЦК ВКП(б) и вступили в политический союз, тот уже прочно держал в руках все нити власти.
Предсъездовская «дискуссия»
К нач. 1927 года Сталин установил жёсткий контроль над основными властными рычагами в большевистской партии и в государственных структурах. В 1926-м лидеры антисталинского альянса Лев Троцкий, Григорий Зиновьев и Лев Каменев потеряли места в Политбюро ЦК, где обосновались сталинские выдвиженцы Вячеслав Молотов, Клим Ворошилов, Ян Рудзутак, Михаил Калинин и Валериан Куйбышев.
Лидеры троцкистско-зиновьевской оппозиции с поражением не смирились и всё ещё надеялись на реванш. Да и само поражение Троцкого, Зиновьева и Каменева с точки зрения рядовых коммунистов пока не выглядело полным и окончательным, так как изгнанные из Политбюро лидеры оппозиции входили в состав ЦК ВКП(б).
Важно и то, что в то время далеко не все коммунисты могли разобраться в спорах лидеров партии. Прошедшая в сер. 1927 года Всесоюзная партийная перепись выявила то, что 63% коммунистов имели низшее образование, а 26% были самоучками. При этом лиц с высшим образованием насчитывалось лишь 0,8%. Средний уровень курсантов губернских и уездных совпартшкол был таков, что школам, перед тем как переходить к выполнению основной программы, нередко приходилось начинать с занятий по русскому языку и арифметике.
Проверки постоянно выявляли факты вопиющей безграмотности. К примеру, некоторые коммунисты считали экс-начальника Московского охранного отделения Сергея Зубатова революционером, покушавшимся на Александра II, Степана Халтурина — заведующим Коминтерном, а соратника Владимира Ленина Якова Свердлова — преподавателем Свердловских курсов. Во Владимирской парторганизации один из коммунистов насчитал пять интернационалов. Не все члены ВКП(б) знали даже то, когда произошли Февральская и Октябрьская революции!
Вместе с тем и среди рядовых коммунистов хватало таких, кто искренне желал разобраться в сути дискуссий, не первый год раздиравших «верхи» партии. К примеру, Родионов из Тверской губернии (партбилет № 0201235) прямо писал: «Те материалы оппозиции, которые публикует ЦК, они для рядового члена партии слишком недостаточны, чтобы в них разобраться и ясно самому себе сделать вывод, в чем ошибка оппозиции. ЦК пишет, что оппозиция к последнему ИККИ (заседанию Исполнительного комитета Коммунистического Интернационала. — О.Н.) выпустила большую «партию» всяких тезисов, предложений и прочей лжи и клеветы на ЦК и партию. Рядовая же масса членов партии знает только те выдержки, которые печатаются в докладах товарищей, выступающих об итогах работ пленума (тов. Бухарин). Заявляя себя, безусловно, сторонником ЦК и осуждая нападки оппозиции, все-таки вкрадывается мысль, что мы осуждаем оппозицию потому, что ее осуждает ЦК».
Не один Родионов не понимал того, что такое положение дел было на руку Сталину. В то же время любые попытки Троцкого и Зиновьева донести свои взгляды до массовой партийной аудитории неизменно трактовались генсеком как нарушение партийной дисциплины, что грозило организационными последствиями.

Серьёзная угроза над лидерами троцкистско-зиновьевской оппозиции нависла в августе 1927 года. Тогда требование о выводе Троцкого и Зиновьева из состава ЦК сформулировали в заявлении 17 членов ЦК и Центральной контрольной комиссии (ЦКК), а затем подали пленуму. Судя по всему, эту акцию инспирировал Сталин. Однако увидев, что изгнание Зиновьева и Троцкого всё ещё не находит безоговорочной поддержки большинства участников пленума, Генеральный секретарь ЦК ВКП(б) разыграл роль миротворца. В итоге после бурной дискуссии Троцкого и Зиновьева оставили в составе ЦК. За это лидерам оппозиции пришлось подписать заявление, в котором они заявили об отказе от ведения фракционной деятельности. Формально у них оставалось право в период предсъездовской дискуссии отстаивать свои взгляды в партийной ячейке и на страницах выходившего в предсъездовский период «дискуссионного листка».
Почему Троцкий был неубедителен
Ближайшие события наглядно продемонстрировали, что и такая «внутрипартийная демократия» уже казалась Сталину чрезмерной. И если сторонники Троцкого и Зиновьева имели право выступать только в своих партийных ячейках, то их «идейные шатания» разоблачались везде и всюду. В предсъездовский период сталинская пропагандистская машина заработала с утроенной энергией. Оппозицию клеймили на всех собраниях и в газетах.
Важным этапом в ликвидации оппозиции стал Пленум ЦК и ЦКК ВКП(б), прошедший в конце октября. «Возможно, я тогда передобрел и допустил ошибку», — многозначительно сказал Сталин, вспоминая нереализованную в августе возможность исключить Троцкого и Зиновьева из ЦК. Едва ли эти слова были искренними. О доброте генсека не свидетельствовало и то, что 27 сентября Троцкого исключили из Исполкома Коминтерна.
Октябрьскому пленуму предшествовали следующие события. Группа оппозиционеров попыталась наладить нелегальный выпуск собственной литературы. ОГПУ внедрило в среду «подпольщиков» своего сотрудника. Историк Георгий Чернявский пишет: «Агент спецслужб Строилов предложил оппозиционерам услуги — достать бумагу и технические материалы для издательской деятельности. Переговоры не вышли за рамки прощупывания. Но председателю ОГПУ Менжинскому этого было достаточно. Он оповестил о раскрытии планов подрывной печатной пропаганды «троцкистов». Вдобавок Строилов был объявлен бывшим врангелевским офицером…»
Провокация имела целью найти повод для исключения оппозиционеров из рядов ВКП(б). Их обвинили в создании единого антисоветского фронта «от Троцкого до Чемберлена» и стали поносить в прессе и на собраниях. В свою очередь, лидеры оппозиции обвинили сталинское большинство в провокации. Страсти накалились до предела.
Недостатка в эмоциях не наблюдалось и на пленуме. Историк Дмитрий Волкогонов в книге «Триумф и трагедия» так описал выступление Троцкого, оказавшееся последним в его жизни на большевистских форумах: «Выступление было сумбурным, неубедительным… Всю свою речь Троцкий, нагнувшись над трибуной, быстро читал по бумаге… Его плохо слушали, перебивали возгласами: «клевета», «ложь», «болтун»… В его речи не было убедительных аргументов».
Волкогонов не счёл нужным сообщить читателям, что речь Троцкого сразу же изъяли из стенограммы пленума, и долгие годы она оставалась недоступна историкам. Процитированные реплики «клевета», «ложь», «болтун» дают основания предполагать, что Волкогонов видел зафиксированную стенографистками запись выступления Троцкого. Да и делать подобные выводы, не читая текста, сложно. Тем удивительнее то, что, давая свои комментарии, Волкогонов не задался совершенно очевидным вопросом: почему речь лучшего трибуна большевистской партии в столь судьбоносный для него момент оказалась малоубедительной?
Чтобы представить, в какой обстановке говорил Троцкий, приведём заключительный фрагмент его выступления. Отвечая на обвинения в том, что «оппозиция находится в связи с врангелевским офицером», он заявил: «Только на вопрос, поставленный ребром т.т. Зиновьевым, Смилгой и Петерсон, кто такой этот врангелевский офицер, арестован ли он, — т. Менжинский заявил, что врангелевский офицер является агентом ГПУ. (ГОЛОСА: Это не к порядку дня. Довольно.) Партия была обманута. (Крики: Довольно.) Для того чтобы запугать… (Крики: Довольно болтовни.) Я предлагаю Пленуму поставить в порядок дня вопрос… (ГОЛОС С МЕСТА: Вы можете просить, а не предлагать)… о том, как Политбюро, вместе с Президиумом ЦКК, обмануло партию. (Шум, звонок председателя. Голоса: это наглость! Клевета! Наглец! Ложь. Долой его!) Есть это ложь или нет, может быть проверено только после того, как Пленум разберет вопрос с документами в руках. (Шум. Звонок председателя.) (ГОЛОС: не клевещите!)… что мы имеем перед собой попытку совершенно в духе Керенского, Переверзева. (Звонок председателя. Сильный шум.) Это была попытка обмануть партию от начала до конца. (ЛОМОВ: наглецы! Долой Клемансо и клемансистов. Вон его с этой трибуны! Долой с этой трибуны.) (Беспрерывный шум и звонок председателя.) (Каганович: меньшевик, контрреволюционер!) (Голоса: исключить его из партии! Подлец!) (Звонок председателя.) (Скворцов: долой клеветников!)».
На этом стенограмма обрывается. Рёв в зале во время короткого выступления Троцкого стоял постоянно. И если выгнать Троцкого из партии некоторые сторонники Сталина склонялись ещё на предыдущем пленуме, то теперь они были готовы разорвать его на куски. Из заявления от 24 октября, поданного Троцким в Секретариат ЦК, узнаём, что во время речи его пытались стащить с трибуны, Николай Шверник швырнул в него увесистой книгой «Контрольные цифры народного хозяйства СССР на 1927/1928 гг.», а Николай Кубяк запустил стаканом.
Троцкого десять раз перебил Николай Скрыпник, пять раз — Клим Ворошилов, четырежды — Иван Скворцов-Степанов, по три раза — Григорий Петровский и Влас Чубарь, по два раза — Георгий Ломов и Пётр Тальберг, а по одному разу — Филипп Голощёкин, Емельян Ярославский и Иосиф Уншлихт. И это только самые горластые, чьи крики уловили стенографистки. Впоследствии Троцкий сравнил произошедшее на пленуме с событиями октября 1917 года: «Когда я оглашал в 1927 году декларацию от имени левой оппозиции на заседании Центрального Комитета, мне отвечали крики, угрозы и ругательства, какие мне пришлось слышать при оглашении декларации большевиков в день открытия Предпарламента Керенского. Помнится, Ворошилов кричал: «Он держит себя, как в Предпарламенте!». Это гораздо более метко, чем рассчитывал автор восклицания».
Сделанное Троцким сравнение, возможно, не всем покажется вполне убедительным. В любом случае, упрёки Волкогонова в адрес человека, пытавшегося говорить в таких условиях, выглядят странными.
Метла метёт
На всём многолюдном пленуме оказался всего один человек, который, не будучи оппозиционером, искренне возмутился происходящим. Им был Григорий Шкловский. Приведём фрагмент его выступления: «Товарищи, я ни на минуту не могу забыть завещание Владимира Ильича, где он все это предвидел. В его письме совершенно ясно говорится, что элементами для раскола могут быть такие члены ЦК, как т.т. Сталин и Троцкий. И сейчас это разыгрывается у всех нас на глазах с чрезвычайной точностью, а партия молчит. (ГОЛОС: Нет, не молчит.) Вы знаете далее, что Владимир Ильич прямо говорил: раскол в партии — это есть гибель Советской власти. Я напоминаю это Пленуму ЦК и ЦКК в последнюю, быть может, минуту. Товарищи, опомнитесь!.. Верхушка заражена до крайности групповой борьбой… У меня нет слов для выражения своего возмущения по поводу того, как сейчас проводится подготовка к партийному съезду. Еще неизвестны партии даже тезисы ЦК, а выборы на конференции уже повсеместно идут. (Сильный шум…) Исключения все чаще становятся только преддверием арестов. Эти меры неслыханно обостряют внутрипартийное положение. Они прямо направлены против единства партии. Исключение сотен большевиков-ленинцев из партии (шум) перед самым съездом есть прямая подготовка раскола, есть частичное его осуществление».
Быстро говорившему под нарастающий рёв зала Шкловскому так и не дали закончить. Ему не позволили огласить заявление старых большевиков, сторонников единства и, согнав с трибуны, назвали «христосиком» и «баптистом». За своё выступление Шкловский вскоре поплатился. В ноябре всех оппозиционеров, членов и кандидатов в члены ЦК и ЦКК, исключили из состава этих руководящих органов партии. Вместе с ними исключили и Шкловского, который не разделял взглядов оппозиции и выступал лишь за примирение. Однако Сталина это больше не останавливало…
7 ноября оппозиционеры, многие из которых являлись активнейшими участниками революции и Гражданской войны, предприняли попытку проведения демонстрации под собственными лозунгами и с портретами вождей оппозиции. Эти попытки были быстро и жёстко пресечены. А уже через неделю Троцкого и Зиновьева исключили из партии.
Судьбу остальных оппозиционеров в декабре 1927 года должен был решить ХV съезд ВКП(б). Состав его делегатов, как и их общий воинственный настрой, не сулил оппозиции ничего хорошего. Так оно и получилось.
Одним из первых на трибуну допустили сталинградского металлиста Панкратова. Под восторженный рёв аудитории он достал из футляра стальную метлу и громко заявил: «Рабочие-металлисты Сталинграда надеются, что ХV партсъезд сметет оппозицию вот этой жесткой метлой (аплодисменты)».
«Тема метлы» так полюбилась слушавшим Панкратова товарищам, что на съезде она прозвучала ещё не раз. На этом фоне Лазарь Каганович, опровергая утверждения оппозиции, что рабочие плохо разобрались в дискуссии, торжествующе произнёс: «Это интеллигентские, филистерские рассуждения, они не стоят ничего. Они не учитывают того, что у рабочих есть свой классовый критерий, есть классовое пролетарское чутье, которым они улавливают, где ведется действительно пролетарская классовая линия».
ХV ВКП(б) исключил из рядов партии около сотни наиболее известных оппозиционеров, а рядовыми троцкистами и зиновьевцами занялись на местах. Самое активное участие в борьбе с оппозиционерами приняло ОГПУ.
В январе 1928 года беспартийного Троцкого выслали в Алма-Ату. Однако и вдали от Москвы он не сломался, доказав, что, побывав на вершинах власти, остался революционером. В отличие от бывших коллег по объединённой троцкистско-зиновьевской оппозиции Каменева и Зиновьева, написавших покаянные заявления и «разоружившихся перед партией», прекращать борьбу со Сталиным бывший наркомвоенмор был не намерен.
В течение года Троцкий находился под пристальным присмотром ОГПУ. 10 февраля 1929 года по решению Политбюро ЦК ВКП(б) на пароходе «Ильич» одного из вождей Октябрьской революции выслали в Турцию — страну, куда в ноябре 1920-го ушли разбитые Красной армией войска барона Петра Врангеля…
Автор: Олег НАЗАРОВ Первоисточник: https://xn--h1aagokeh.xn--p1ai/special_ ... %B3%D0%BE/
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 03 фев 2018, 18:09

Что же на самом деле стояло за массовыми репрессиями 1937 года

Сегодня, 15:00
Что же на самом деле стояло за массовыми репрессиями 1937 года
В эти дни исполняется 80 лет событиям, споры о которых не утихают по сей день. Речь идёт о 1937 годе, когда в стране начались массовые политические репрессии. В мае того рокового года были арестованы маршал Михаил Тухачевский и ещё ряд высокопоставленных военных, обвинённых в «военно-фашистском заговоре». А уже в июне им всем вынесли смертный приговор...
Вопросы, вопросы...
Ещё со времён перестройки эти события нам преподносили главным образом как якобы «ничем необоснованные политические гонения», вызванные исключительно культом личности Сталина. Якобы Сталин, возжелавший окончательно превратиться в Господа Бога на советской земле, решил расправиться со всеми, кто мало-мальски сомневался в его гениальности. И прежде всего с теми, кто вместе с Лениным творил Октябрьскую революцию. Мол, именно поэтому под топор безвинно пошла почти вся «ленинская гвардия», а заодно и верхушка Красной армии, которых обвинили в никогда не существовавшем заговоре против Сталина…
Однако при более внимательном изучении этих событий возникает немало вопросов, ставящих под сомнение официальную версию.
В принципе, эти сомнения у думающих историков возникли уже давно. И сомнения были посеяны не какими-то сталинскими историками, а теми очевидцами, которые сами недолюбливали «отца всех советских народов».
К примеру, на Западе в своё время были опубликованы мемуары бывшего советского разведчика Александра Орлова, бежавшего из нашей страны в конце 30-х годов. Орлов, который хорошо знал «внутреннюю кухню» родного ему НКВД, прямо написал о том, что в Советском Союзе готовился государственный переворот. Среди заговорщиков, по его словам, были как представители руководства НКВД, так и Красной армии в лице маршала Михаила Тухачевского и командующего Киевским военным округом Ионы Якира. О заговоре стало известно Сталину, который предпринял очень жёсткие ответные действия...
А в 80-е годы в США были рассекречены архивы самого главного противника Иосифа Виссарионовича – Льва Троцкого. Из этих документов стало ясно, что Троцкий имел в Советском Союзе разветвлённую подпольную сеть. Проживая за границей, Лев Давидович требовал от своих людей решительных действий по дестабилизации ситуации в Советском Союзе, вплоть до организации массовых террористических акций.
А в 90-е годы уже наши архивы открыли доступ к протоколам допросов репрессированных лидеров антисталинской оппозиции. По характеру этих материалов, по обилию изложенных в них фактов и свидетельств сегодняшние независимые эксперты сделали два важных вывода.
Во-первых, общая картина широкого заговора против Сталина выглядит очень и очень убедительно. Такие показания невозможно было как-то срежиссировать или подделать в угоду «отцу народов». Особенно в той части, где речь шла о военных планах заговорщиков. Вот что по этому поводу сказал наш автор, известный историк-публицист Сергей Кремлёв:
«Возьмите и прочитайте показания Тухачевского, данные им после ареста. Сами признания в заговоре сопровождаются глубоким анализом военно-политической обстановки в СССР середины 30-х годов, с детальными выкладками по общей ситуации в стране, с нашими мобилизационными, экономическими и иными возможностями.
Спрашивается, мог ли такие показания выдумать рядовой следователь НКВД, который вёл дело маршала и который якобы задался целью сфальсифицировать показания Тухачевского?! Нет, эти показания, причём добровольно, мог дать лишь знающий человек никак не меньше уровня заместителя наркома обороны, каковым и был Тухачевский».
Во-вторых, сама манера собственноручных признаний заговорщиков, их почерк говорили о том, что писали их люди сами, фактически добровольно, без физического воздействия со стороны следователей. Это рушило миф о том, что показания грубо выбивались силой «сталинских палачей»…
Так что же в реальности случилось в те далёкие 30-е годы?
Угрозы и справа, и слева
В общем-то началось всё ещё задолго до 37- го года — а если быть точнее, в начале 20-ых годов, когда в руководстве большевистской партии возникла дискуссия о судьбе построения социализма. Процитирую слова известного российского учёного, большого специалиста по сталинской эпохе, доктора исторических наук Юрия Николаевича Жукова (интервью «Литературной газете», статья «Неизвестный 37-ой год») :
«Даже после победы Октябрьской революции Ленин, Троцкий, Зиновьев и многие другие всерьёз не помышляли, что социализм победит в отсталой России. Они с надеждой глядели на промышленно развитые Соединённые Штаты, Германию, Великобританию, Францию. Ведь царская Россия по уровню промышленного развития находилась после крохотной Бельгии. Про это забывают. Мол, ах-ах, какая была Россия! Но в Первую мировую оружие мы покупали у англичан, французов, японцев, американцев.
Большевистское руководство надеялось (о чём особенно ярко писал Зиновьев в «Правде») только на революцию в Германии. Мол, когда Россия с ней соединится, то и сможет строить социализм.
Между тем Сталин ещё летом 1923 года писал Зиновьеву: если даже компартии Германии власть свалится с неба, она её не удержит. Сталин был единственным человеком в руководстве, который не верил в мировую революцию. Считал: главная наша забота – Советская Россия.
Что дальше? Не состоялась революция в Германии. У нас принимают НЭП. Через несколько месяцев страна взвыла. Предприятия закрываются, миллионы безработных, а те рабочие, что сохранили места, получают 10–20 процентов от того, что получали до революции. Крестьянам заменили продразвёрстку продналогом, но он был таким, что крестьяне не могли его выплачивать. Усиливается бандитизм: политический, уголовный. Возникает невиданный ранее – экономический: бедняки, чтобы заплатить налоги и прокормить семьи, нападают на поезда. Банды возникают даже среди студентов: чтобы учиться и не умереть с голоду, нужны деньги. Их добывают, грабя нэпманов. Вот во что вылился НЭП. Он развращал партийные, советские кадры. Всюду взяточничество. За любую услугу председатель сельсовета, милиционер берут мзду. Директора заводов за счёт предприятий ремонтируют собственные квартиры, покупают роскошь. И так с 1921 по 1928 год.
Троцкий и его правая рука в области экономики Преображенский задумали перенести пламя революции в Азию, а кадры готовить в наших восточных республиках, срочно построив там заводы для „разведения“ местного пролетариата.
Сталин предложил иной вариант: построение социализма в одной, отдельно взятой стране. При этом он ни разу не сказал, когда социализм будет построен. Сказал – построение, а спустя несколько лет уточнил: нужно за 10 лет создать промышленность. Тяжёлую индустрию. Иначе нас уничтожат. Это было произнесено в феврале 1931 года. Сталин ошибся ненамного. Через 10 лет и 4 месяца Германия напала на СССР.
Принципиальными были расхождения группы Сталина и твёрдокаменных большевиков. Не важно, левые они, как Троцкий и Зиновьев, правые, как Рыков и Бухарин. Все полагались на революцию в Европе… Так что суть не в возмездии, а в острой борьбе за определение курса развития страны».
НЭП был свёрнут, начались сплошная коллективизация и форсированная индустриализация. Это породило новые трудности и сложности. По стране прокатились массовые крестьянские бунты, в некоторых городах бастовали рабочие, недовольные скудной карточной системой распределения продуктов. Словом, внутренняя социально-политическая обстановка резко обострилась. И как результат, по меткому замечанию историка Игоря Пыхалова: «сразу же активизировались партийные оппозиционеры всех мастей и окрасок, любители «половить рыбку в мутной воде», вчерашние вожди и начальники, жаждавшие реванша в борьбе за власть».
Прежде всего, активизировалось троцкистское подполье, имевшее огромный опыт подпольно-подрывной деятельности со времён Гражданской войны. В конце 20-х годов троцкисты объединились со старыми соратниками умершего Ленина – Григорием Зиновьевым и Львом Каменевым, недовольными тем, что Сталин отстранил их от рычагов власти по причине их управленческой бездарности.
Ещё действовала так называемая «правая оппозиция», которую курировали такие видные большевики, как Николай Бухарин, Авель Енукидзе, Алексей Рыков. Эти резко критиковали сталинское руководство за «неправильно организованную коллективизацию деревни». Существовали и более мелкие оппозиционные группы. Всех их объединяло одно – ненависть к Сталину, с которым они были готовы воевать любыми методами, привычными им ещё с революционно-подпольных времён царского времени и эпохи жестокой Гражданской войны.
В 1932 году практически все оппозиционеры объединились в единый, как его потом назовут, право-троцкистский блок. Сразу же на повестку дня встал вопрос свержения Сталина. Рассматривались два варианта. На случай ожидаемой с Западом войны предполагалось всячески способствовать поражению Красной армии, чтобы потом на волне возникшего хаоса захватить власть. Если же войны не случится, то рассматривался вариант дворцового переворота.
Вот мнение Юрия Жукова:
«Непосредственно во главе заговора стояли Авель Енукидзе и Рудольф Петерсон – участник Гражданской войны, принимал участие в карательных операциях против восставших крестьян в Тамбовской губернии, командовал бронепоездом Троцкого, с 1920 года – комендант Московского Кремля. Они хотели арестовать сразу всю „сталинскую“ пятёрку – самого Сталина, а также Молотова, Кагановича, Орджоникидзе, Ворошилова».
К заговору удалось привлечь заместителя наркома обороны маршала Михаила Тухачевского, обиженного на Сталина за то, что тот якобы не мог по достоинству оценить «великие способности» маршала. К заговору примкнул и народный комиссар внутренних дел Генрих Ягода — то был обычный безыдейный карьерист, которому в какой-то момент показалось, что кресло под Сталиным серьёзно закачалось, и потому он поспешил сблизиться с оппозицией.
Во всяком случае Ягода добросовестно выполнял перед оппозиционерами свои обязательства, тормозя любую информацию о заговорщиках, которая периодически поступала в НКВД. А такие сигналы, как потом выяснилось, регулярно ложились на стол главного чекиста страны, но он их аккуратно прятал «под сукно»...
Скорее всего, заговор потерпел поражение из-за нетерпеливых троцкистов. Выполняя поручение своего вождя о терроре, они поспособствовали убийству одного из сталинских соратников, первого секретаря Ленинградского обкома партии Сергея Кирова, который был застрелен в здании Смольного 1 декабря 1934 года.
Сталин, до которого уже не раз доходила тревожная информация о заговоре, сразу же воспользовался этим убийством и предпринял ответные решительные меры. Первый удар пришёлся по троцкистам. В стране прошли массовые аресты тех, кто хоть когда-то соприкасался с Троцким и его соратниками. Успеху операции во многом способствовало и то обстоятельство, что ЦК партии взял под жёсткий контроль деятельность НКВД. В 1936 году вся верхушка троцкистско-зиновьевского подполья была осуждена и уничтожена. А в конце того же года с поста наркома НКВД был снят Ягода и расстрелян в 1937 году...
Следом пришла очередь и Тухачевского. Как пишет немецкий историк Пауль Карелл, ссылаясь на источники в германской разведке, свой переворот маршал намечал на Первое мая 1937 года, когда в Москву на первомайский парад стягивалось множество военной техники и войск. Под прикрытием парада можно было привести в столицу и верные Тухачевскому воинские части…
Однако Сталин уже знал об этих планах. Тухачевского изолировали, а в конце мая он был арестован. Вместе с ним под суд пошла целая когорта высокопоставленных военачальников. Таким образом, право-троцкистский заговор был ликвидирован к середине 1937 года...
Неудавшаяся сталинская демократизация
По некоторым данным, Сталин собирался на этом прекратить репрессии. Однако летом того же 1937 года он столкнулся с ещё одной враждебной силой – «региональными баронами» из числа первых секретарей обкомов партии. Этих деятелей сильно встревожили сталинские планы по демократизации политической жизни страны — потому что планируемые Сталиным свободные выборы грозили многим из них неминуемой потерей власти.
Да, да – именно свободные выборы! И это не шутка. Сначала в 1936 году, по инициативе Сталина, была принята новая Конституция, по которой равные гражданские права получили все граждане Советского Союза без исключения, в том числе и так называемые «бывшие», ранее лишённые избирательных прав. А далее, как пишет знаток этого вопроса Юрий Жуков:
«Предполагалось, что одновременно с Конституцией будет принят и новый избирательный Закон, в котором и прописана процедура выборов сразу из нескольких альтернативных кандидатов, и сразу же начнётся выдвижение кандидатов в Верховный Совет, выборы в который намечено было провести в тот же год. Уже были утверждены образцы избирательных бюллетеней, выделены деньги на агитацию и выборы».
Жуков полагает, что через эти выборы Сталин не просто хотел провести политическую демократизацию, но и отстранить от реальной власти партийную номенклатуру, которая, по его мнению, слишком зажралась и оторвалась от жизни народа. Сталин вообще желал оставить за партией только идеологическую работу, а все реальные исполнительные функции передать Советам разных уровней (избранных на альтернативной основе) и правительству Советского Союза — так, ещё в 1935 году вождь высказал важную мысль: «Мы должны освободить партию от хозяйственной деятельности».
Однако, говорит Жуков, Сталин слишком рано раскрыл свои планы. И на июньском 1937 года Пленуме ЦК номенклатура, главным образом из числа первых секретарей, фактически поставила Сталину ультиматум – или он всё оставит как прежде, или его самого сместят. При этом номенклатурщики ссылались на недавно раскрытые заговоры троцкистов и военных. Они потребовали не просто свернуть любые планы по демократизации, но и усилить чрезвычайные меры, и даже ввести специальные квоты на массовые репрессии по регионам – мол, чтобы добить тех троцкистов, кто ушёл от наказания. Юрий Жуков:
«Секретари обкомов, крайкомов, ЦК нацкомпартий запрашивали так называемые лимиты. Количество тех, кого им можно арестовать и расстрелять или отправить в места не столь отдалённые. Больше всех усердствовала такая будущая „жертва сталинского режима“ как Эйхе, в те дни – первый секретарь Западно-Сибирского крайкома партии. Просил права на расстрел 10800 человек. На втором месте – Хрущёв, возглавлявший Московский областной комитет: „всего лишь“ 8500 человек. На третьем месте – первый секретарь Азово-Черноморского крайкома (сегодня это Дон и Северный Кавказ) Евдокимов: 6644 – расстрелять и почти 7 тысяч – отправить в лагеря. Присылали кровожадные заявки и другие секретари. Но с цифрами поменьше. Полторы, две тысячи…
Полгода спустя, когда Хрущёв стал первым секретарём ЦК Компартии Украины, в одной из первых его депеш в Москву была просьба позволить ему расстрелять 20 000 человек. А ведь там уже по первому разу прошлись...».
Сталину, по словам Жукова, ничего не оставалось делать, как принять правила этой страшной игры – потому что партия на тот момент представляла собой слишком большую силу, которой он не мог бросить прямой вызов. И по стране пошёл Большой Террор, когда уничтожались как настоящие участники неудавшегося заговора, так и просто подозрительные люди. Понятно, что под эту «зачистку» попало и много тех, кто вообще не имел никакого отношения к заговорам.
Впрочем, и здесь не будем перегибать палку, как это сегодня делают наши либералы, указывающие на «десятки миллионов невинных жертв». По данным Юрия Жукова:
«У нас в институте (Институт истории РАН — И.Н.) работает доктор исторических наук Виктор Николаевич Земсков. В составе небольшой группы он несколько лет проверял и перепроверял в архивах, каковы реальные цифры репрессий. В частности, по 58-й статье. Пришли к конкретным результатам. На Западе тут же завопили. Им сказали: пожалуйста, вот вам архивы! Приехали, проверили, вынуждены были согласиться. Вот с чем.
1935 год – всего по 58-й статье арестовано и осуждено 267 тысяч, из них к высшей мере наказания приговорено 1229 человек, в 36-м соответственно 274 тысячи и 1118 человек. А дальше всплеск. В 37-м арестовали и осудили по 58-й статье более 790 тысяч, расстреляли свыше 353 тысяч, в 38-м – более 554 тысяч и расстреляно более 328 тысяч. Затем – снижение. В 39-м – осуждено около 64 тысяч и к расстрелу приговорено 2552 человека, в 40-м – около 72 тысяч и к высшей мере – 1649 человек.
Всего за период с 1921 по 1953 год осуждено 4 060 306 человек, из которых в лагеря и тюрьмы попали 2 634 397 человек».
Конечно, и это страшные цифры (потому что любая насильственная смерть — это тоже большая трагедия). Но всё же, согласитесь, речь идёт вовсе не о многих миллионах...
Однако вернёмся в 30-ые годы. В ходе этой кровавой кампании Сталину удалось, в конце концов, направить террор и против его инициаторов – региональных первых секретарей, которые были ликвидированы один за другим. Только к 1939 году он смог взять партию под свой полный контроль, и массовый террор сразу стих. Также резко улучшилось и соцально-бытовое положение в стране — люди действительно стали жить гораздо сытнее и благополучнее чем прежде...
... К своим планам по отстранению партии от власти Сталин смог вернуться только после Великой Отечественной войны, в самом конце 40-х годов. Однако к тому времени выросло уже новое поколение всё той же партноменклатуры, стоявшей на прежних позициях своей абсолютной власти. Именно её представители и организовали новый антисталинский заговор, который увенчался успехом в 1953 году, когда вождь умер при не выясненных до сих пор обстоятельствах.
Любопытно, но некоторые сталинские соратники всё же попытались воплотить его планы уже после смерти вождя. Юрий Жуков:
«После смерти Сталина глава правительства СССР Маленков, один из самых близких его соратников, отменил все льготы для партийной номенклатуры. Например, ежемесячную выдачу денег («конверты»), сумма которых в два-три, а то и в пять раз превышала зарплату и не учитывалась даже при уплате партвзносов, Лечсанупр, санатории, персональные машины, «вертушки». И поднял зарплату сотрудникам госорганов в 2–3 раза. Партработники по общепринятой шкале ценностей (и в собственных глазах) стали намного ниже работников государственных. Наступление на скрытые от посторонних глаз права партийной номенклатуры продлилось лишь три месяца. Партийные кадры объединились, стали жаловаться на ущемление «прав» секретарю ЦК Хрущёву».
Дальше — известно. Хрущёв «навесил» на Сталина всю вину за репрессии 37-го года. А партийным боссам не только вернули все привилегии, но и вообще фактически выели из-под действия Уголовного Кодекса, что само по себе начало стремительно разлагать партию. Именно разложившаяся вконец партийная верхушка и угробила в конце концов Советский Союз.
Впрочем, это уже совсем другая история...
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 04 фев 2018, 14:26

Как «липовые» награды в Великую Отечественную получали

Сегодня, 05:30

Ситуация, когда настоящих героев оставляют без боевых наград или награждают очень скромно, а персоны, приближенные к начальству и материальным ценностям, увешаны орденами и медалями как новогодняя елка игрушками, наверное, вечна как сама война.
Неслучайно в царской армии родилась горькая шутка: «За что у вас «Владимир» с бантом – я был при штабе адъютантом». Знаменитый журналист Владимир Гиляровский в русско-турецкую войну 1877- 78 годов сражался в команде пластунов. В наше время их назвали бы спецназовцами. Пластуны не готовились для регулярных сражений в пехотном строю. Бесшумно подкрасться к турецкому посту, уничтожить его по возможности бесшумно, захватить пленного – «языка», выследить крадущуюся в русский тыл турецкую разведку - таковы были задачи пластунов, которые они успешно выполняли. Но настало время получать награды: «По взглядам начальства, это была какая-то полувойна. Это наши удальцы с огорчением узнали только тогда, когда нам за действительно боевые отличия прислали на пластунскую команду вместо георгиевских крестов серебряные медали на георгиевских лентах... На шестьдесят оставшихся в живых человек, почти за пять месяцев отчаянной боевой работы, за разгон шаек, за десятки взятых в плен и перебитых в схватках башибузуков, за наши потери ранеными и убитыми, нам прислали восемь медалей, которые мы распределили между особенно храбрыми...». Ветераны афганской и обеих чеченских войн могли бы рассказать множество похожих историй.
Правительственные награды обещались за пошивку сапог
И во время Великой Отечественной увы, не всегда награды находили истинных героев. Например, 7 июля 1944 года заместитель наркома обороны маршал Василевский подписал приказ о случаях неправильных награждений и злоупотреблений во 2-й гвардейской воздушно-десантной Проскуровской дивизии. При проверке выяснились вопиющие факты.
Был награжден орденом Красной Звезды П., бывший начальник АХЧ, «ничем не проявивший себя на работе, кроме подхалимства, и в боях не участвовавший». Бывший начальник штаба дивизии полковник Н. после награждения начальника АХЧ написал ему записку: «Я тебе обещал дать «Звездочку» — и дал, а ты обещал две банки горючего — и не даешь». Очень любопытно – о каком это «горючем» идет речь?
Помощник начальника штаба по учету 5-го гвардейского воздушно-десантного полка старший лейтенант К. сам составлял на себя наградные листы и по ним был дважды награжден орденом Красной Звезды. Но К. слишком увлекся - когда в третий раз самопредставлялся к ордену Красной Звезды, он в реляции указал, что, якобы, спас боевое знамя полка, чего на самом деле не было.
При этом он не только себя наградами обеспечивал, но и «нужных людей». К., например, обещал сапожнику С., что если он пошьет ему сапоги, то получит медаль «За боевые заслуги». В приказе было отмечено: «Правительственные награды работниками штаба обещались за отдельные услуги: за пошивку сапог, выдачу нового костюма, за выдачу горючего, за сожительство».
Временно исполнявший должность начальника штаба дивизии майор П., по прибытии нового командира дивизии полковника Ч. подсунул ему на утверждение наградной материал на старшину С. — «недисциплинированного, грубого в обращении с офицерами и не имеющего вообще никаких боевых заслуг».
Старшина С., узнав, что приказом командира дивизии он награжден не орденом, а медалью «За отвагу», заявил начальнику отделения кадров дивизии: «Можете ее взять себе, так как медаль мне не нужна».
Чем это старшина С. был так полезен майору П., что мог позволить себе такую вопиющую наглость?
А где были офицеры, что ротой командовал сержант?
При этом действительно отличившихся солдат и офицеров могли оставить без заслуженных наград. Не прошел наградной лист на гвардии лейтенанта Антипова И. Д., лично сбившего из винтовки самолет противника.
Майор Г. наложил резолюцию: «Лучше изложить реляцию, осветить в ней ранее совершенные заслуги и подвиги». Не был награжден сержант Калинин И. М., который возглавил роту после ранения командира и пять раз водил ее в атаку. Резолюция была такова: «А где были офицеры, что ротой командовал сержант»? Мысль о том, что офицеры выбыли из строя из-за ранений или гибели майору Г. в голову не пришла.
В приказе маршала Василевского были объявлены наказания за допущенные безобразия. Так, помощник начальника штаба по учету 5-го гвардейского воздушно-десантного полка старший лейтенант К. был отстранен от должности, понижен в звании до лейтенанта и назначен с понижением. Майор Г. сделался капитаном.
Для того времени наказание особо строгим никак не назовешь, обошлось без заседания военного трибунала. А ведь старшему лейтенанту К., например, трижды представившему себя к ордену «Красной звезды», штрафной батальон мог бы помочь понять, какой ценой боевые награды настоящим воинам достаются.
Разумеется, ни в коем случае не следует обобщать приведенные выше примеры и считать, что награды в Великую Отечественную методом старшего лейтенанта К. добывались. Большинство их обладателей были награждены за настоящие подвиги.
Но, как говорится, имели место и такие безобразные факты. Советское командование за «липовые» награды и лишение заслуженных наград настоящих героев виновных в этом наказывало, хотя наказания могли бы быть и построже…
Автор: Максим Кустов Первоисточник: https://vpk-news.ru/articles/40984
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 04 фев 2018, 14:36

Кто стоял за убийством Володарского?

Сегодня, 05:30
20 июня 1918 года в Петрограде неизвестным лицом, как сообщили первоначально газеты, был убит комиссар по делам печати Северной коммуны В. Володарский (Моисей Маркович Гольдштейн). Убийство произошло примерно в 20.30 на Шлиссельбургском тракте, у одинокой часовни, недалеко от Фарфорового завода.
Согласно заявлению шофера Гуго Юргена, у машины, закрепленной за Володарским (Роллс-ройс), закончился бензин и автомобиль вскоре остановился:
"Когда мотор остановился, я заметил шагах в двадцати от мотора человека, который смотрел на нас. Был он в кепке темного цвета, темно-сером открытом пиджаке, темные брюки, сапогов не помню, бритый, молодой, среднего роста, худенький, костюм не совсем новый, по-моему, рабочий. В очках он не был. Приблизительно 25–27 лет. Он не был похож на еврея, тот черней, а он был похож скорее на русского. Когда Володарский с двумя женщинами отошел от мотора шагов тридцать, то убийца быстрыми шагами пошел за ними и, догнав их, дал с расстояния приблизительно трех шагов три выстрела, направив их в Володарского. Женщины побежали с тротуара на середину улицы, убийца побежал за ними, а Володарский, бросив портфель, засунул руку в карман, чтобы достать револьвер, но убийца успел подбежать к нему совсем близко и выстрелить ему в упор в грудь. Володарский, схватившись рукой за грудь, побежал к мотору, а убийца побежал по переулку, по направлению к полям. Когда раздались первые выстрелы, то я, испугавшись, спрятался за мотор, ибо у меня не было револьвера. Володарский подбежал к мотору, я поднялся ему навстречу и поддержал его, ибо он стал падать. Подбежали его спутницы, которые посмотрели, что он прострелен в сердце. Потом я слышал, что где-то за домами был взрыв бомбы… Володарский скоро помер, ничего не говоря, ни звука не издавая. Через несколько минут проехал Зиновьев, мотор которого я остановил".
Кто стоял за убийством Володарского?
Эти показания с самого начала вызвали сомнения у следствия, т.к. они не совпадали с показаниями спутниц Володарского, находившихся с ним в машине. Одна из них, Нина Аркадьевна Богословская, свидетельствовала: "В это время мы стояли рядом. Я ближе от панели, на расстоянии полшага от меня Володарский. Зорина стояла по другую сторону от Володарского. Когда раздался первый выстрел, я оглянулась, потому что мне показалось, что выстрел был произведен сзади нас на близком расстоянии, но ничего кругом не увидела. Я крикнула: "Володарский, вниз!" — думая, что надо ему спрятаться под откос берега. Володарский тоже оглянулся. Мы успели сделать еще несколько шагов по направлению к откосу и были уже посреди улицы, когда раздались сразу еще два выстрела, которые послышались ближе. В этот момент я увидела, что Володарского два раза передернуло, и он начал падать… Когда я оказалась рядом, он лежал на земле, делая глубокие вдохи. Лежал он головой в сторону автомобиля, на расстоянии шагов трех от машины. Мы с Зориной стали искать рану и заметили одну в области сердца. Две другие раны я заметила на другой день при перемене ему льда. Когда я увидела, что Володарский уже умер, я подняла голову, оглянулась и увидела в пятнадцати шагах от себя и в нескольких шагах от конца дома-кассы по направлению к Ивановской улице стоящего человека. Этот человек упорно смотрел на нас, держа в одной руке, поднятой и согнутой в локте, черный револьвер. Кажется, браунинг. А в левой руке я не заметила ничего. Был он среднего роста, глаза не черные, а стального цвета. Брюки, мне показалось, были одного цвета с пиджаком, навыпуск. Как только он увидел, что я на него смотрю, он моментально повернулся и побежал…"
Схожие были показания Елизаветы Яковлевны Зориной: "Я поехала с Володарским и Богословской 20 июня из Смольного на Обуховский завод, но по дороге мы заехали в Невский райсовет. Оттуда поехали за Зиновьевым, но, проехав минут восемь, заметили, что автомобиль замедлил ход. Мы между собой завели разговор о причине этого. Шофер, отвернувшись, ответил, что, вероятно, бензина нет. Через несколько минут автомобиль совершенно остановился. Шофер вышел, потом опять сел в машину и сказал:
— Ничего не будет. Бензина нет.
— Где же вы раньше были? — спросил Володарский.
— Я не виноват. Два пуда всего дали бензина, — ответил шофер.
— Эх вы! — сказал Володарский и начал вылезать из машины.
Выйдя, мы стали советоваться о том, что нам делать. Володарский предложил пойти в райсовет. Богословская предложила позвонить по телефону из кассы. Мы с Володарским несколько секунд обождали Богословскую, которая, увидев, что касса закрыта, направилась назад. Сделав десять шагов от автомобиля — все в ряд: Володарский посередине, я — в сторону Невы, близко от себя я услышала за спиной громкий выстрел, как мне показалось, из-за забора. Я сделала шаг к откосу, не оглянувшись, и спросила: "В чем дело?" Но тут раздался второй и через секунду третий выстрел — все сзади, с той же стороны.
Пробежав несколько шагов вперед, я оглянулась и увидела на фоне дома-кассы позади себя человека с вытянутой рукой и, как мне показалось, с револьвером, направленным на меня. Человек этот выглядел так: среднего роста, загоревшее лицо, темно-серые глаза, насколько помню, без бороды и усов, бритый, лицо скуластое. На еврея не похожий, скорее похожий на калмыка или финна. Одет был в темную кепку, пиджак и брюки. Как только я его заметила, он бросился бежать по направлению за угол Ивановской улицы. Кроме этого человека, я ни одного его сообщника не видела. Я отвернулась сейчас же опять в сторону автомобиля и Володарского. Недалеко от себя я видела стоящего Володарского, недалеко от него, в сторону автомобиля, Богословскую. Через секунду Володарский, крикнув: "Нина!", упал. Я и Богословская с криком бросились к нему. Больше я убийцу не видела…"
Таким образом, обе свидетельницы зафиксировали убийцу-одиночку, одетого в пиджак и брюки, оказавшегося в месте остановки роллс-ройса Володарского, и три выстрела (один и затем еще два выстрела).
Как уже указывалось, с показаниями женщин разнилось свидетельство шофера Гуго Юргена, который "зафиксировал" четыре выстрела, описав иные "действия" Володарского во время покушения. Однако отметим и совпадение с показаниями женщин, описание, например, одежды террориста. Также отметим упоминание им взрыва бомбы.
Вместе с тем, укажем на странное совпадение времени окончания бензина в машине и присутствие поблизости террориста, что в дальнейшем будет объясняться по-разному. Насколько версия шофера Гуго Юргена об окончании горючего в автомобиле верна? Всего утром было выделено 2 пуда бензина. Маршрут машины в этот день достаточно продолжительный: редакция "Красной газеты" (Галерная улица) — Смольный (обед в 16.00), затем трамвайный парк на Васильевском острове, позднее Средний проспект, затем возвращение в Смольный, оттуда на митинг на Николаевский вокзал (сейчас Московский вокзал), затем в Невский райсовет, затем незавершенная поездка на Обуховский завод. Итого достаточно большой маршрут, на который, действительно могло не хватить бензина. Могла быть случайность…

Вскоре было объявлено об ответственности за теракт партии эсеров. Определенная логика в этом была. Володарский был известным оратором, редактором крупной газеты, шла предвыборная борьба в Петросовет. Согласно этой версии, поэтому В. Володарский был выбран целью теракта эсеровскими организациями как активный участник предвыборной июньской избирательной кампании. Комиссар по делам печати Северной Коммуны организовывал не только давление на печатные издания эсеровской и меньшевистской партии, но и организовывал и участвовал в многочисленных митингах, направленных против этих партии.
Анатолий Васильевич Луначарский давал такую оценку ораторскому дару В.Володарского: "С литературной стороны речи Володарского не блестели особой оригинальностью формы, богатством метафор, которыми дарил слушателей от своего переизбытка Троцкий. Его речи с этой стороны были как бы суховаты. Они должны были бы особенно восхитить нынешних конструктивистов, если бы, впрочем, эти конструктивисты были настоящими, а не путаниками.… Речь его была как машина, ничего лишнего, все прилажено одно к другому, все полно металлического блеска, все трепещет внутренними электрическими зарядами. Быть может, это — американское красноречие, но Америка, вернувшая нам немало русских, прошедших ее стальную школу, не дала все же ни одного оратора, подобного Володарскому. Голос его был словно печатающий, какой-то плакатный, выпуклый, металлически-звенящий. Фразы текли необыкновенно ровно, с одинаковым напряжением, едва повышаясь иногда. Ритм его речей по своей четкости и ровности напоминал мне больше всего манеру декламировать Маяковского. Его согревала какая-то внутренняя революционная раскаленность. Во всей этой блестящей и как будто механической динамике чувствовался клокочущий энтузиазм и боль пролетарской души. Очарование его речей было огромное. Речи его были не длинны, необычайно понятны, как бы целое скопище лозунгов, стрел, метких и острых. Казалось, он ковал сердца своих слушателей. Слушая его, больше чем при каком угодно другом ораторе понималось, что агитаторы в эту эпоху расцвета политической агитации, какого, может быть, мир и не видел, поистине месили человеческое тесто, которое твердело под их руками и превращалось в необходимое оружие революции".
Довольно быстрый в речи и страстный оратор (получивший соответствующее партийное прозвище "Пулемет"), он был одной из фигур, наиболее ненавидимой антисоветскими силами в Петрограде. На 20 июня предвыборная кампания при активном участии Володарского складывалась крайне удачно для большевиков. 20 июня 1920 г. "Красная газета" (редактор В. Володарский) вышла с характерной шапкой "65 большевиков, 3 левых эсера, ни одного оборонца!". Таким образом, с некоторой натяжкой, главной причиной убийства В. Володарского часто называлась его активная агитационная работа и стремление партии эсеров изменить ситуацию, либо отомстить лично Володарскому.
Также важным моментом, объясняющим появление в нужном месте и в нужное время террориста на месте покушения (и как возможная причина покушения именно на В. Володарского), являются события на Обуховском заводе. Забастовочное движение на заводе, с многочисленными митингами приводило к постоянному курсированию представительских советских автомобилей в этом и обратном направлении. Так, в этот день, несколькими минутами после состоявшегося теракта, здесь в центр Петрограда проследовали автомобиль Григория Евсеевича Зиновьева. Рассматривалась даже версия, что это была подготовка покушения против Зиновьева, но попался Володарский. Очевидно, что в этих условиях место как раз было неслучайным, в плане удобства покушения, в целом на советских руководителей (кроме Зиновьева, можно упомянуть выступавших на обуховском митинге Иоффе, Луначарского, лидера левых эсеров Марию Спиридонову, также проследовавших через место будущего теракта). Наличие бомбы у террориста как раз свидетельствовало в пользу предполагаемой насильственной остановки автомобиля с последующим расстрелом пассажиров.
Версия о причастности эсеровского боевого отряда, совершившего теракт с ведома эсеровского руководства, в июньские дни 1918 г. была выгодна политически, давая повод для разгрома партии, и позволяя большевикам завершить выборную кампанию полным разгромом противников. Позднее лидер партии эсеров В. Чернов писал по этому поводу: "Убийство было несвоевременным, ибо нанесло ущерб избирательной кампании эсеров на выборах в Петроградский Совет".
Впервые эта версия причин убийства в ее первой интерпретации была озвучена непосредственно после убийства В. Володарского. Следует сразу отметить, что эсеровское руководство предполагало выдвижение такого обвинения и уже на следующий день, 21 июня 1918 г., появилось официальное сообщение ЦК правых эсеров о непричастности к покушению. Однако данные заверения воспринимались советскими властями, как минимум, скептически. В результате, с самого начала следствия "эсеровская версия" убийства В. Володарского (в нескольких вариациях) стала основной, да и в дальнейшем пользовалась популярностью.
Есть два варианта этой версии. Первоначально организатором теракта назывались круги, близкие к известному в прошлом террористу Борису Викторовичу Савинкову, а позднее к боевому эсеровскому террористическому отряду Семенова (версия 1922 г.). Первая версия (савинковская) представляется более подтвержденной реальными фактами, т.к. деятельность семеновского отряда встречает многочисленные сомнения, особенно учитывая сотрудничество Семенова уже осенью 1918 г. с ВЧК и более позднее издание его воспоминаний, как раз к открытому Политическому судебному процессу над партией социалистов-революционеров 1922 г.
На траурном митинге Петросовета председателем Петроградской ЧК Моисеем Соломоновичем Урицким было выдвинуто обвинение в организации убийства правыми эсерами при поддержке английских агентов. Партию правых эсеров Урицкий связывал непосредственно с организацией теракта через выявленное им участие в организации теракта правого эсера Максимилиана Филоненко. Урицкий заявлял: "Правый эсер Филоненко проживал в Петрограде под разными вымышленными именами. Он является вдохновителем убийства. Нам достоверно известно, что английский капитал замешан в этом деле. Правым эсерам было обещано 256 млн руб., из которых они уже получили 40". Данная схема предполагала связь Филоненко не только с англичанами, но и с Савинковым, который возглавлял самую крупную антисоветскую подпольную организацию 1918 г. "Союз защиты родины и свободы".
К середине мая 1918 г. она насчитывала в Москве и 34 провинциальных городах до 5 тыс. членов. Состав организации включал в себя пехоту, артиллерию, кавалерию и саперов. К концу весны 1918 г. Союз достиг той стадии развития, которая делала из него внушительную организационную силу. В Москве у Союза были реальные шансы захватить наиболее важные стратегические пункты, арестовать СНК, однако угроза оккупации столицы со стороны Германии изменила план действий. Последовало майское решение о переводе организации в Казань, и в это же время была вскрыта московская организация (до этого отслеживаемая большевиками). В этих условиях члены союза вырабатывают новый план выступления против советской власти. Первоначальной задачей было убийство в Москве Ленина и Троцкого. Одновременно с этим предполагались выступления в Рыбинске, Ярославле, Муроме, Казани, Калуге.
Как писал Савинков: "Ни чехо-словаки, ни сербы, ни другие наши союзники не принимали в этом никакого участия. Все выступления были выполнены исключительно русскими силами – членами СЗРС" (ГАФР - источник). Савинков позднее писал по этому поводу: "План этот отчасти удался. Покушение на Троцкого не удалось. Покушение на Ленина удалось наполовину: Дора Каплан, ныне расстрелянная, ранила Ленина, но не убила". Правда, позднее, уже в заключении, он давал иные показания (на суде в 1924 г.: "К делу Доры Каплан наш союз не имел никакого отношения. Я знал, что эсеры что-то делают, но что именно, не знал. Покушению на Ленина и Троцкого я в ходе нашей работы придавал очень небольшое значение. Для меня гораздо важнее был вопрос о вооруженном восстании". (Дело Бориса Савинкова, Москва, 1924 г.)
Савинковская организация имела представителей в Петрограде. Собственно Максимилиан Филоненко и был его представителем в городе. Более того, сам Савинков говорил о причастности своей организации к ряду петроградских событий 1918 г. Поэтому Филоненко и Савинков с самого начала были провозглашены организаторами теракта. Быстро был и найден убийца Володарского. Им оказался шофер Смольного Петр Андреевич Юргенсон. Уроженец Риги, Юргенсон работал там электромехаником, хорошо зарабатывая. В гараже № 6 Смольного стал работать с апреля 1918 г., имел расходы — играл в карты.
На его след вышли очень быстро. К следователям ЧК обратился начальник Смольного гаража Юрий Петрович Бирин. Он служил до революции артиллерийским унтер-офицером на балтийском крейсере "Россия", был убежденным большевиком (впоследствии служил в Амурской флотилии, в 1930 г. награжден за боевые заслуги его корабля монитора "Ленин" орденом Красного знамени). Бирин сообщил, что "сегодня после допроса шофера Гуго Юргена последний мне рассказал следующее: несколько дней назад, с тех пор как я его назначил ездить с Володарским, к нему стал обращаться шофер того же гаража Петр Юргенсон с вопросами, куда и когда поедет Володарский… Юргенсон рассказал Юргену, что все равно Володарского убьют, ибо на него сердиты адвокаты и студенты. Кроме того он сказал, что есть какой-то автомобиль "Паккард", если эта машина ночью будет останавливать его автомобиль, чтобы я потихоньку ехал, чтобы можно было бы застрелить Володарского". Как раз водителем "Паккрада" был Юргенсон.
Арестованный Петр Юргенсон был предъявлен спутницам В. Володарского, которые его опознали. Зорина свидетельствовала: "В предъявленном мне Петре Юргенсоне я нахожу сходство с убийцей в росте, сложении, выражении глаз, и скул, и по строению лица". Нина Аркадьевна Богословская давала схожие показания: "Предъявленный мне шофер Юргенсон Петр имеет большое сходство с убийцей лицом, особенно скулами, глазами и взглядом, ростом и всей фигурой".
Странными в этом контексте являются только первые сбивчивые показания 20 июня 1920 г. шофера Гуго Юргена, который "не узнал" в террористе своего приятеля Петра Юргенсона. Однако следует учитывать, что допрос произошел вскоре после покушения и Гуго Юрген мог еще не выработать свою точку зрения на события, избегая возможного прямого обвинения в соучастии. Характерно, что уже после допроса, обдумав ситуацию, он быстро сдал Юргенсона Юрию Петровичу Бирину. Эту же версию, приведенную выше, в расширенном варианте он привел на повторном допросе. Согласно показаниям Гуго Юргена, еще 7 июня Петр Юргенсон, служивший водителем в смольнинском гараже, подошел к нему и спросил:
— Хочешь, Гуго, денег заработать?
"На мой вопрос: как? — Юргенсон говорил: — Очень просто. Надо Володарского убить".
— Я, что ли, должен убить? — спросил Гуго.
— Нет. Ты сиди в машине и молчи. Когда навстречу будет идти машина и покажут сигнал, остановишься. Сделаешь вид, что машина испортилась, — ответил Юргенсон. — Тогда сделают все, что надо.
Гуго Юрген заколебался, и Юргенсон сказал ему, что в награду Гуго может взять себе бумажник убитого Моисея Марковича Володарского. "Сказал, чтобы я не кричал, а взял бы бумажник Володарского в свою пользу и только потом заявил бы о случившемся. Потом учил, чтобы я незаметно брал бы бумажник от Володарского, осматривая его, где его ранили".
Характерен и разговор, который состоялся между Петром Юргенсом и Гуго Юргеном в день убийства после четырех часов дня в Смольном, куда Гуго привез В. Володарского на обед. Шофер, согласно его показаниям, зашел в комнату № 3, чтобы взять наряд на следующий день и встретил здесь Петра Юргенсона. "Мы разговаривали две-три минуты. Юргенсон спросил: "В какой комнате в "Астории" живет Володарский? Сегодня я должен дать окончательные сведения". Таким образом, сведения о В. Володарском собирались, возможно, в связи с тем, что планировалось его убийство в "Астории". Гостиница являлась местом жительства многих большевиков. В частности, здесь жил и Григорий Евсеевич Зиновьев. Характерно, что в конце августа на Зиновьева именно в гостинице будет предпринята попытка убийства. Это обстоятельство говорит о возможной случайной остановке автомобиля в 20.30. Просидев несколько дней под арестом, Гуго Юрген, несмотря на то, что многочисленные факты свидетельствовали об его возможной причастности к убийству В. Володарского, был выпущен на свободу. Прямых улик против него не было. Возможно, что его выпустили с целью отслеживания его связей.
21 июня 1918 г. на квартире Юргенсона был произведен обыск. На квартире было найдено: "1 снаряд 37 мм, начиненный порохом, одно воззвание против Советской власти, всевозможная переписка, письма, фотографии, автомобильные пропуска на проезд по Петрограду за № 5379, машина "Делонэ" № 1757, пропуск на проезд по городу Петрограду на машине "Паккард" 1918".
Алиби у него не было, хотя он и пытался его впоследствии организовать. Первоначально он заявлял, что после разговора в Смольном с Гуго Юргеном пошел в гараж, где и пробыл до девяти часов вечера, но это алиби опровергли показания Юрия Петровича Бирина и матери Петра Андреевича — Христианы Ивановны Юргенсон. Юрий Петрович Бирин в день убийства Володарского спустился около шести часов вечера в гараж и увидел там Петра Юргенсона.
— Что ты тут делаешь? — спросил он. — У тебя ведь выходной.
— Посмотреть зашел… — ответил Юргенсон.
Бирин собирался в кинематограф и предложил Юргенсону присоединиться.
"Из гаража вышли — я, моя жена, Юргенсон и Озоле. У ворот встретили Коркла, и все пошли по направлению к Кирочной. На углу Кирочной и Потемкинской Юргенсон и Озоле отделились от нас". Христиана Ивановна Юргенсон, в свою очередь, показала, что "в день убийства Петр пришел домой около семи часов вечера, покушал и опять вышел около восьми часов. Кажется, в кинематограф. Вернулся он около одиннадцати часов вечера". Сам же Петр Юргенсон на допросе 21 июня 1918 г. говорил о своей невиновности, отказавшись признать себя причастным к убийству В. Володарского.
Получив материалы, уличающие Петра Юргенсона в причастности к покушению, Урицкий вызвал П. Юргенсона на допрос к себе. Это не было чем-то неординарным, чрезвычайным, как пишет известный публицист Николай Коняев. Урицкий часто допрашивал ключевые фигуры из числа подследственных. Имеются многочисленные воспоминания о подобных беседах с Моисеем Урицким. При этом, допрос велся без протокола. Очевидно, что данные этих допросов были использованы Урицким при подготовке уже упомянутой его речи, посвященной убийству, на траурном заседании Петросовета.
Вскоре вина водителя "Паккарда" Петра Юргенсона стала более очевидна, так нашелся еще один свидетель против него. Так в траурной речи Моисей Урицкий упомянул в связи с Петром Юргенсоном некого генерала, проживавшего на Загородном проспекте. Согласно речи Урицкого: "Один портной показал, что к нему явился однажды незнакомый шофер и, заказывая костюм, заявил, что на Загородном живет один генерал, предлагающий большие деньги за особые заслуги советским шоферам. Когда этому портному предъявили тридцать шоферов, он сразу указал на Юргенсона". (Коняев "Гибель красных Моисеев). Таким образом, сложилась версия об организованном убийстве Володарского со стороны савинковской-филоненковской организации с ориентацией на англичан. Характерно, что Урицкий все лето вел так называемое "английское дело", известна была даже "английская папка".
Важный момент, на который следует указать, это выход на людей, имевших связи с Петром Юргенсом. Важные сведения следствию дал Роман Иванович Юргенсон — двоюродный брат Петра Андреевича Юргенсона, служивший в Петроградской ЧК. Согласно его показаниям, его брат Петр имел хорошие знакомства среди контрреволюционеров — офицеров 1 броневого дивизиона и дружил с Эммануилом Петровичем Ганжумовым, офицером, родом из Терской обл., армяно-грузинского вероисповедания, род. 16 сентября 1891 г., с офицером того же броневого дивизиона Казимиром Леонардовичем Мартини, полковником Добржанским и другими. Впоследствии в августе 1918 г. еще при участии Урицкого он будет приговорен к смертной казни за присвоение денег и вещей во время обыска.
Все это реальные известные деятели. Эммануил Петрович Ганджумов, согласно данным д.и.н. Волкова, в 1917-1918 гг. член офицерской организации в Петрограде; с августа 1918 г. в белых войсках Северного фронта в Архангельске. Выпускник Павловского военного училища. В 1915 г. поручик. Полковник Добржанский — это, возможно, произведенный в чин генерал-майора в 1917 г. Александр Николаевич Добржанский, командир первого броневого дивизиона в России. Казимир Леонардович Мартини, выпускник Петербургского института инженеров путей сообщения 1913 г. Эти обстоятельства Николай Коняев приводит, но без дальнейшего анализа. Между тем, распутывая эти данные, можно многое уточнить. В частности, он высказывает сомнение в причастности М. Филоненко к теракту. На наш взгляд, это серьезное упущение Коняева.
Сразу отметим, что на Загородном проспекте в этот период проживал генерал-майор Борис Викторович Шульгин. Об этом, в частности, свидетельствуют упомянутые ниже ранее показания Зуева 1930-х гг. Сестра Шульгина в 1918 г. содержала кафе-кондитерскую "Goutes" на Кирочной улице, на углу со Знаменской. Это кафе, наряду с кафе-гастрономом на углу Бассейной и Надеждинской (содержал генерального штаба подполковник Люденквист, впоследствии в 1919 г. разоблаченный как изменник начштаба 7 армии), было вербовочным пунктом подпольной антисоветской организации ее брата генерала Шульгина, местом встреч. Организация ориентировалась первоначально на французов, впоследствии на немцев, а затем и англичан (с которыми был связан Люденквист). Имеющие материалы на нее, и в целом на фигурантов дела Ковалевского, дополняют данные следственных дел начала 1930-х гг. в СССР. В ходе мероприятий по выявлению бывших офицеров в Ленинграде, об организации Шульгина и его сестре будут давать показания арестованные в ходе чисток (Зуев и другие), подтверждая наличие организации и участие в ней Шульгиной. Согласно следственным показаниям 1930-х гг., организация Шульгина помимо всего прочего, занималась вербовкой шоферов в Смольном. Сам генерал как раз в эти дни, после убийства Володарского, срочно покинул город. Сестра осталась. Ее арестуют 24 августа, длительное время после ареста ее не допрашивали. Первый раз она была допрошена следователем Байковским лишь 17 октября, о чем ею было написано заявление на имя Геллера.
Шульгина отрицала всяческие связи с подпольем, признавая лишь факт сдачи комнаты офицеру Соловьеву и знакомство с несколькими фигурантами дела или их родственниками. Вместе с тем, она не могла объяснить нахождение у себя бланков 6 Лужского полка и литеры 1-го Василеостровского полка. Последнее обстоятельство было решающим, так именно в этих частях были изобличены заговорщики. Свидетельствовали против нее и показания других арестованных. Было выявлено и ее участие в содержании кафе на Кирочной, 17, в котором проходили вербовки офицеров организацией Шульгина. Согласно следственному делу, Шульгина — "правая рука своего брата генерал-майора Бориса Шульгина". Он жил на Загородном проспекте, он и вербовал шоферов Смольного, Шульгин был связан (согласно Зуеву) с начала 1918 г. с Филоненко, Шульгин скрылся после убийства.
Таким образом, вероятно участие Петра Юргенсона в организации генерала Шульгина. Отметим, что Зуев упоминает и ряд подпольщиков, который возможно связать с упоминавшимися выше фамилиями. Урицкий упоминал нескольких молодых офицеров, в т.ч. Ганжумова, офицера, родом из Терской обл., армяно-грузинского вероисповедания. Зуев же показывал: "Фамилий их я никогда не знал, лиц не помню, видал их мельком. Для входа в квартиру надо было звонить, потом стучать особо и еще говорить пароль. Один офицер был с Кавказа, у него денщик был в черкеске, горец, с кинжалом. Эти офицеры имели связь со Смольным, откуда почти ежедневно получали кое-какие копии, преимущественно информации телеграфа и т.п., существенного значения не имевшие".
Таким образом, на наш взгляд, за убийством В. Володарского стояла организация Шульгина-Филоненко. Об этом же могут свидетельствовать и более поздние события. Арестованный за убийство Урицкого двоюродный брат Филоненко Леонид Канегиссер, уже в заключении, будет обращаться к нему с просьбой организовать вооруженный налет на тюрьму при помощи автомобилей. Правда, к к тому времени Филонеко уже сбежит в Финляндию, где хвастался причастностью к убийству Урицкого.

Существует еще одна версия убийства В.Володарского. Она возникла позднее, в 1922 г., в преддверии процесса правых эсеров. Согласно этой версии, к убийству был причастен боевой эсеровский отряд Семенова-Васильева, который получил санкцию на акцию от одного из лидеров эсеров Гоца (последний это отрицал). Согласно этой версии, боевик Сергеев (рабочий, личность которого, кроме этого свидетельства Семенова, никто не мог удостоверить) репетировал покушение на месте теракта, привязывал место к будущему теракту. Предполагалось в будущем остановить машину бомбой или стеклом и гвоздями, рассыпанными на дороге. После чего расстрелять кого-либо из советских вождей. В этот момент здесь остановилась машина с Володарским, и Сергеев посчитал это знаком свыше и реализовал намеченный на более поздний момент теракт. После чего он бросил преследующим его рабочим бомбу и переплыл Неву.
"… На Шлиссельбургском тракте, у одинокой часовни, недалеко от Фарфорового завода, машина остановилась. Шофер, чертыхаясь, выскочил из кабины и, откинув капот, полез в мотор. Дело долгое… Володарский спустился на булыжник мостовой и, разминая затекшие ноги, не спеша пошел по почти безлюдному шоссе. Он не сделал и полусотни шагов, как впереди от забора на обочине отделилась серая фигура. Человек судорожно выдернул руку из кармана. Раздались выстрелы… Одна из пуль попала Володарскому прямо в сердце". Эта версия после 1922 г. вошла практически во все советские издания.
"..Убийце двадцатишестилетнего комиссара удалось скрыться. Перемахнув забор, он наугад метнул навстречу бежавшим людям осколочную бомбу английского образца, срывая на ходу пиджак, проскочил прибрежные кусты и бросился с низкого берега в холодную невскую воду" (из книги "Чекисты Петрограда на страже революции").
Версия вызывает вопросы не только принадлежностью Семенова к чекистам, но и отсутствием данных на Семенова. Единственно, что, возможно, в выработке версии были задействованы некоторые реальные моменты событий 1918 г.(возможная версия о причинах нахождения на месте преступления убийцы, наличие и использование им бомбы).
Есть и современные конспирологические версии. Однако эти версии достаточно поверхностно проработаны и явно не выдерживают какую-либо критику. Наиболее подробно, но вместе с тем и политизировано (с явным антисоветским и антисемитским уклоном) это изложено в исследовании Николая Коняева. Согласно его версии (без указания на источники), убийство В. Володарского напрямую связано с Гельфандом–Парвусом. Согласно Николаю Коняеву, Володарский "… прикарманил деньги, которые следовало передать Израилю Лазаревичу. И все же, как нам кажется, погубило Моисея Марковича Гольдштейна-Володарского не только крысятничество. Сыграл свою роль и "наезд" его на верного помощника Израиля Лазаревича Гельфанда-Парвуса — Моисея Соломоновича Урицкого". Коняев объясняет суть "наезда" тем, что Володарский 6 июня 1918 г. рассказал Зиновьеву, что Урицкий в прошлом был меньшевиком и отсюда его мягкость. Это выглядит, по крайней мере, смешно. И Зиновьев, и остальные члены большевистской партии это прекрасно знали, как и то, что и Урицкий, и Володарский одновременно вступили в партию большевиков летом 1918 г. в составе меньшевиков-межрайонцев. Более того, Урицкий был в эмиграции вместе с Лениным и Зиновьевым и приехали они одним поездом.

Поэтому что-то открыть о меньшевистском прошлом Урицкого было невозможно, т.к. секрета и не было. Согласно же версии Коняева, с этого момента и начинается подготовка убийства В. Володарского, организованная Урицким, как агентом Парвуса. В дальнейшем все нестыковки дела и странности он объясняет "противодействием" следствию со стороны Урицкого, который, по его мнению, обрывал факты и свидетельства. Данное утверждение не выдерживает никакой критики.
На наш взгляд, Моисей Урицкий не был организатором убийства в той версии, как ее излагает Коняев. Более того, Урицкий в 1917-1918 гг. — наиболее последовательный противник Парвуса. И расследование дела Володаского велось достаточно активно. Хотя велось оно в направлении выявления английского следа и прервалось после убийства Урицкого.
Первоисточник: https://www.nakanune.ru/articles/113652/
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 05 фев 2018, 10:40

Воспоминания о "Пуэбло"

Вчера, 15:00
Воспоминания о "Пуэбло"Корабли 6-го американского флота практически непрерывно патрулируют Черное море. Американские самолеты «Посейдон» и высотные разведывательные беспилотные летательные аппараты «Глобал Хок», базирующиеся на авиабазе Сигонелла (Сицилия), подлетают на 10–15 км к берегам Крыма и даже к Керченскому мосту, тогда как другие американские беспилотники уже два года регулярно барражируют по 15–16 часов вдоль российско-украинской границы от Черного моря до Беларуси. Полвека назад это не могло присниться даже в кошмарном сне, а сегодня – стало явью. В связи с этим мне вспомнился эпизод из далекого прошлого, уже мало известный молодому поколению, который я наблюдал по телерепортажам в режиме реального времени.
АМЕРИКА УСИЛИВАЕТ НАТИСК
С осени 1968 года Соединенные Штаты усилили разведывательную деятельность в северо-западной части Тихого океана. Так, с октября 1967 года по лето 1968 года американский разведывательный корабль «Баннер» (AGER-1) провел восемь походов к берегам СССР и столько же – к берегам КНР и КНДР. Корабль большую часть времени курсировал вдоль кромки территориальных вод, но периодически нарушал границу. Китайские торпедные катера, базировавшиеся в Люйшуне (бывшем Порт-Артуре), пытались перехватить «Баннер», но ему удалось ускользнуть в нейтральные воды.
«Баннер» также вел радиоэлектронную разведку вблизи Владивостока. Официально он ходил в 12 милях от советского побережья, но позже выяснилось, что он приближался к берегу на 4–5 миль. В течение всего похода корабль находился под наблюдением с советского сторожевого корабля. Но затем этот корабль был неожиданно заменен старой землечерпалкой, которая через несколько дней, видимо, выполняя приказ, совершила навал на «Баннер». Разведывательный корабль отделался вмятиной и поспешил покинуть район, отправившись в свой порт. Американцы не афишировали этот инцидент, тем более что он был не первый с участием этого корабля в данном районе. А уже 4 июня 1966 года «Баннер» сталкивается с советским судном «Анемометр» в Японском море. Оба судна получают незначительные повреждения.
ТРАНСПОРТ СТАНОВИТСЯ РАЗВЕДЧИКОМ
11 января 1968 года другой американский разведывательный корабль «Пуэбло» (AGER-2) вышел из военно-морской базы Сасебо (Япония) с задачей радиоэлектронного контроля баз и портов Северной Кореи и наблюдения за советскими кораблями. Данный корабль был построен в 1944 году и представлял собой войсковой транспорт. Под бортовым номером FP-344 судно 10 лет занималось снабжением американских войск на Филиппинах, а в 1954 году его поставили в отстой.
Новая жизнь для «Пуэбло» началась, когда его решили использовать в рамках программы AGER (Auxiliary General Enviromental Research – вспомогательные экологические исследования). На самом деле под этим названием скрывались корабли радиоэлектронной разведки. Впрочем, для приличия в команду таких кораблей включались гражданские ученые-океанологи. В 1966 году начался ремонт и переоборудование судна. Грузовые трюмы были переоборудованы под жилые помещения для увеличившейся команды корабля, а на корме установили прямоугольную надстройку, в которой разместилось радиоэлектронное оборудование.
Водоизмещение «Пуэбло» составляло 900 т, длина – 53,2 м, ширина – 9,75 м, максимальная скорость хода – 12 узлов. «Пуэбло» имел на вооружении два крупнокалиберных пулемета. Экипаж состоял из 83 человек: 6 офицеров, 29 операторов оборудования радиоэлектронной разведки, 44 матроса и 2 гражданских ученых-океанолога. Командиром корабля был назначен 39-летний коммандер Ллойд М. Бачер, а действиями разведчиков руководил 21-летний лейтенант Тимоти Л. Харрис.
21 января 1968 года «Пуэбло» находился у кромки территориальных вод КНДР, где обнаружил советскую подводную лодку в подводном положении и начал за ней слежение, но вскоре потерял контакт. 23 января американцы вновь установили контакт с подводной лодкой и, видимо, так увлеклись преследованием, что зашли в территориальные воды Северной Кореи. В 13 часов 45 минут торпедные и сторожевые катера ВМС КНДР в 7,5 милях от острова Рьедо задержали «Пуэбло», который находился в территориальных водах КНДР (американцы утверждали, что корабль находился в международных водах). При задержании корабль был обстрелян. Один из моряков был убит, а 10 ранены, из них один – тяжело.
Обеспокоенный захватом «Пуэбло», президент Линдон Джонсон собрал консультативное совещание с военными и гражданскими экспертами. Сразу возникло предположение о причастности к инциденту СССР. Министр обороны Роберт Макнамара утверждал, что Советы знали об инциденте заранее, а один из советников президента заметил, «что это нельзя прощать». Макнамара заявил, что за авианосцем «Энтерпрайз» следует советское гидрографическое судно «Гидролог» и, периодически приближаясь к авианосцу на 700–800 м, выполняет те же функции, что и захваченный «Пуэбло». Замечу, что Макнамара лукавил: дело в том, что скорость «Гидролога» была в два, если не в три раза меньше, чем у авианосца.
24 января во время обсуждения американского ответа в Белом доме советник по национальной безопасности Уолтер Ростоу высказал идею дать приказ кораблям Южной Кореи захватить советское судно, следующее за авианосцем «Энтерпрайз» ради симметрии. Подобный «симметричный» ответ мог иметь тяжелые последствия, ведь, по американским данным, за авианосцем «Энтерпрайз» во время его перехода к корейскому побережью «шла» советская атомная подлодка проекта 627А, и неизвестно, как бы среагировал ее командир.
ФЛОТ ИДЕТ К БЕРЕГАМ КОРЕИ
Вскоре по приказу президента у побережья Кореи было сосредоточено 32 американских надводных корабля, в том числе атомный ударный авианосец «Энтерпрайз» (CVAN-65), ударные авианосцы «Рейнджер» (CVA-61), «Тикондерога» (CVA-14), «Корал Си» (CVA-43), противолодочные авианосцы «Йорктаун» (CVS-10) и «Кирсардж» (CVS-33), ракетные крейсера «Чикаго» (CG-11) и «Провиденс» (CLG-6), легкий крейсер «Канберра» (CA-70), атомный ракетный крейсер «Томас Тракстан» и другие. Кроме надводных кораблей к 1 февраля 7-му флоту ВМС США было предписано развернуть у берегов Кореи до девяти дизельных и атомных торпедных подводных лодок.
В такой ситуации СССР не мог оставаться посторонним наблюдателем. Во-первых, от района маневрирования американской эскадры до Владивостока около 100 км, а во-вторых, у СССР с КНДР был заключен договор о взаимном сотрудничестве и военной помощи.
Тихоокеанский флот сразу постарался взять под наблюдение действия американцев. В момент захвата «Пуэбло» советское гидрографическое судно «Гидролог» и сторожевой корабль проекта 50 находились на патрулировании в Цусимском проливе. Они-то и обнаружили американскую авианосную ударную группу (АУГ) во главе с атомным ударным авианосцем «Энтерпрайз», когда она вошла в Японское море 24 января.
25 января президент США Джонсон объявил о мобилизации 14,6 тыс. резервистов. Американские СМИ требовали нанести удар по военно-морской базе Вонсан и силой освободить «Пуэбло». Адмирал Грант Шарп предложил направить эсминец «Хикби» прямо в гавань под прикрытием самолетов с авианосца «Энтерпрайз» и, взяв на буксир «Пуэбло», увести его. Рассматривалось и еще несколько вариантов освобождения разведывательного судна. Впрочем, все они имели мало шансов на успех, поскольку в Вонсане находились семь ракетных катеров проекта 183Р и несколько патрульных катеров, а также береговые батареи. Так что более реальным был план Министерства обороны США, когда оно предлагало разбомбить «Пуэбло», не останавливаясь перед гибелью членов экипажа.
С нашей стороны к Вонсану направилась оперативная эскадра под командованием контр-адмирала Николая Ивановича Ховрина в составе ракетных крейсеров проекта 58 «Варяг» и «Адмирал Фокин», больших ракетных кораблей «Упорный» (проект 57-бис) и «Неудержимый» (проект 56М), эсминцев проекта 56 «Вызывающий» и «Веский». Отряду была поставлена задача осуществлять патрулирование в районе в готовности к защите государственных интересов СССР от провокационных действий. Прибыв на место, Н.И. Ховрин передал донесение: «Прибыл на место, маневрирую, меня интенсивно облетывают «виджеленты» на низкой высоте, почти цепляют за мачты».
Командующий отдал приказ – открывать ответный огонь при явном нападении на наши корабли. Кроме того, командующему авиацией флота Александру Николаевичу Томашевскому было приказано вылететь полком ракетоносцев Ту-16 и облететь авианосцы с выпущенными из люков ракетами КС-10 на низкой высоте, чтобы американцы видели противокорабельные ракеты с головками самонаведения. Томашевский поднял в воздух 20 ракетоносцев и сам возглавил строй.
В районе действия американских авианосных ударных групп были также развернуты 27 советских подводных лодок.
РАЗРЯДКА
С момента облета авианосцев нашими ракетоносцами два из них начали отход в район Сасебо (Япония). Разведку «Энтерпрайза» и «Рейнджера» методом сопровождения и выдачи целеуказания для нанесения ракетного удара осуществляли эсминцы «Вызывающий» и «Веский». Кроме того, их отход фотографировали Ту-95РЦ. Паре последних было поручено сфотографировать авианосец «Рейнджер». Летчики обнаружили его в Восточно-Китайском море и сфотографировали корабль, да так внезапно, что авианосец не успел даже поднять свои истребители. Потом в Москве министр обороны, рассматривая фотографии, упрекнул командующего Тихоокеанского флота в том, что он писал в телеграмме, будто авианосец не успел поднять свои истребители, а вот на снимке над авианосцем виден самолет. Но тот ему пояснил, что это самолет наш, с майором Лайковым, а фотографировал его ведомый, он – на высоте.
23 декабря 1968 года, когда американское правительство принесло официальные извинения и признало факт пребывания судна в территориальных водах Северной Кореи, все 82 члена экипажа и тело погибшего моряка были отправлены в США. «Пуэбло» же оставался на приколе в гавани Вонсана, а в 1995 году был доставлен в Пхеньян, где стал использоваться в качестве музея.
Думаю, что эпизод полувековой давности следует вспомнить американским адмиралам, направляющим авианосные соединения к берегам Кореи.
Автор: Александр Широкорад Первоисточник: http://nvo.ng.ru/realty/2018-02-02/9_982_pueblo.html
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 05 фев 2018, 15:52

«Доктрина командования давала мне право сбросить бомбу»
60 лет назад бомбардировщик сбросил водородную бомбу у берегов США

Отдел «Наука» 05.02.2018, 10:21
United States Department of Energy/Wikimedia
60 лет назад у берегов США бомбардировщик сбросил термоядерную бомбу после столкновения в воздухе. Об одном из самых опасных инцидентов «Холодной войны» вспоминает «Газета.Ru».
19

1

1


Нужны ли России госкорпорации?

Новости партнеров
Читайте также
Эффективность госкорпораций
Робо-трактор доехал до главного приза
Живите с удовольствием!
Новости партнеров

Wikimedia Commons
60 лет назад в небе над американским штатом Джорджия произошел инцидент, который привел к потере термоядерной бомбы. 5 февраля 1958 года бомбардировщик B-47 полковника Говарда Ричардсона выполнял секретный полет в интересах американского Стратегического командования.

Был разгар холодной войны, и целью полета была тренировка по выполнению дальних полетов на случай, если поступит приказ, и летчикам потребуется взлететь с их авиабазы Хомстед во Флориде и взять курс к одной из целей на территории СССР.

Тренировка была приближена к условиям реального боевого вылета, потому на борту находилась водородная бомба Mark 15 весом в 3500 кг.

«Отбомбившись» над территорией условного противника, экипаж взял курс на юг, на свою базу. Пролетая над Северной Каролиной примерно в 2 часа ночи, экипаж ощутил удар, в результате которого оказалось повреждено правое крыло бомбардировщика, и едва не оторвался крайний правый, шестой двигатель, который остался висеть под углом 45 градусов.

Wikimedia Commons
«Мы почувствовали сильный удар и увидели вспышку справа. Мы не знали, что это было, но это мог быть только другой самолет», — вспоминал позднее командир экипажа.

После удара самолет стал падать, однако командиру удалось взять управление под контроль и выровнять его на высоте семи километров. Вскоре Ричардсон принял решение, которое позволило с одной стороны облегчить самолет, с другой –избежать глобальной катастрофы в случае неудачной посадки.

Экипаж решил избавиться от термоядерной бомбы и сбросить ее в море.

«Тактическая доктрина Стратегического командования ВВС давала мне право сбросить ее ради безопасности экипажа – это было задачей номер один», — утверждал Ричардсон.


Ричардсон вспоминал, что решение о сбросе бомбы было принято почти мгновенно, и считал, что все в тот момент было сделано правильно. «У нас случилось ЧП и я безопасно посадил самолет... За это от командования я получил Крест летных заслуг». – вспоминал он.

Бомба была сброшена близ острова Тайби, экипаж отметил место сброса, после чего самолет благополучно приземлился на авиабазе Хантер в Саванне. Командир второго самолета, истребителя F-86, сильно пострадавшего после столкновения, сумел катапультироваться и выжил. Сразу после инцидента начались масштабные поиски упавшего боеприпаса.

Многочисленные попытки обнаружить бомбу, первая из которых продлилась до апреля 1958 года, ни к чему не привели. Считается, что она упала в мелководный залив Уоссо и увязла в грунте на глубине 1,5—4,5 м. Неясным остается и опасность сброшенной бомбы.

Сам Ричарсон утверждал, что опасность взрыва отсутствует, поскольку на бомбе осутствовал плутониевый взрыватель. По его словам, это связано с тем, что экипаж выполнял тренировочный полет.

Однако в рассекреченных много лет спустя показаниях, данным в 1966 году помощником министра обороны США, говорилось,

что потерянный боеприпас был «готовым оружием, бомбой с ядерной капсулой».

Несмотря на то, что Минобороны давно прекратило поиски бомбы, местные жители до сих опасаются потерянного 60 лет назад боеприпаса. В 2004 году отставной летчик Дерек Дюк зафиксировал повышенный фон радиации в прибрежных водах Саванны. Последовавшее расследование установило, что фон соответствует природному.

Тем не менее в США продолжают высказываться опасения о возможности термоядерного взрыва, который мог был уничтожить часть восточного побережья. Есть страхи и того, что боеприпасом могут завладеть различные террористические группы.

Инцидент 5 февраля 1958 года с водородной бомбой не был первым и последним. По состоянию на 2013 год Минобороны США насчитало более тридцати аналогичных инцидентов под кодовым названием Broken Arrow с ядерными боеприпасами.

Одним из самых известных стал инцидент над Туле в Гренландии, произошедший 50 лет назад в Гренландии. Тогда из-за возникшего пожара потерпел крушение бомбардировщик B-52 с четырьмя термоядерными бомбами. Катастрофа привела к скандалу.

Падение бомбардировщика с термоядерными бомбами на борту означало, что США нарушили существовавшие договоренности. Представители общественности выдвигали претензии к правительству Дании, которое, по их мнению, оказалось неспособно сдержать взятые на себя обязательства.
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 07 фев 2018, 22:43

Штрафбат Адольфа Гитлера

Вчера, 03:09
Каратели ворвались в белорусскую деревню Хатынь 22 марта 1943 года. 149 жителей Хатыни гитлеровцы заперли в сарае, обложили соломой и подожгли. Мирные люди сгорели заживо. Это была месть за обстрел партизанами немецкой колонны, во время которого погиб капитан полиции Ганс Вёльке – чемпион по толканию ядра на Олимпиаде-1936 и любимец Адольфа Гитлера. Сожжение Хатыни – лишь один из эпизодов в страшном пути зондер-батальона СС «Дирлевангер». Это подразделение было уникальным в худшем смысле этого слова. Даже на фоне других подразделений СС каратели из «Дирлевангера» отличались особой жестокостью. В этом не было ничего удивительного – «Дирлевангер» укомплектовали настоящими подонками, уголовными преступниками и антисоциальными элементами всех мастей.
О штрафбатах в Красной армии в годы Великой Отечественной войны в последние годы говорят и пишут очень много, даже фильм сняли. Между тем, штрафные батальоны были не сталинским, а гитлеровским изобретением. Именно в Третьем рейхе первыми были созданы воинские части, комплектуемые солдатами, совершившими какие-либо уголовные преступления. В 1936 году были созданы «Особые подразделения» (Sonderabteilungen), а в 1940 году, когда уже шла Вторая мировая война и росла потребность в живой силе на фронте, в вермахте, люфтваффе и на флоте были сформированы «Полевые особые подразделения», комплектуемые по тому же принципу – солдатами, которым срок лишения свободы заменялся подобной службой. В «полевые особые подразделения» солдата переводили на срок от трех до пяти лет. В отличие от советских штрафных батальонов, в вермахте ни личное мужество, ни настоящие подвиги не могли повлиять на перевод солдата из «особого подразделения» в обычные части, однако военнослужащих на время прохождения службы в «особых подразделениях» званий и наград не лишали.
В июне 1940 года начальник Главного управления СС бригаденфюрер Готтлоб Бергер (на фото) предложил своему шефу Генриху Гиммлеру создать особые подразделения, которые можно было бы укомплектовать браконьерами. Он исходил из соображений, что браконьеры, с одной стороны, не являются обычными уголовными преступниками, поскольку не покушались на личность или имущество, а с другой стороны в большинстве своем являются превосходными охотниками и стрелками, чьи навыки могут очень пригодиться на фронте. Гиммлер инициативу Бергера одобрил, после чего последний сразу же предложил руководителю СС кандидатуру на роль командира такого подразделения. Это был близкий друг Бергера Оскар Пауль Дирлевангер.
Для военнослужащего Дирлевангер был уже человеком не молодым – он родился в 1895 году и когда Бергер предложил его на роль командира «браконьерского» отряда, ему было 45 лет. За плечами Оскара Пауля была полная приключений жизнь, в которой нашлось место и фронтовой храбрости, и отвратительным преступлениям. В 1913 году 18-летний Дирлевангер поступил на срочную службу в пулеметную роту 123-го гренадерского полка. Когда началась Первая мировая война, полк был брошен на Западный фронт. Дирлевангеру довелось повоевать во Франции и Бельгии, получить несколько ранений и Железный крест обеих степеней. Храбрый солдат сделал головокружительную для немецкой армии карьеру, дослужившись до звания лейтенанта. В 1918 году, уже в качестве командира пулеметной роты 121-го пехотного полка, Дирлевангера направили на Восточный фронт, где он участвовал в боевых действиях и оккупации Украины.
Поражение в Первой мировой войне многие фронтовики восприняли тяжело. Значительная часть бывших военных составила базу немецких праворадикальных организаций и ополчения «Фрайкор». Вступил в ряды фрайкора и Дирлевангер (на фото), который в 1920-1921 гг. участвовал в расправах над коммунистами в целом ряде немецких городов. Из Высшей коммерческой школы в Мангейме отставного офицера исключили за антисемитизм, но в 1922 году Дирлевангеру все же удалось завершить обучение в университете Франфурта-на-Майне, где кавалер Железного креста получил степень доктора общественно-политических наук. В том же 1922 году Дирлевангер первый раз вступил в НСДАП, но был исключен за то, что не подчинился закону о разоружении. В 1926 году он второй раз стал членом НСДАП. Долгое время Дирлевангер работал на непримечательных должностях в банках и на предприятиях, однако работа в банках закончилась обвинениями в растратах, а с должности управляющего текстильной фабрикой его уволили за махинации.
В 1933 году, после прихода к власти нацистов, Дирлевангера как проверенного человека назначили заведующим отделом в управление по труду и занятости населения в Хайльброне, затем он возглавил это управление. Тем не менее, преданность нацистским идеям и героическое прошлое не помогли Дирлевангеру избежать уголовного наказания – в 1934 году его осудили на два года за сексуальные связи с 13-летней девочкой. По приговору суда Дирлевангера лишили ученой степени, воинского звания, наград и исключили из НСДАП. Казалось, на карьере Дирлевангера на государственной службе был поставлен крест. Но помог друг – тот самый Готтлоб Бергер. Именно он посоветовал Дирлевангеру записаться добровольцем в Иностранный легион Испании. Оказавшись на Пиренейском полуострове, Дирлевангер присоединился к немецкому добровольческому легиону «Кондор», сражавшемуся на стороне войск генерала Франко. В Испании Дирлевангер прослужил до 1939 года, получил Испанский крест и вернулся на родину уже более уверенным в своих силах. Он добился восстановления в рядах НСДАП и возвращения ему докторской степени.
В июне 1940 года, после разговора Бергера с Гиммлером о браконьерах, Дирлевангера приняли в СС в звании оберштурмфюрера (старшего лейтенанта) и направили в концентрационный лагерь Заксенхаузен – подобрать из содержащихся там браконьеров кандидатов на службу в формирующемся подразделении. Первоначально подразделение назвали «Команда браконьеров Ораниенбург», а с 1 сентября 1940 года оно было переименовано в Особый батальон СС «Дирлевангер». Таким образом, название батальон получил в честь своего командира. Оскар Пауль подобрал в свое подразделение редких отморозков, тем не менее, обладавших неплохими боевыми качествами. Генрих Гиммлер, приехавший инспектировать необычный батальон, остался очень доволен уровнем подготовки его военнослужащих. Так в СС появился свой штрафбат специального назначения.
Штрафбат Адольфа Гитлера
Батальон «Дирлевангер» получил статус добровольческого формирования при войсках СС и подчинен непосредственно начальнику Главного управления СС группенфюреру (с 1941) Готтлобу Бергеру. Статус служащих «Дирлевангера» отличался от статуса других эсэсовцев – они стояли на ступень ниже и приравнивались к добровольческим формированиям при СС, набранным из представителей других, негерманских народов, то есть – хорватов, прибалтов, украинцев и т.д. В 1943 году этот особый статус был подтвержден даже тем, что с петлиц военнослужащих «Дирлевангера» убрали скрещенные руны – символ СС, заменив их двумя скрещенными карабинами и ручной гранатой под ними. Характер комплектования «Дирлевангера» также отличался от обычных штрафных батальонов вермахта. Если в штрафные батальоны отправляли за относительно мелкие нарушения, в первую очередь воинской дисциплины, то «Дирлевангер», появившись как «команда браконьеров», по мере роста фронтовых потерь принимал в свои ряды все больше настоящих преступников – грабителей и разбойников, убийц, насильников, взломщиков. В германской полиции для людей, совершивших повторное преступление, существовало определение «профессиональный преступник» — аналог советского «рецидивист». Таких «профессионалов» в «Дирлевангере» было много.
С середины 1941 года батальон «Дирлевангер» нес службу в Польше. Верховным руководителем СС и полиции в Польше в это время был генерал полиции и обергруппенфюрер СС Фридрих Крюгер – сторонник максимально жестких мер по отношению к еврейскому и даже польскому населению. Но и у него действия «штрафников» Оскара Дирлевангера вызвали бурное негодование. В конце концов, Крюгер добился перевода батальона, к тому времени крайне негативно зарекомендовавшего себя грабежами, изнасилованиями и убийствами мирных жителей, на территорию оккупированной Белоруссии. Здесь «штрафникам» предстояло бороться с партизанами. Поскольку потерь в батальоне становилось все больше, в январе 1942 года Дирлевангер получил разрешение набирать в свое подразделение добровольцев из числа местного населения – русских, белорусов и украинцев. Вскоре численность личного состава удалось поднять до 320 человек. На вооружении подразделения находились 2 противотанковые пушки, 22 пулемета и 5 минометов. Непосредственное командование всеми антипартизанскими формированиями на оккупированных территориях Польши, Белоруссии и России осуществлял обер-группенфюрер СС и генерал полиции Эрих фон дем Бах Целевски.
На батальон «Дирлевангер» было возложено проведение антипартизанских операций, которые каратели успешно сочетали с преступлениями против мирного населения. Генерал фон дем Бах Целевски предпочитал закрывать глаза на бесчинства, творимые «штрафбатом спецназначения». В августе 1942 года, учитывая напряженную ситуацию на востоке, Адольф Гитлер лично утвердил расширение «Дирлевангера» до двух батальонов, а в октябре 1942 г. разрешил принимать в «Дирлевангер» военнослужащих вермахта, совершивших какие-либо преступления. При этом, в отличие от обычных штрафбатов, службу в «Дирлевангере» рассматривали как реабилитацию и после определенного срока военнослужащие вермахта возвращались в «родные» подразделения.
В связи с увеличением численности личного состава, весной 1943 года батальон был переименован в зондер-полк СС «Дирлевангер». Второй батальон полка было разрешено укомплектовывать преступниками, в том числе осужденными за особо тяжкие преступления. В конце мая 1943 года в полк были приняты 500 человек – в основном отъявленные преступники. К этому времени сам Оскар Пауль Дирлевангер носил уже звание оберштурмбанфюрера СС (подполковника), успев с 1940 года вырасти в чинах с оберштурмфюрера (обер-лейтенанта). Его опорой были те самые браконьеры, с которых начался путь подразделения в 1940 году и которые оставались костяком зондер-полка.
В боях с партизанами и с Красной армией полк «Дирлевангер» нес огромные потери, которые было сложно сравнить с потерями других воинских частей СС и вермахта. Так, к концу декабря 1943 года численность полка сократилась до 259 человек. Сам Дирлевангер, отличавшийся немалой личной храбростью, получил несколько высоких наград. К февралю 1944 года в полк прибыло новое пополнение преступников, причем от русских добровольцев было решено отказаться по причине их ненадежности.

Когда в августе 1944 года в Варшаве началось знаменитое восстание, полк «Дирлевангер» был срочно переброшен на его подавление. Во время действий в Варшаве каратели проявили невиданную даже по гитлеровским меркам жестокость. Они грабили, насиловали, убивали польское население. Количество жертв «Дирлевангера» достигает десятков тысяч человек. Но серьезные потери понес и сам карательный полк – ко времени вступления в Варшаву в нем служили 881 человек, затем были присланы пополнения общей численностью в 2500 человек. Однако из примерно 3380 карателей в строю осталось лишь 648 человек. Варшавские потери «Дирлевангера» оцениваются в 2733 человека. В октябре 1944 года, после подавления восстания, полк «Дирлевангер» встретил новое пополнение и был переименован по этому случаю в Зондер-бригаду СС «Дирлевангер», а затем – во 2-ю штурмовую бригаду СС «Дирлевангер». Численность бригады составила около 4 тысяч солдат и офицеров. Осенью 1944 г. «Дирлевангер» подавлял восстание в Словакии, а в декабре 1944 года действовал в Венгрии.
Боеспособность «Дирлевангера» сложно оценивать по единому критерию. Лучше всего сражался батальон, укомплектованный военнослужащими, переведенными из других подразделений – у них были и опыт боевых действий, и мотивация. Уголовники отличались в зверствах по отношению к мирному населению. Самыми ненадежными были политические заключенные, которых к концу войны тоже разрешили принимать в «Дирлевангер». Среди политзаключенных было много коммунистов и социал-демократов, которые, оказавшись на фронте, предпочитали дезертировать и сдаваться в плен Красной армии.
14 февраля 1945 года Гиммлер распорядился преобразовать бригаду в 36-ю гренадерскую дивизию СС «Дирлевангер». Поскольку теперь она действовала на фронте, в ее состав передали 1244-й гренадерский полк, 681-й противотанковый батальон, танковый батальон и 687-ю саперную бригаду. 15 февраля 1945 года оберфюрер СС Оскар Дирлевангер лично возглавил контратаку, получил свое двенадцатое ранение и был отправлен на лечение в госпиталь. Дивизию возглавил бригаденфюрер СС Фриц Шмедес, прежде командовавший 4-й полицейской танково-гренадерской дивизией СС и переведенный в «Дирлевангер» за отказ от выполнения приказа вышестоящего командования.
Во время боев в Силезии дивизия понесла серьезные потери и концу апреля 1945 года практически прекратила свое существование. Например, в одном из полков осталось всего 36 человек, остальные были убиты или дезертировали. Раненый Дирлевангер, лечившийся в госпитале, попал в плен к полякам. 1 июня 1945 года его перевели в тюрьму, где 7 июня 1945 года он скончался, будучи избит польскими солдатами. Гитлеровский «штрафбат специального назначения» прекратил свое существование практически вместе с самим Адольфом Гитлером, а его основатель и бессменный командир не прожил и месяца после Великой Победы.
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 09 фев 2018, 16:17

факты о Белой гвардии

Самые шокирующие факты о Белой гвардии Жалоба Президенту jurist-14.rujurist-14.ru Горячая линия! Бесплатная онлайн-консультация! Помощь в составлении жалоб! Апелляционная жалобаКассационная жалобаВ судЖалоба в прокуратуру Скрыть рекламу: Не интересуюсь этой темой Товар куплен или услуга найдена Нарушает закон или спам Мешает просмотру контента Спасибо, объявление скрыто. Яндекс.Директ Белогвардейцы были одной из главных сил в Гражданской войне в России. Немного о Белом движении знает, пожалуй, каждый гражданин нашей страны. Мы расскажем о некоторых фактах, до сих пор остающихся неизвестными широкой общественности. Грамоте не обучены Если посмотреть фильмы отечественного кинематографа, то создается впечатление, что белогвардйецы – это сплошь «белая кость», дворяне и аристократы, не чета рабоче-крестьянскому люду Красной Армии. Однако такая картина сильно приукрашена. Абсолютное большинство офицеров Белого движения вышли из разночинцев – непривилегированного сословия, представители которого не принадлежали ни к дворянам, ни к духовенству, ни к купечеству, ни к крестьянству. Как утверждают историки, ссылаясь на документы Академии Генштаба, далеко не все белогвардейские офицеры были обучены грамоте, многие демонстрировали довольно посредственные знания истории и географии, а также «отсутствие ясности мышления». Конечно, в рядах белых были образованные и очень образованные офицеры, но их принадлежность к представителям голубой крови есть миф, не отражающий действительность. Идейных было мало Многие белогвардейские офицеры не отличались идейностью, поэтому нередко сдавались в плен красноармейцам. Так, во время эвакуации Вооруженных сил юга России в Крым в марте 1920 года в плен попали около 10 тысяч офицеров армии генерала Антона Деникина и почти столько же колчаковцев. При этом большая часть пленных впоследствии была принята в Красную Армию, которая остро нуждалась в квалифицированных кадрах. В связи с большим количеством бывших белых офицеров, желавших стать красноармейцами, большевики ввели квоту – доля экс-белогвардейцев в командном составе рабоче-крестьянской армии не должна была превышать 25 процентов. Лишних отправляли в тыл или на чтение лекций в военные училища. Белогвардейский «Иуда» В истории Белого движения есть свой главный предатель – французский генерал Морис Жанен. Во время отступления армии адмирала Александра Колчака на восток в декабре 1919 года Жанен пообещал Верховному правителю России, что доставит его в безопасное место. Вместо этого поезд с адмиралом 15 января 1920 года прибыл в Иркутск, где Колчак был задержан чехами. Те выдали его эсерам и меньшевикам, а через них адмирал попал в руки большевиков. В феврале он был расстрелян. «Генерал без чести» – такое прозвище получил Жанен за свое предательство. Трагедия Северо-Западной армии Северо-Западная армия под командованием генерала Николая Юденича осенью 1919 года вела упорные бои на петроградском направлении с целью захвата столицы. Не сумев достичь своих целей, белые в ноябре начали отступать в Эстонию. Там солдаты и офицеры были разоружены и отправлены в концлагеря. Находившийся в гибнущей армии писатель Александр Куприн вспоминал, что военнослужащие несколько суток ночевали на голой земле при лютом морозе, не хватало теплой одежды и медикаментов. Наличие крыши над головой в бараках и загонах для скота не слишком спасало положение: там тоже не было кроватей и одеял. В концлагерях, где содержались белогвардейцы, началась эпидемия тифа. По оценкам историков, от болезни погибли более четырех тысяч человек. Журналист Стефан Рацевич позже вспоминал как на кладбища мчались грузовики с «голыми скелетами», едва прикрытыми рваным брезентом. Беспредельщик Анненков Далеко не все участники Белого движения отличались аристократизмом, но были среди белогвардейцев и настоящие мясники. Самым известным из них был генерал Борис Анненков – командующий Отдельной Семиреченской армией. Среди его «заслуг» – зверское подавление большевистского восстания в Павлорадском и Славогорском уездах. Однажды, захватив участников одного из крестьянских съездов, Анненков лично зарубил 87 человек. Было замучено много непричастных к восстанию людей, казаки Анненкова уничтожали целые села. Так, в Колпаковке были убиты 733 человека, в Подгорном - 200. При этом в отряде «главмясника» было немало наемников: китайцев, уйгуров и даже афганцев. После поражения Белого движения Анненков скрылся в Китае, однако в 1926 году был выдан СССР. Суд приговорил его к высшей мере наказания – расстрелу. Ничего святого Принято думать, что экспроприацией (изъятием) церковных ценностей занимались только большевики. На самом деле приложили к этому руку и белогвардейцы. Хорошо известен рейд 7-8 тысяч сабель под командованием генерала Константина Мамонтова по тылам красных в районе Воронежа в августе 1919 года. Кроме уничтожения солдат противника и его провианта белогвардейцы хорошо прошлись по местным церквям. Газета «Приазовский край» писала, помимо прочего, что мамонтовцы везут с собой в качестве трофеев иконы в золотых окладах, церковные сосуды и другие ценности. Награбленного было так много, что Деникин создал специальную комиссию по учету трофеев. Икон насчитали 250 штук, остальное церковное имущество уместилось в шести больших ящиках.09/02/2018 Белогвардейцы были одной из главных сил в Гражданской войне в России. Немного о Белом движении знает, пожалуй, каждый гражданин нашей страны. Мы расскажем о некоторых фактах, до сих пор остающихся неизвестными широкой общественности.

Грамоте не обучены

Если посмотреть фильмы отечественного кинематографа, то создается впечатление, что белогвардйецы – это сплошь «белая кость», дворяне и аристократы, не чета рабоче-крестьянскому люду Красной Армии. Однако такая картина сильно приукрашена. Абсолютное большинство офицеров Белого движения вышли из разночинцев – непривилегированного сословия, представители которого не принадлежали ни к дворянам, ни к духовенству, ни к купечеству, ни к крестьянству.

Как утверждают историки, ссылаясь на документы Академии Генштаба, далеко не все белогвардейские офицеры были обучены грамоте, многие демонстрировали довольно посредственные знания истории и географии, а также «отсутствие ясности мышления». Конечно, в рядах белых были образованные и очень образованные офицеры, но их принадлежность к представителям голубой крови есть миф, не отражающий действительность.

Идейных было мало

Многие белогвардейские офицеры не отличались идейностью, поэтому нередко сдавались в плен красноармейцам. Так, во время эвакуации Вооруженных сил юга России в Крым в марте 1920 года в плен попали около 10 тысяч офицеров армии генерала Антона Деникина и почти столько же колчаковцев.

При этом большая часть пленных впоследствии была принята в Красную Армию, которая остро нуждалась в квалифицированных кадрах. В связи с большим количеством бывших белых офицеров, желавших стать красноармейцами, большевики ввели квоту – доля экс-белогвардейцев в командном составе рабоче-крестьянской армии не должна была превышать 25 процентов. Лишних отправляли в тыл или на чтение лекций в военные училища.

Белогвардейский «Иуда»

В истории Белого движения есть свой главный предатель – французский генерал Морис Жанен. Во время отступления армии адмирала Александра Колчака на восток в декабре 1919 года Жанен пообещал Верховному правителю России, что доставит его в безопасное место.

Вместо этого поезд с адмиралом 15 января 1920 года прибыл в Иркутск, где Колчак был задержан чехами. Те выдали его эсерам и меньшевикам, а через них адмирал попал в руки большевиков. В феврале он был расстрелян. «Генерал без чести» – такое прозвище получил Жанен за свое предательство.

Трагедия Северо-Западной армии

Северо-Западная армия под командованием генерала Николая Юденича осенью 1919 года вела упорные бои на петроградском направлении с целью захвата столицы. Не сумев достичь своих целей, белые в ноябре начали отступать в Эстонию. Там солдаты и офицеры были разоружены и отправлены в концлагеря.

Находившийся в гибнущей армии писатель Александр Куприн вспоминал, что военнослужащие несколько суток ночевали на голой земле при лютом морозе, не хватало теплой одежды и медикаментов. Наличие крыши над головой в бараках и загонах для скота не слишком спасало положение: там тоже не было кроватей и одеял.

В концлагерях, где содержались белогвардейцы, началась эпидемия тифа. По оценкам историков, от болезни погибли более четырех тысяч человек. Журналист Стефан Рацевич позже вспоминал как на кладбища мчались грузовики с «голыми скелетами», едва прикрытыми рваным брезентом.

Беспредельщик Анненков

Далеко не все участники Белого движения отличались аристократизмом, но были среди белогвардейцев и настоящие мясники. Самым известным из них был генерал Борис Анненков – командующий Отдельной Семиреченской армией.

Среди его «заслуг» – зверское подавление большевистского восстания в Павлорадском и Славогорском уездах. Однажды, захватив участников одного из крестьянских съездов, Анненков лично зарубил 87 человек. Было замучено много непричастных к восстанию людей, казаки Анненкова уничтожали целые села. Так, в Колпаковке были убиты 733 человека, в Подгорном - 200.

При этом в отряде «главмясника» было немало наемников: китайцев, уйгуров и даже афганцев. После поражения Белого движения Анненков скрылся в Китае, однако в 1926 году был выдан СССР. Суд приговорил его к высшей мере наказания – расстрелу.

Ничего святого

Принято думать, что экспроприацией (изъятием) церковных ценностей занимались только большевики. На самом деле приложили к этому руку и белогвардейцы. Хорошо известен рейд 7-8 тысяч сабель под командованием генерала Константина Мамонтова по тылам красных в районе Воронежа в августе 1919 года.

Кроме уничтожения солдат противника и его провианта белогвардейцы хорошо прошлись по местным церквям. Газета «Приазовский край» писала, помимо прочего, что мамонтовцы везут с собой в качестве трофеев иконы в золотых окладах, церковные сосуды и другие ценности. Награбленного было так много, что Деникин создал специальную комиссию по учету трофеев. Икон насчитали 250 штук, остальное церковное имущество уместилось в шести больших ящиках.
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 10 фев 2018, 09:22

Эшелоны надежды

Сегодня, 07:03

7 февраля 1943 года, всего через 19 дней после прорыва блокады, на Финляндский вокзал еще осажденного Ленинграда, благодаря построенной в рекордные сроки 33-километровой железнодорожной ветке, пришел первый поезд с Большой земли.
Железнодорожное сообщение Ленинграда со страной было прервано в августе 41-го, когда враг перерезал Октябрьскую магистраль, вышел на ближние подступы к городу и замкнул кольцо блокады.
Единственной ниточкой, связавшей северную столицу с Большой землей, стала легендарная Дорога жизни. К берегу Ладоги свозились, в общей сложности, миллионы тонн грузов – продукты, топливо, боеприпасы, которые по озеру переправляли в осажденный город: в навигацию – на катерах и баржах, зимой – на грузовиках по ледяной трассе. Этого мизера было явно недостаточно для огромного города. В конце 42-го, чтобы увеличить доставку грузов по Ладоге, начали строить свайно-ледовую переправу. К середине января 43-го она была почти готова. Но не пригодилась: 18 января 1943-го после недельных ожесточенных боев операции «Искра» войска Ленинградского и Волховского фронтов соединились, пробив брешь в блокадном кольце – узкий коридор шириной с десяток километров, который наши бойцы удерживали целый год до полного снятия блокады. Благодаря этому, возникла реальная возможность наладить транспортный конвейер по обеспечению города-фронта всем необходимым, естественно, по военным меркам.
Уже 19 января на левый берег Невы, в освобожденный Шлиссельбург прибыли военные строители, железнодорожники, тысячи ленинградских женщин, чтобы в как можно скорее в прорубленном коридоре построить мост через Неву и железнодорожную ветку. Из 33 километров от Шлиссельбурга до Полян восемь пролегали в прифронтовой зоне, под носом у противника. 5000 человек рубили лес, делали шпалы, подносили грунт из ближайшего карьера в мешках, так как машины не могли проехать по болотам, укладывали рельсы. И все это в январские морозы, под пронизывающим ладожским ветром, при постоянных обстрелах. Саперы обезвредили более двух тысяч мин, сотни неразорвавшихся снарядов и авиабомб. Одновременно началось строительство моста через Неву в районе Староладожского канала. Ширина реки там 1050 метров, а глубина – 6,5 метра.
Первый, временный мостовой переход получился длиной 1300 метров. По сути это была вмороженная в лед полукруглая эстакада, обращенная выгнутой стороной к Ладоге, навстречу течению – для прочности. Работали круглосуточно и тоже под огнем противника. Теперь трудно даже представить, хотя это так – мост построили за 11 дней.
2 февраля эстакаду испытали, а 6-го, на два дня раньше намеченного срока, по ней в осажденный город проследовал первый поезд с Большой земли. На паровозе был укреплен плакат «Привет героическим защитникам Ленинграда!» и портрет Сталина.
Участник тех событий, ветеран-машинист, в 1943-м – представитель наркомата путей сообщения в Волховстрое, а после Великой Отечественной – председатель Совнаркома Карелии, депутат Верховного Совета СССР Вальдемар Виролайнен рассказывал корреспонденту «ВПК»: «Последние 10 дней я находился среди строителей, и в первый поезд подсел на станции Междуречье. Мы в депо организовали соревнование машинистов за право вести первый поезд в Ленинград. По нам все время били немецкие батареи, но к счастью, ни один снаряд ни в поезд, ни в путь не попал. На станции Левоборежной пришлось постоять, потому что военные грузили танки. А дальше я взял управление поездом в свои руки. Сам переехал через Неву по новому мосту. Здесь меня встретил Павел Лукницкий – военный корреспондент Ленинградского фронта. Еще в апреле 42-го, мечтая о будущем, я ему сказал, что первый поезд поведу в Ленинград, а он говорит: я тебя встречу. Так и получилось. Он забрался в паровоз, мы обнялись, проронили слезу. А дальше повел поезд на Мельничий ручей. Во всех населенных пунктах нас встречали. Было всеобщее ликование. Проехали Ржевку – фактически городскую черту и прибыли на Финляндский вокзал – на ту же самую платформу, на которой я в 17-м году в апреле встречал Ленина. На платформе выстроился почетный караул из воинов-железнодорожников, духовой оркестр. Очень много народу. Был настоящий праздник…»
Репортаж на Москву и всю страну о прибытии первого поезда вел собственный корреспондент Всесоюзного радио на Ленинградском фронте Матвей Фролов: «Мы ждали первый поезд на Финляндском вокзале с утра 6 февраля, но встреча состоялась только на следующий лень, в 10 часов 9 минут. В моей записной книжке сохранилась часть текста из тогдашнего репортажа: «Поезд уже близко, виден дымок… Послушайте, друзья, настоящий поезд! Пройдет немного времени, и где-то на полустанке пассажир скажет кассиру торжественно и радостно: «В Ленинград!» И, наверное, в эту минуту улыбнется кассир и сердечно поздравит пассажира. Да, давно кассиры не продавали билеты в Ленинград». Это сказано в день прихода первого поезда».
Каждый состав с Большой земли перевозил больше грузов, чем суточная вахта полуторок по льду Дороги жизни (она действовала до весеннего половодья – до конца марта 1943 года). Кроме топлива и боеприпасов, по железной дороге в Ленинград повезли пшеницу, рожь, картофель, консервы, сыр, другие продукты. И уже через считанные дни после начала железнодорожного движения в Ленинграде были введены нормы продовольственного снабжения, установленные для крупнейших промышленных центров страны. Работники оборонных заводов и металлургических цехов стали получать по 700 граммов хлеба в день, рабочие других предприятий по 600, служащие – по 500, дети и иждивенцы – 400. Более того, вскоре в городе удалось создать трехмесячные, а по зерну и муке даже четырехмесячные запасы продуктов.
33-километровую железнодорожную ветку в Ленинграде назвали Дорогой Победы. Каждый рейс через насквозь простреливаемый коридор, под огнем врага, назло ему – был нашей победой и подвигом.
До начала апреля за ночь удавалось проводить по 7-8 поездов. А для города и фронта требовалось не менее 30-40 составов в сутки.
Сразу же после открытия железнодорожного движения и сдачи линии Шлиссельбург–Поляны приступили к строительству более надежного, не ледового, а высоководного железнодорожного моста через Неву. Его соорудили в полукилометре ниже по течению от свайной эстакады. Новую переправу длиной 852 метров и высотой чуть более 8 метров держали 114 опор на сваях. Вокруг возвели ледозащитные сооружения, боновые заграждения от плавающих мин, которые враг мог сбросить с самолетов. Продумали контрбатарейную и противовоздушную защиту, даже задымление переправы, что затрудняло ориентировку вражеских наводчиков при авианалетах и артобстрелах. В конструкции сразу предусмотрели пять 20-метровых пролетов для малых судов и даже один разводной – для пропуска больших кораблей с высокими мачтами. По мосту следовал и автотранспорт, для этого соорудили настил из бревен. Наперекор всем трудностям и потерям, переправу возвели за месяц и четыре дня. 18 марта установили последнее пролетное строение, и в тот же день в 18 часов 50 минут по мосту прошел обкаточный поезд. Регулярное движение открыли на рассвете, в 5 часов 25 минут 19 марта, после чего временную свайно-ледовую эстакаду вначале хотели разобрать, но из-за частых артобстрелов оставили в качестве дублера до вскрытия льда на Неве.
Параллельно, по болотам вдоль Староладожского канала – на более безопасном расстоянии от врага – построили 18-километровую обходную линию.
Серьезнейшие испытания пришлось пережить железнодорожникам и путейцам с наступлением весны, когда с таянием болотистой почвы начались размывы пути. На некоторых участках в воду и грязь погружались целые звенья, так что проходившие по ним поезда порой были похожи на пароходы. Просадки рельсов часто приводили к саморасцепке вагонов, приходилось останавливать дорогу. В марте движение поездов прерывалось четырежды, в апреле – 18 раз. Более 3000 человек поддерживали трассу, по ночам подсыпая балласт, поднимая и укрепляя пути. Кое-где рельсы до самых осенних заморозков были залиты водой. По воде шли обходчики, проверявшие стыки, в воде меняли болты, ставили подкладки под рельсы, проверяли зазоры…
Всех, кто обслуживал Дорогу Победы, перевели на военное положение, с фронта отозвали квалифицированных железнодорожников. Среди тех, кто водил поезда по Синявинским болотам, был и Георгий Федоров: «Сначала поезда шли только ночью из-за постоянных обстрелов. Но фронт и Ленинград требовали большего. Нужно было подвозить продовольствие, боеприпасы, топливо. К марту 43-го на фронтовую вахту заступила 48-я паровозная колонна особого резерва. Поезда пошли и днем. Все, кто были на паровозе, чувствовали себя боевым подразделением.
Девчатам-кочегарам приходилось перекидывать в топку по 140-150 кубометров дров. И снарядов не боялись, хотя люди гибли под обстрелами постоянно. Чтобы больше поездов могли проходить по трассе, вместо автоматической блокировки применили ручную. На всем протяжении стояли дежурные, фонарями дававшие поездам «зеленую улицу» или красный сигнал. Это позволило увеличить пропускную способность. Так мы работали в течение всего 43-го года, до полного снятия блокады».
И, конечно, жизненно-необходимая городу магистраль, проходившая у самой линии фронта, не смогла бы работать без надежной обороны. Целый год бойцы Ленинградского и Волховского фронтов обеспечивали стратегический коридор. Расширить его, несмотря на отчаянные попытки, так и не удалось. Сумели лишь выбить фашистов с высоток, где находились наблюдательные пункты, корректировавшие артобстрелы трассы. И все же планы немецкого командования восстановить блокаду Ленинграда были сорваны, не говоря уже о том, что постоянными атаками наши воины заставляли фрицев отвлекать значительные силы с других участков фронта.
А железнодорожная ветка жила, работала, подвозя в осажденный город боеприпасы, топливо, продукты и обеспечивая решающее наступление января 44-го, в результате которого враг был отброшен от стен Ленинграда. С каждым днем росло число составов с грузами для Ленинграда и из Ленинграда – на обратном пути из осажденного города поезда не ходили порожняком: вывозили не только больных и раненых, но и оборудование, оружие и боеприпасы для других фронтов, что выпускали блокадные предприятия. Если в феврале и марте 1943 года в Ленинград прошло соответственно 69 и 60 поездов, то в апреле было пропущено 157, в мае – 259, в июне – 274, в июле 369, в августе – 351, в сентябре – 333, в октябре – 436, в ноябре – 390, в декабре – 407. Примерно столько же – в обратном направлении. Всего до конца 1943 года по стратегическому пути в Ленинград проследовало 3105, а из него – 3076 составов. В осажденный город было завезено почти 4,5 миллиона тонн грузов, в том числе 630 тысяч тонн продовольствия, 426 тысяч тонн угля, 1381 тысяч тонн дров, 725,7 тысяч тонн торфа.
А 23 февраля 1944-го, меньше чем через месяц после полного снятия блокады было восстановлено грузовое движение на главном ходу Ленинград – Москва. 20 марта вновь начал курсировать пассажирский поезд «Красная стрела». Это вряд ли могло бы произойти, не будь Дороги Победы 43-го – в узком коридоре вдоль Ладоги, отбитом у фашистов.
В память о героических блокадных рейсах на станции Волховстрой установлен паровоз ЭУ 708-64, доставивший в Ленинград первый поезд с Большой земли 7 февраля 1943 года, а на станции Петрокрепость – паровоз ЭМ 721-83, который привел первый состав из блокадного Ленинграда.
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.

Аватара пользователя

Автор темы
Андрей Эдельвейсс
Трактирщик
Сообщения: 18623
Зарегистрирован: 29 май 2015, 19:55
Награды: 5
Откуда: СССР
Род занятий: колымим
Благодарил (а): 2375 раз
Поблагодарили: 4463 раза
Контактная информация:
Status: Не в сети
Honduras

Непрочитанное сообщение Андрей Эдельвейсс » 12 фев 2018, 11:02

Как румынские палачи истребляли русских солдат

Сегодня, 06:49
Румынская правящая верхушка жаждала поживиться за счёт России, в которой полным ходом шла смута. В результате Румыния при полной поддержке держав германского блока и Антанты пошла на оккупацию Бессарабии.
Румынский фронт после Октября
Ситуация на Румынском фронте, как и на других фронтах, показала, что Временное правительство не имеет реально поддержке в народе и армии. Из четырёх армий (8-я, 9-я, 4-я и 6-я), занимавших позиции от Чёрного моря до Буковины, не нашлось войск для отправки в Москву. Верховное командование запрашивало 6 батальонов, 6 конных сотен и 18 орудий. Для фронта насчитывающего сотни тысяч бойцов это было совсем немного. Но Ставка не получила ни одного солдата. На Румынском фронте в противовес эсеро-меньшевистским комитетам активно создаются большевистские. Солдаты одобрительно отнеслись к декретам о мире и земле. Воевать больше не желали.
Центральный исполнительный комитет Советов Румынского фронта, Черноморского флота и Одессы (Румчерод) также стал большевистским. 2-й фронтовой и областной съезд Советов в Одессе 10 — 23 декабря 1917 г. (23 декабря 1917 — 5 января 1918) признал советскую власть и избрал новый состав Румчерода из 180 человек. В новый созыв вошли 70 большевиков, 55 левых эсеров, 23 представителя крестьянских организаций и 32 представителя от других фракций. Председателем Румчерода стал большевик Владимир Юдовский.
Командующий фронтом Д. Г. Щербачёв не принял Октябрь. С согласия французов, он начал отдельные от брест-литовских, переговоры с противником. Румынское командование поддержало его. Переговоры закончились 26 ноября (9 декабря) 1917 года в Фокшанах заключением перемирия между объединёнными русско-румынскими и германо-австрийскими войсками. Для сохранения военной власти поощрялся уход домой солдат наиболее революционных частей, чтобы произошёл их развал. Те части, на которые могли рассчитывать «белые», старались сохранить. Планировалось сформировать Корпус русских добровольцев для отправки на Дон, куда стекались противники советской власти. Кроме того, на Румынском фронте активно создавали национальные части – украинские, молдавские, польские, белорусские, грузинские, армянские, казачьи. Таким образом, происходил раскол солдатской массы по национальному признаку.
В ноябре 1917 года Щербачёв поддержал решение Украинской Центральной рады, провозгласившей независимость Украины, об объединении войск Юго-Западного и Румынского фронтов в «Украинский фронт» и был назначен командующим войсками этого «фронта». Большевики выступили против этих предательских действий. Тогда Щербачёв обратился к румынскому руководству с просьбой помочь разгромить «большевистское гнездо» в Соколе. Дипломатические представители и военные миссии Антанты в Яссах поддержали Щербачёва. Румынское правительство, в ночь с 8 на 9 декабря, провело заседание и дало согласие. На рассвете станция Сокола, где располагалась русская железнодорожная бригада, была блокирована румынскими войсками. Румыны разоружили русских солдат, расстреливая тех, кто сопротивлялся.
Это был только первый шаг по окончательному уничтожению русского Румынского фронта, как организованной силы. После перемирия с фронта снимались одна за другой русские дивизии. Казалось, что нужно просто пропустить уставшие от войны и жадно стремившиеся домой войска. Румынское руководство ещё опасалось русской армии. С австро-германским руководством румыны были готовы «договориться». А уход русских войск в тыл, где они попадали под влияние большевиков, наносил удар планам как румынской верхушки, которая уже жаждала поживиться за счёт России, в которой полным ходом шла смута, так и Антанты и «белого» движения, желающего вернуть власть. Кроме того, румыны хотели поживиться за счёт русских войск. Оружие, боеприпасы, амуниция, различные материалы, всё это имело большое значение в продолжавшейся войне и будущей интервенции.
Правители Франции, Англии и США были заинтересованы в разжигании Гражданской войны в России, и старались поддержать все антибольшевистские очаги сопротивление – белые и националистические. Хозяева Запада уже разделили Россию на сферы влияния, будущие полуколонии-бантустаны, и теперь им надо было залить русскую землю кровью, обескровить русский народ, уничтожить русских коммунистов, которые имели проект создания Советской России.
11 декабря Молдова, за исключением Ясс, была разбита на 8 военных зон, находившихся под контролем генерального штаба и Щербачёва. Румыны отлично знали о передвижении русских войск при отходе и даже об их планах. При русских штабах находились уполномоченные румыны из сигуранцы (тайной полиции), которые сообщали о каждом шаге отступающих русских дивизий и полков. Количественно русская армия была сильнее, но никто не ожидал такого сюрприза от «союзников». Русские солдаты хотели только получить свободный проход и продовольствие. Революционные комитеты также хотели уладить дело миром, недооценивая угрозы. Так, комитет 6-й армии даже направил своих представителей к румынскому королю. Делегаты беседовали с Фердинандом и начальником штаба румынской армии Презаном. Их заверили, что румыны «не вмешиваются в дела русской армии». Но это были лишь слова, что заболтать русских. Чтобы русские не смогли организовать сопротивление. Тем временем румыны задерживали припасы, предназначенные русским, основные дороги занимались отборными войсками. Румынские войска имели приказ Щербачёва разоружать отступающие русские дивизии.
В итоге ошеломленные русские войска, которых подставило собственное командование и «союзные» румыны, не решились оказать сопротивление и боем прорываться в родные места. «Как же… Ведь, в самом деле, разве большевики не объявили войну войне? Разве не велели брататься с врагами? Ведь румынские солдаты – такие же крестьяне, как и русские. Запутались в этом вопросе «сердобольные» товарищи», — писал участник тех событий Л. Дегтярев. Оружие сложили, поверив обещаниям румынского командования, что их пропустят домой. Одних разоружили и погнали в концлагеря. Много людей расстреляли, других жестоко избивали. Другие умерли от голода и холода. Остальные, оставшись без оружия и продовольствия, были вынуждены в жестокий мороз пешком уходить в Россию. Понятно, что отступление полностью деморализованной, смертельно уставшей, голодной и замерзающей армии не имело ничего общего с походом дисциплинированной армии. Происходили различные неприятные эксцессы. А румыны старались всячески разжечь конфликт и трубили на весь мир о «грабежах», «погромах» и «насилиях» русских войск, чтобы оправдать расправу над бывшими союзниками и будущий захват Бессарабии.
Как румынские палачи истребляли русских солдат
Командующий Румынским фронтом Дмитрий Григорьевич Щербачёв
Действия советского правительства
Советское правительство получало лишь нерегулярные и отрывочные сведения о событиях, происходивших на Румынском фронте. Получив известие о захвате румынскими войсками нескольких сёл в Бессарабии, Народный комиссариат иностранных дел (НКИД) 16 декабря 1917 года выступил с нотой протеста и потребовал «покарать преступные элементы из румынского офицерства и румынской бюрократии». В обращении Верховного главнокомандующего Н. В. Крыленко от 25 декабря 1917 года говорилось: «Внутри страны, прикрываясь словами о защите независимости Украины, пособники Каледина из Центральной рады в союзе с дезертирами-офицерами, мятежником Щербачёвым и палачами румынского правительства, расстреливающего на румынском фронте тех самых солдат, которые проливали кровь в их защиту, все соединились против Советской власти и Правительства народных комиссаров». Крыленко призвал русские войска осуществить планомерный отход из Румынии. Командование переходило в руки комитетов. Русские войска, в случае столкновения с румынами, получили приказ прокладывать путь с оружием в руках.
31 декабря 1917 года советское правительство, ссылаясь на имевшиеся у него не полные данные, отмечало: румынские власти захватили фураж, предназначенный для 49-й русской дивизии; 194-й троице-сергиевский полк окружен, разоружен и отведен в тыл; арестован комитет 195-го полка и т. д. Советское правительство требовало освободить арестованных, прекратить беззакония, наказать виновников, дать гарантию, что подобные действия не повторятся. Совет народных комиссаров взял под арест членов военной и дипломатической миссий Румынии во главе с посланником Диаманди. Правда, из-за давления дипломатов других стран, вскоре это решение Ленин отменил. Но эта миролюбивая политика пользы не принесла. И тогда СНК 13 января 1918 года принял постановление о разрыве дипломатических отношений с Румынией. «Покрытая преступлениями румынская олигархии, — отмечалось в документе, — отрыла военные действия против Российской республики».
Удар по Кишинёву
В самой Бессарабии после Октябрьской революции был сформирован собственный парламент — Сфатул Цэрий («Совет страны»), который начал свою работу 3 декабря 1917 г. Парламент был сформирован местными националистами и эсерами. Председателем был эсер И. К. Инкулец, вице-председателем — националист, ведущий идеолог объединения Бессарабии с Румынией П. Н. Халиппа. Исполнительным органом стал Совет генеральных директоров (Директориат), состоящий из девяти министров во главе с П. Ерханом. По примеру Центральной рады, Сфатул Цэрий 15 декабря 1917 года принял декларацию, провозглашавшую образование Молдавской Народной Республики в составе России.
Лидеры Сфатул Цэрий начали вести тайные переговоры с румынским правительством о введении войск, что вызвало протес населения. Большинство населения Бессарабии было ориентировано на Россию. Кроме того, большую часть населения составляли русские (включая малороссов), гагаузы, болгары, евреи, которые не желали жить под власть Румынии. На тайном заседании Директориат (правительство) 19 декабря принял решение просить Щербачёва и румын помощи для противодействия «анархии». На следующий день на закрытом заседании Сфатул Цэрий большинство против голосов депутатов крестьянской фракции одобрило это решение. 24 декабря румынское правительство дало согласие на «просьбу» Сфатул Цэрия о направлении войск в Бессарабию.
«Приглашение» застало румынских оккупантов уже в пути. Румынские войска незаконно вторглись в Бессарабию ещё 7 декабря 1917 года под предлогом закупки продовольствия, охраны военных и продовольственных складов. Тогда два полка румынской армии пересекли Прут, заняли Леово и несколько приграничных сёл. Вовсю шло разоружение русских дивизий Румынского фронта, которые могли остановить вторжение и оккупацию Бессарабии. «Приглашение» использовали как формальный повод для оккупации. Сообщалось, что по соглашению с «правительством Молдавской республики Бессарабии и генералом Щербачёвым и чтобы не дать армии умереть с голоду», румынские войска вступили в эту область. «Комфронта» Щербачёв, окруженный французскими офицерами и охраняемый румынскими егерями, уже не имел реальной власти. Но мог дать ещё одну ширму для вторжения. Поэтому Щербачёв дал согласие на вторжение в Бессарабию.
Сначала румыны попытались взять Бессарабию малыми силами. С тыла должны были атаковать части, сформированные в тылу под Киевом из пленных трансильванцев. Против них выступили части фронтотдела Румчерода и молдавские отряды, которые были отправлены на поддержку румынским войскам правительством Бессарабии, но перешли на сторону большевиков. Они разоружили трансильванцев и отправили в Одессу. Кроме того, 6 января 1918 года румынские войска прибыли на станцию Гидигич и собирались двинуться на Кишинёв. В нескольких верстах от города они получили отпор от советских отрядов и местного ополчения. Румыны отступили к Пруту. Здесь их блокировали, но румынские войска с помощью подкреплений из-за Прута смогли вырваться из окружения. Лидеры Сфатул Цэрий стали отрицать свою причастность к интервенции и даже подписали телеграмму «протеста» Щербачёву и румынскому правительству. На некоторое время предатели притаились и исчезли с политической арены. Резиденция Сфатул Цэрия была занята советскими частями. Румынские офицеры, члены «межсоюзнической продовольственной закупочной комиссии», которые занимались не только своими прямыми обязанностями, но и разведкой, были арестованы и отправлены в Одессу.

Воззвание революционного штаба по охране Бессарабии, январь 1918 г.
Убедившись, что легко Бессарабию не взять, румынская верхушка приступила к масштабной операции. Через Прут двинули четыре дивизии. С 8 по 12 января 1918 года на подступах к Кишинёву шли бои. Не имея возможность противостоять масштабному вторжению, революционный штаб покинул Кишинёв и 13 января его заняли румынские войска. 15 января Сфатул Цэрий по инициативе Инкулеца провёл торжественное заседание в честь приёма румынского генерала Е. Броштяну. В своих заявлениях Сфатул Цэрий убеждал население, что румынские войска пришли лишь для борьбы с анархией и охраны железных дорог и складов. В это время север Молдавской Демократической Республики вплоть до Единец и Дондюшан был занят австро-венгерскими войсками, а румынские войска, занявшие остальную часть Молдавии, предоставляли коридор для передислокации германских войск в Одессу.
22 января 1918 года министр Ерхан информировал Сфатул Цэрий, что Украинская Народная Республика провозгласила независимость. На заседании в ночь с 23 на 24 января в условиях дислокации на территории республики румынских войск Сфатул Цэрий провозгласил независимость.
Тем временем население Молдавской Демократической Республики продолжало активное сопротивление оккупантам. Особенно ожесточённые бои шли под Бендерами, в Измаиле, Килие, Аккермане, Вилково и на севере Бессарабии. Так, в январе 1918 года произошло открытое восстание румынских моряков и рабочих в Новой Килии. В этот небольшой русский рыбачий поселок на Дунае и в Измаил в конце 1916 года была эвакуирована речная флотилия. В Килию же был эвакуирован арсенал из Галаца, вместе с рабочими и солдатами, которые составляли его персонал. 13 января флот в Новой Килии, Измаиле и Вилково восстал. На мачтах 13 кораблей подняли красные флаги. Власть взял в свои руки ревком. Румынскому командованию пришлось двинуть корабли из Старой Килии, одновременно войска шли по суше с севера и запада. Пока матросы митинговали, Новую Килию при помощи офицеров 25 января заняли правительственные войска.
Но в Вилково революционные матросы оказали упорное сопротивление. Местные жители – рыбаки и крестьяне, ненавидели румынские власти, поэтому активно помогали восставшим, организовали отряд Красной гвардии из 500 бойцов. Также восставших поддержал десант русских моряков. Они несколько дней дрались за окружающие Вилково села. 28 января начались бои уже с восставшими кораблями. В этот же день поступила телеграмма знаменитого А. Железнякова, посланного во главе с отрядом матросов на помощь революционным силам на юге России. В телеграмме говорилось: «Держитесь товарищи. Помощь идёт…». Вскоре на эсминце «Керчь» прибыл сам Железняков с 50 комендорами, а за ними транспорт с отрядом балтийцев. Ещё несколько дней продолжалось сражение. Лишь после того, как кольцо окружения на суше и на Дунае почти сомкнулось, русские корабли отошли по Очаковскому каналу.
Бои за Бессарабию ещё некоторое время продолжались. 23 января советские войска начали операцию по освобождению Бендер. Красногвардейцы и матросы форсировали Днестр и в упорном бою отбили город. При этом местные жители активно поддерживали красных. 22-я румынская бригада потерпела поражение. Через два дня, подтянув подкрепления и подвергнув город артиллерийскому обстрелу, румынские захватчики вторично ворвались в Бендеры. Румыны жестоко отомстили местному населению. Их кровожадности поразился сын и адъютант генерала Щербачёва: «Излив свою злобу, они возвратились в город, и жестокости, учиненные ими там, не поддаются описаниям. Лица, почему-либо не понравившиеся румынам, пропадали, и через несколько дней их находили в Днестре, под мостом».
Однако попытки румынских войск продвинуться дальше через Днестр на Тирасполь к успеху не привели. На левом берегу уже находились довольно крупные советские силы. На Украине красные одерживали вверх. «Самостийная» Центральная рада бежала из Киева. На румынском направлении была сформирована Особая армия под командованием А. И. Егорова. Румынская дивизия, пытавшаяся переправиться через Днестр у Рыбницы, была разбита. На севере Бессарабии оккупанты также натолкнулись на серьёзное сопротивление. Остатки 8-й русской армии, спешно формируемые отряды Красной гвардии и местные ополченцы дрались за каждую пядь земли. Австро-германские войска в это время держали благожелательный нейтралитет в отношении Румынии, позволяя румынской армии оккупировать Бессарабию.
Румыны, столкнувшись с серьёзным сопротивлением, вынуждены были пойти на переговоры с советским правительством. При помощи дипломатов Антанты переговоры начались. Советская сторона потребовала очистить Бессарабию; вернуть захваченное имущество; пропустить возвращающиеся русские войска; выдать Щербачёва и участников расстрела русских солдат и матросов в Измаиле. 5 марта 1918 года новый председатель совета министров Румынии генерал А. Авереску вынужден был подписать соглашение об очищении Бессарабии. 24 февраля (9 марта) этот документ подписали советские представители. Основные положения были следующими: Румыния обязалась очистить Бессарабию за два месяца; оставался только 10-тыс. отряд для охраны железных дорог и румынских военных складов; административные и судебные функции немедленно переходили к местным выборным органам; охрана порядка осуществляла местной милицией; румыны отказывались от вмешательства во внутренние дела и права производить аресты. Румынское правительство обязалось не предпринимать никаких вражеских действий против Советской России и не поддерживать таковых, если они будут совершены с чьей-либо стороны.
Авереску, который отличался разумностью и осторожностью, так аргументировал свой шаг: «Россия больна, без сомнения, она очень больна, но Россия не исчезла, и она выздоровеет. На маленькой державе, не пристало пользоваться этим состоянием паралича, в котором находится сосед».
Однако вскоре румынские власти получили возможность отказаться от этого соглашения. Бежавшая из Киева Центральная рада обратилась за помощью к германцам. Началось вторжение австро-германских войск на Украину. Одновременно германцы нарушили перемирие с Советской Россией и двинули войска на Петроград. Советское правительство вынуждено было пойти на тяжелый Брестский мир.

Декларация об объединении Бессарабии и Румынии
Итоги
Долго «независимость» Молдавии не продержалась. Румынские оккупанты уничтожили депутатов, которые наиболее активно выступали против присоединения Бессарабии к Румынии. Многие депутаты, опасавшиеся подобной судьбы, бежали из Бессарабии. 27 марта (9 апреля) 1918 года на заседании Сфатул Цэрий был поставлен вопрос об объединении Бессарабии с Румынией. Голосование проходило под румынским давлением: здание, где заседал Сфатул Цэрий, было окружено румынскими войсками с пулемётами, на самом голосовании присутствовали румынские военные. Голосование, вопреки протестам некоторых депутатов, было открытым, а не тайным. Представители немецкого, болгарского и гагаузского меньшинств заявили, что воздерживаются от голосования. Представитель крестьянской фракции В. Цыганко и представитель Русской культурной лиги А. Грекулов заявили, что вопрос объединения можно решить только путём всенародного референдума. Однако к их аргументам не прислушались, и было проведено открытое поимённое голосование. За присоединение проголосовало 86 депутатов, против — 3, воздержались — 36, отсутствовали на заседании — 25. В области начались массовые забастовки и восстания, но они были подавлены.
Во время подготовки к Парижской мирной конференции румынское правительство организовало созыв Сфатул Цэрий с целью принятия решения о безоговорочном объединении Бессарабии с Румынией без каких бы то ни было условий об автономии. На заседании 25—26 ноября 1918 года при отсутствии кворума 36 голосами было принято решение о безусловном присоединении Бессарабии к Румынии, ликвидировавшее все условия акта от 27 марта 1918 года. Вскоре после принятия этого решения Сфатул Цэрий прекратил своё существование.
29 декабря 1919 г. румынский парламент принял закон о присоединении Трансильвании, Буковины и Бессарабии к Румынии. 28 октября 1920 г. Англия, Франция, Италия и Япония подписали с Румынией Парижский протокол, согласно которому эти страны «полагая, что с точки зрения географической, этнографической, исторической и экономической присоединение Бессарабии к Румынии вполне оправдывается», признали суверенитет Румынии над Бессарабией.
Представители РСФСР и УССР 1 ноября 1920 г. заявили, что «они не могут признать имеющим какую-либо силу соглашение, касающееся Бессарабии, состоявшееся без их участия, и что они никоим образом не считают себя связанными договором, заключенным по этому предмету другими правительствами».
Таким образом, Советская Россия не признала оккупацию Бессарабии Румынией и квалифицировала её как аннексию. Однако вернуть регион сразу не могла. На картах, выпускаемых в СССР вплоть до 1940 года, Бессарабия обозначалась как территория, оккупированная Румынией. 26 июня 1940 года СССР предъявил Румынии ультиматум с требованием о возвращении Бессарабии, а также передаче Северной Буковины в состав СССР. Румыния была вынуждена принять эти требования и отвести из этих областей свои войска. Историческая справедливость восторжествовала.
Стоит отметить, что в настоящее время эти события так или иначе повторяются. Снова Россию охватила смута. Молдавия стала независимой. Румыния держит курс на аннексию бывшей Бессарабии. Основная часть населения Молдавии традиционно придерживается прорусских настроений. Однако большая часть молдавской «элиты» желает стать частью румынской верхушки, частью «просвещенной Европы» и предает интересы простого народа.
Изображение
Карта Молдавской АССР c указанием румынской оккупации Бессарабии
Добро всегда накажет Зло, поставит его на колени и жестоко убьет.


Вернуться в «Бар "Три березки"»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость

 : Отказ от ответственности